На пределе
Шрифт:
Когда они приблизились, Скаут пробормотал:
– На нас троих слишком много надето. Это так заметно: на остальных – одни цветы.
На женщинах были юбки из ткани или травы. На шеях, по гавайскому по обычаю, висели гирлянды цветов. Мужчины имели матерчатые набедренные повязки, а на головах – цветочные венки. Некоторые дети разгуливали совершенно голыми, но все были увешаны украшениями из огромных ярких цветов.
– Цветы означают, что сегодня праздник.
– По какому поводу?
Шанталь остановилась и взглянула на него
– В вашу честь.
Скаут тоже остановился на тропинке.
– В мою?
– Они молили о вас своих богов. И боги прислали вас, чтобы вы построили мост.
Смутившись, Скаут переваривал услышанное.
– Мне почему-то казалось, что их всех давно крестили. – Он кивком указал на хижину, явно служившую часовней. На соломенной крыше был укреплен крест.
– Так оно и есть, но не так-то легко избавиться от древних традиций племени.
– Меня заманили, прострелили, похитили и накачали наркотиками, – напомнил ей Скаут. – Вряд ли подобное обращение подобает посланцу богов.
– Как вы сюда попали, не так уж и важно. Важно то, что вы сделаете для этих людей.
– Иными словами, они ни о чем не знают и знать не будут.
– Не в этом дело. Я просто не сочла нужным посвящать их во все детали.
Они двинулись сквозь толпу, и по мере их продвижения шея Скаута прямо расцветала на глазах: восторженные жители деревни торжественно вешали на него гирлянду за гирляндой. Его обнимали, целовали, благоговейно дотрагивались до него, украшали цветами. Им любовались и восхищались и стар, и млад. По растерянному и смущенному выражению его лица Шанталь видела, что он потрясен таким излиянием симпатий. Впрочем, не менее чем и манерой одеваться островитянок.
– Между прочим, у них есть и лица, – язвительно заметила Шанталь, наблюдая за ним.
Скаут отвел взгляд от особенно привлекательного бюста одного из юных создании и посмотрел на Шанталь, которая строго глядела на него.
– Ты должна извинить меня. Я – жертва своей культуры. Мне также не легко отказаться от своих племенных традиций, как и им. Для меня девушка с голыми сиськами и есть девушка с голыми сиськами.
– Скоро вы и замечать их перестанете.
– Ну, уж это вряд ли.
Неодобрительно нахмурившись, Шанталь обратилась к толпе, и послушные островитяне немедленно начали расходиться.
– Всю обедню испортила! – пробормотал Скаут.
– Они сейчас боготворят вас, но не забывайте, чего они ждут от вас взамен.
– Нового моста вместо старого.
– А вот старый мост.
Он посмотрел в направлении поднятой руки Шанталь и увидел хлипкий мост, нависший над глубоким ущельем.
– Площадка, на которой мы стоим, на самом деле – обломок скалы, оторвавшийся много веков назад, – пояснила она, указывая на гору по другую сторону ущелья, густо поросшего тропической растительностью. На дне бежал по камням ручей, сверкая в лучах утреннего солнца тысячами миниатюрных радуг. – Там мы
Скаут кивнул, но глаза его были прикованы к мосту. Один из местных жителей тащил по шаткому сооружению упиравшуюся козу. Подвесной мост опасно раскачивался.
– Вы несли меня по нему? – хрипло спросил он.
Упасть с моста равносильно смерти, ибо любой не удержавшийся разобьется внизу о скалы. Он понял это сразу.
– Теперь вы понимаете, почему я решилась прибегнуть к такому отчаянному способу, – сказала Шанталь. – Даже самый старый из жителей деревни не припомнит, когда был построен этот мост. Значит, сооружению по меньшей мере девяносто лет. Его надо заменить на более основательное.
– Тут трудно что-либо возразить.
– Садитесь. – Она указала на скамью, вырубленную в скале. Джонни опустился на землю у ног Скаута и с обожанием взирал на него. Шанталь стояла напротив, словно перед судьей, от которого зависит исход жизненно важного дела, хотя Скаут, увешанный цветами, мало походил на судью. – Только представьте себе, если бы у нас был мост, который способен выдерживать движение автотранспорта, что бы это значило для жителей деревни. У них появился бы более безопасный, надежный и быстрый способ добраться до остальной части острова, до школ и больниц.
– Я понимаю, что ты хочешь сказать, Шанталь, – согласился Скаут. – Поверь мне, я понимаю, что это сооружение представляет опасность для любого, ступившего на него. Но что, черт возьми, ты хочешь, что бы я сделал? – Он широко развел руками.
– Построй другой.
– Вот так просто? – Он щелкнул пальцами. – Раз – и готово? И все без чьей-либо помощи?
– Разумеется, нет. У нас здесь полно бесплатной рабочей силы.
– Здесь? – Он отрывисто хохотнул и через плечо оглянулся на деревню. – Ты имеешь в виду местных мужчин?
– Они вовсе не глупы, – обиженно проговорила она. – Они знают, что придется хорошенько потрудиться, и готовы к этому.
– Не заводись. Я не хотел их унизить. Вот только… – Он помял рукой подбородок. – Здесь ведь требуется куда больше, чем просто забивать гвозди. Если ты не понимаешь, то отец твой наверняка поймет. А кстати, почему он лично не обратился ко мне с этой просьбой? Почему он возложил эту обязанность на тебя?
– Мы вместе все придумали.
– Включая похищение?
– Да, – неуверенно ответила она.
– Врешь.
– Ладно, это моя инициатива. И не вините никого за это. Другие тут ни при чем. Я им сказала, что вы пошли добровольно, но в пути случилось несчастье.
– Слушай, принцесса, ты что же думаешь, украла инженера и – бац, вот тебе мост?!
– Мне ведь не нужны еще одни Золотые ворота.
– А, ну тогда все в порядке. А то я уже начал было беспокоиться…
– Нам нужен лишь мост, годный для употребления.