Моя

Болотина Ксения Александровна

— Эй, ты меня слышишь? — тонкие пальчики замелькали возле моего лица. — Немедленно поставь меня на ноги! Если ты не дашь мне добраться до еды, я закушу тобой!

В голосе самочки слышались злость и раздражение. Почему она так стремится сама себя убить?

— Зачем ты хочешь съесть то, что тебя убьет? — не смог сдержать своего рычания.

— О не-ет, — простонала она, прикрыв глаза. — Еда отравлена?

Столько обречения было в ее вопросе, что у меня даже сердце защемило от того, что она чувствовала в данный

момент.

— Я не знаю, пригодна ли эта еда. И как только услышал, что один ее вид может тебя убить, сразу же отошел подальше.

Самочка замерла после моих слов, что-то напряженно обдумывая, а затем, глянув на меня, начала смеяться все громче и громче.

Я всерьез забеспокоился, что она подхватила болезнь космоса. Живые существа часто сходили с ума от голода и жажды.

Вновь посмотрев на меня, Риита стала не только смеяться, но еще и заплакала.

Я побежал со всех ног, стремясь как можно быстрее очутиться в медотсеке.

Возможно, еще не слишком поздно, и я смогу ее спасти.

То, что произошло дальше, я толком и не понял. Риита сначала что-то кричала, била меня в грудь своими маленькими кулачками, а я бежал быстрее, понимая, что ей становится хуже. Все изменилось в один момент.

Громко зашипев, самочка меня укусила и, вывернувшись из моих рук, в немыслимом прыжке очутилась позади меня. По инерции пробежал еще некоторое расстояние и, резко обернувшись, увидел, что Риита присела, широко расставив ноги, и уперлась руками в пол.

Сейчас она напоминала дикое животное, которое готовилось к смертоносному прыжку. Она даже шипела точно так же и скалила на меня тоненькие, длинные клыки. На ее руках появились острые черные когти, которые она без сомнения запустит мне в кожу, если я подойду немного ближе.

Я был шокирован произошедшими в ней изменениями. Даже если самочка сошла с ума от голода и жажды, у нее не могли от этого вырасти клыки и когти. Даже ее запах немного изменился. Ее аромат и притягивал, и предупреждал об опасности.

Риита очень сильна, несмотря на свои крошечные размеры.

И в ее состоянии был виноват только я. Я должен был лучше о ней заботиться.

Я хотел быть тем, кто утолил бы ее жажду.

Я хотел быть тем, кто обеспечит ее едой.

Я хотел быть тем, чьи прикосновения смогли бы ее успокоить.

Хотел быть тем, кому она смогла бы довериться.

— Риита, успокойся, я не причиню тебе вреда, — поднял руки, показывая ей пустые ладони.

Я не стал бы причинять вреда или быть грубым, и хотел, чтобы она это понимала.

Самочка на миг замерла, тряхнула головой и снова на меня зашипела, пригибаясь еще ниже.

Она готовилась напасть при моем малейшем движении, и я знал только один способ ее остановить.

Слегка опустив голову, поймал ее взгляд дикого зверя и, отрастив свои клыки, которые старался прятать, чтобы не напугать, глухо, предупреждающе

зарычал.

Самочка немного попятилась назад. Она почувствовала мою силу, но признавать во мне сильнейшего не спешила. Она и сама была очень сильна. Несмотря на ситуацию, я не мог ею не гордиться. Мне досталась очень сильная пара. Наши дети превзойдут по силе нас обоих.

Перестал сдерживаться. Чувствовал, как на голове появились черные рога, как увеличились рост и масса моего тела. Ногти на руках превратились в острое, смертоносное оружие, способное располосовать даже железо. Из моей глотки вырвался рев, от которого самочка заскулила и. прикрыв уши руками, распласталась на полу в позе подчинения.

Именно в этот момент я понял, что с самого начала все делал не так. Риита вовсе не лунный цветочек, отличающийся своей хрупкостью, она хищница и боец, и обращаться с ней надо соответственно. Моей паре нужна забота и твердая рука.

Мое нежелание ее напугать ее внутренний зверь воспринял как слабость.

— Риита, — позвал свою пару все еще рычащим голосом.

Постепенно в ее взгляде появилась осмысленность, и самочка непонимающе заозиралась по сторонам, пытаясь понять, что происходит.

— На нас напали? — подняла она на меня свои глаза. — Ну нифига ж себе, — потрясенно прошептала и остановила свой восторженный взгляд на моем хвосте.

Неосознанно сменил гладкое ядовитое жало на мягкую пушистую кисть. Не дай боги еще полезет проверять мой хвост на ощупь и нечаянно наколет руку жалом. тогда ее никто уже не спасет. Только после нашего полного соединения мой яд станет для нее не только безопасен, но и приятен.

Прикрыл глаза, стараясь не думать о том, какое наслаждение паре я могу доставить только своим хвостом.

— Я не дал тебе еду, и твоему зверю это не понравилось, — не стал я врать своей паре.

— Я не навредила? — явно расстроенная самочка села на пол и внимательно осмотрела мое тело на наличие повреждений.

— Ты признала во мне сильнейшего раньше, чем напала. И в любом спучае не смогла бы нанести мне серьезных повреждений. Твои когти слишком маленькие и толстые. Моя кожа очень прочная.

РИТА

За все время, что я провела на Земле в исследовательском центре, а потом и на различных работах, для которых и была создана, я всего лишь четыре раза теряла контроль над своим внутренним зверем, и то, только в самом начале — слишком уж дорого мне обходились подобные срывы.

Десять срывов, и генномодифицированного убивали, считая нестабильным и опасным.

И вот снова. Ощущения не из приятных. Последнее, что помню— кучу еды, мое неосторожное высказывание и странное поведение Снора. Наверное, не стоило мне смеяться, когда поняла всю комичность ситуации, этим я напугала его еще сильнее.