Наемники
Шрифт:
– А чему мне радоваться? Все, что кровью и потом создавалось в последние годы, рухнуло в бездну. Тайная полиция под моим руководством превратилась в мощную организацию, заставлявшую мендонцев трепетать от страха. Одно неосторожно сказанное слово – и человек прощался с жизнью, а его семья лишалась дворянских титулов. Я отомстил почти всем выскочкам и наглецам. Издавая указы, герцог обязательно советовался со мной. К завоеванию трона оставалось сделать последний шаг. И не самый сложный…
– Николь никогда не согласится стать вашей женой, – возразил Храбров. – Принцесса презирает таких негодяев, как вы.
На мгновение
– Борьба с напыщенными надменными глупцами сыграла со мной злую шутку, – выговорил тасконец. – Я расслабился и недооценил нового противника. Почувствовав опасность, ваша компания начала собирать информацию о высокопоставленных чиновниках Мендона. Логичный ход. Приходится признать, первый поединок проигран вчистую. Надеюсь, вам удалось откопать более весомый компрометирующий материал?
– Разумеется, – усмехнулся японец. – Убийство правителя страны – очень тяжкое преступление. Изменнику не избежать смертной казни. Народ никому не прощает таких поступков.
– А вот это надо еще доказать, – язвительно заметил офицер. – Должны быть неопровержимые факты и свидетели. Я легко представлю данное обвинение как клевету.
– Кто знает, кто знает… – неопределенно сказал Тино.
Взгляд унимийца быстро забегал по лицам собеседников, однако ничего прочесть на них он не сумел. Блефует энжелец или нет, полковник так и не понял.
Сделав большой глоток вина, Стонж опять откинулся на спинку стула. Пренебрежительно махнув рукой, он вымолвил:
– Да какая разница! Сейчас подробности того «несчастного случая» в лесу уже никого не интересуют. Мой отлаженный механизм развалился. Часть людей покинула ведомство, часть меня предала, а оставшиеся – полные кретины. С ними престол не завоюешь. Я оказался у разбитого корыта…
– Рано или поздно это должно было случиться, – спокойно проговорил Карс. – За грехи всегда приходится платить…
– Ерунда! – раздраженно возразил Эллис. – План превосходно осуществлялся, пока в городе не появились вы. Когда мне доложили о дуэли во дворце и гибели барона Ричмонда, я сразу понял – грядут серьезные неприятности. Вот почему вашу группу арестовали. Признание в шпионаже или в чем-либо похожем сразу решило бы проблему. Увы… Зацепиться оказалось не за что, хотя ложь чувствовалась в каждом вашем слове. Под давлением принцессы начал нервничать герцог. Болван! Альберт никогда не мог правильно проанализировать ситуацию. К несчастью, вас пришлось отпустить.
– Но слежка осталась, – вставил Вацлав. – В любой компании, на любом приеме мы замечали агентов тайной полиции.
– Пустяки, – рассмеялся тасконец. – Мои палачи при желании выбили бы из вас все необходимые сведения. Они мастерски умеют выдергивать ногти, выкалывать глаза и сдирать кожу…
– Да ты садист, – презрительно молвил властелин. – Я знаю племена, где принято пожирать людей. Человек для них – обычная пища, ничем не отличающаяся от кона. Они убивали свои жертвы, когда испытывали голод – или для того, чтобы захватить их территории. Тебе же доставляет удовольствие просто причинять другим боль.
– А это довольно забавно – наблюдать за тем, как корчится в мучениях твой враг. Получаешь истинное наслаждение, – возбужденно произнес полковник. – Когда-нибудь я поквитаюсь и с вами.
– Предлагаю закончить бессмысленный разговор, – остановил
– Глупцы, – покачал головой мендонец. – Вы так ничего и не поняли. Из-за проклятой войны, из-за сумасшествия, охватившего народ, я почти лишился власти. Второй раз мне подняться не дадут. Враги повсюду! Я не успел их уничтожить… А теперь у меня отбирают и надежду. Видите ли, «государственные интересы»… Однако, Эллис Стонж никогда не сдается. Я привык доводить дела до конца.
– Мы-то здесь при чем? – гневно воскликнул Воржиха.
– Все мои беды – из-за вас. Интуиция никогда меня не подводила, – спокойно пояснил унимиец. – Если есть препятствие, его надо устранить. Кое-какие меры уже предприняты. Я пришел сюда специально затем, чтобы объявить войну Энжелу. Берегитесь! Мне терять нечего.
Полковник с силой бросил пустой бокал в стену и, не обращая внимания на посетителей, направился к выходу.
Большинство смотрело в спину Стонжа с нескрываемой ненавистью. Страх перед тайной полицией у мендонцев еще не исчез, но произошедший перелом в сознании очевиден.
Особенно выделялись из общей толпы солдаты и офицеры, участвовавшие в боевых действиях. Их теперь трудно чем-нибудь напугать.
– Я ничего не понял из его болтовни, – пожав плечами, проговорил поляк. – По-моему, полковник сошел с ума.
– Не исключено, – откликнулся самурай. – Всю жизнь Эллис преследовал одну цель: добиться неограниченной власти. Рожденный в бедном городском квартале, он сумел добраться до небывалых вершин в местной иерархии. Удача благоволила ему.
– В средствах мерзавец тоже не стеснялся, – вставил Карс.
– Согласен, – кивнул Тино. – Сплетни, предательства, убийства – обычный набор интригана. Стонж не жалел никого: ни мать, ни родных, ни друзей. Обладая великолепным аналитическим умом, тасконец весь ход событий разложил по полочкам. Лишь однажды его расчеты дали осечку. Но любовь к женщине никогда не вписывалась в схемы. Несмотря на отказ Николь, офицер находился буквально в шаге от трона…
– И тут налаженная система рухнула, – добавил Олесь.
– Правильно, – произнес Аято. – Пирамида тотального контроля, создававшаяся годами, на деле оказалась обычным карточным домиком. Жизнь Эллиса рассыпалась в прах. У него действительно нет ничего: ни семьи, ни цели, ни идеалов. В душе он уже мертв. Стонж не без основания считает нас виновниками своего падения. Хотя повлиять на решение бонтонцев развязать войну мы, конечно, не могли.
– В таком состоянии полковник чрезвычайно опасен, – заметил мутант. – Унимиец способен на самые отчаянные поступки, вплоть до организации покушения. Его разум помутился от злобы и отчаяния.
– Вряд ли, – возразил японец. – Начальник тайной полиции всегда отличался выдержкой и рассудительностью. Сегодняшний срыв – либо случайность, либо провокация. Стонж что-то задумал, и свой план осуществит обязательно.
Время уже поджимало, и друзья поспешили во дворец.
Возле входа их ждал полковник Кидсон. Тасконец. изменился неузнаваемо. Идеально выбритый подбородок, терпкий аромат одеколона и новенькая, сверкающая эполетами и нашивками, парадная форма. Даже не верилось, что еще несколько часов назад этот человек, грязный и потный, скакал на лошади по пыльной дороге.