Мотылек
Шрифт:
– Я простила… господи, Виктор, я простила тебя давно. Я забыть не могу. Понимаешь? И никогда не смогу… иди. Тебе нужно распутать это сложное дело, а мне поспать хоть несколько часов. Увидимся позже… и вот еще что. Эту папку дал мне Стефан. Глаз с нее не своди. Уверена, она ключ ко всему в этом деле…
– Ты хороша, – улыбнулся Вик.
– Я знаю.
Обняв Виктора на прощание, я вышла на улицу, где меня уже поджидало такси.
– Девушка, мы приехали…
– Мам, отстань.
– Девушка…
Таксист усиленно тряс меня, пытаясь разбудить. Господи, отрубилась прямо
– Эмили!!!
Я рефлекторно схватила из-под подушки пистолет и, передернув затвор, направила на агрессора.
– Мать моя женщина, убери от меня эту штуковину!!! – завопила Алекса.
– Господи, Алекса. Так и к праотцам отправиться можно! – Я поставила пистолет на предохранитель, убрала под подушку и грохнулась обратно.
– Что это сейчас было? – не шелохнувшись и все еще бледная как статуя, она едва дышала.
– ИЖ-71, стянула у отца из сейфа… – пробурчала я в подушку.
– Ладно. И с каких пор ты спишь с пистолетом в обнимку, мне стоит беспокоиться?
– Господи, отстань. Просто у меня месячные и я готова пристрелить каждого, кто перейдет мне дорогу. Что там у тебя…
– Два VIP пропуска на лекции Жана Франциска с правом интервью и пропуском на закрытый прием для избранных в честь открытия.
Что я слышу? Подождите… это что, укор в голосе? Я ведь только что, словно Санта Клаус помогла ее самой большой мечте осуществиться, а подруга чем-то недовольна.
– Какое несказанное счастье, не правда ли. Это то, чего ты так хотела.
– Как тебе удалось их достать? – Алекса забралась ко мне под одеяло и явно была настроена окончательно разрушить мой сон.
– Не забывай, что у меня под подушкой девяти миллиметровый ствол…
– Надеюсь, у Жана ствол побольше. У меня грандиозные планы с его участием в главной роли.
– Алекса, ну ты и пошлячка.
Мы зашлись дружным хохотом. Похоже, как следует выспаться мне не грозит. Я потянулась, слушая беззаботное щебетание подруги, описывающей во всех красках убранство их будущего дома. Тем временем наш текущий дом явно нуждался в ремонте. Гардина держалась на последнем шурупе и грозила не сегодня, так завтра свалиться на чью-нибудь голову. Обои бы тоже не мешало обновить. Я, конечно, к Винни Пуху претензий не имею, но коль скоро это наше единственное жилье, хотелось бы видеть что-то более обнадеживающее, нежели страдающего наркотической зависимостью от меда медведя с признаками синдрома гиперактивности и имеющего друзей с различными расстройствами
– Так, где ты достала нам пропуски? – Алекса прервала мой психоаналитический разбор шедевра советской мультипликационной промышленности.
– Там же, где ты достала личный ящик своего Луи четвертого… он, кстати, не в восторге от того, что ему пишет кто ни попадя.
– Что ты имеешь в виду? – Алекса настороженно приподнялась на локтях, отчего ее платиновые волосы мягким водопадом рассыпались по подушке и защекотали мой нос. Я призывно чихнула и даже приоткрыла глаза.
– Скажем так… он сам дал мне эти пропуски и горит желанием познакомиться с женщиной, которая перевернет весь его мир.
– Понятно. Ты свихнулась там в своем следственном. Кстати, если не хочешь опоздать на лекцию Зырянова, то советую поторопиться.
– Что? Сколько времени???
– Восемь сорок.
– Черт… черт, черт, черт…
Алекса с громким хохотом наблюдала, как я ланью скачу по комнате, собирая вещи, конспекты, учебники и натягивая первое, что попалось под руку. Наспех застегнув джинсы и натянув черную водолазку, я вылетела из комнаты. Залетела обратно, схватила со стола конверт из крафт-бумаги и понеслась на лекцию. Только на полпути заметила, что водолазку надела задом наперед.
На пятом курсе не так много лекций и семинаров, однако, некоторые из них пропускать категорически не рекомендовалось. Отчасти потому, что преподаватели, страдая нарциссизмом, требовали повышенного к себе внимания, отчасти потому, что некоторый материал, нигде, кроме лекций почерпнуть было нельзя. А нет конспектов – нет зачета… клиническая психиатрия, впрочем, была одним из моих любимых предметов.
К счастью, профессор задержался на кафедре, и на лекцию я успела вовремя.
– Привет. Ну и видок у тебя, будто всю ночь непонятно чем занималась.
– Ты недалек от правды, Макс, – я бросила на лавку сумку и извлекла из нее толстую тетрадь с изображением моря. Ох, с каким бы удовольствием я сейчас растянулась бы на берегу красного моря и попивала нектар манго. Терпеть не могу октябрь с его простудами, мокрыми ногами и вечно влажным носом. По-моему, этот месяц придумал антихрист, чтобы поиздеваться над смертными.
– Это все из-за конверта?
– Конверта? А, да я его не открывала еще…
– Неужели совсем не любопытно?
– Ты что уже вскрывал его таки?
– Обижаешь, – он тряхнул длинными черными кудрями и иронично улыбнулся. – Я уважаю тайну личной переписки и все такое… ты ведь все равно мне все покажешь.
Макс – моя вторая лучшая подруга после Алексы. Он мужественней большинства известных мне мужчин, однако, я воспринимала его всегда исключительно как друга. Такого, с которым в огонь и в воду и который всегда будет рядом, даже если придется под пулями гулять. Ну, во всяком случае, мне так всегда казалось… Хотя, он хорош собой, если не сказать больше. Черные агатовые глаза, темные пряди волос, золотистый цвет кожи, рельефные мышцы… Пожалуй, я могла бы полюбить кого-нибудь, вроде Макса, но почему-то не получалось. Меня упрямо тянуло на испорченных блондинов…