Наглец
Шрифт:
Вдоль самой длинной стены с одной стороны студии тянулись зеркала, отчего она казалась вдвое больше. Мои ботинки утопали в мягких серых ковриках. В углу стояла металлическая клетка, заполненная мячами для упражнений. На одной из немногих полок были сложены коврики для йоги. Напротив зеркал к стене была прикреплена балетная стойка, которая выделялась на фоне белой краски оттенком медового дуба.
Студия была открытой, просторной и очень похожей на многие модные фитнес-студии ЛоДо. Она не очень подходила для Каламити. Здесь было слишком
Керриган выбежала из короткого коридора в задней части здания, и в тот момент, когда она заметила меня, ее шаги замедлились.
— Вы пришли на двадцать минут раньше.
— Доброе утро.
Она нахмурилась.
— Доброе утро.
Керриган была в штанах для йоги. Серый материал обтягивал ее стройные бедра, отчего ее ноги казались длиной в милю. Она была босиком, на плечи был накинут свитер с глубоким V-образным вырезом спереди и свободными рукавами, ниспадающими до костяшек пальцев.
— Одну минуту. — Она подняла палец, затем развернулась и удалилась тем же путем, каким пришла.
Из-за того, что ее волосы были зачесаны наверх, мне открывался прекрасный вид на ее топ. Сзади у нее был такой же глубокий V-образный вырез, как и спереди. Под ним было больше бретелек, чем проводов на столбах электропередач. Они перекрещивались на ее гладкой коже, демонстрируя подтянутые мышцы.
А ее задница в этих легинсах была…
Мой член дернулся под брюками.
— Черт возьми, — пробормотал я, заставляя себя отвести взгляд.
Меня уже несколько месяцев не привлекала ни одна женщина. Почему именно она? Почему сейчас?
Только, черт возьми, не целуй ее больше. Я глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки. Может, это и сработало бы не будь воздух наполнен ее ароматом. Тем самым запахом, который я запомнил, когда мои губы касались ее губ. «Ханисакл флоралс» (прим. ред.: Honeysuckle florals — это аромат для женщин, принадлежит к группе цветочные. Верхние ноты: жимолость, зеленые листья и апельсин; средние ноты: жасмин самбак и тубероза; базовые ноты: сандал, корень ириса и ваниль). Дорого и мило.
Я не мог — и не стал бы — отвлекаться на эту женщину. И ни на какую другую. Однажды я сделал это, и посмотрите, к чему это привело.
— К катастрофе, — пробормотал я.
— Извините?
Я резко обернулся. Керриган стояла прямо за мной, уперев руки в бока.
— Я сказал… что за катастрофа.
Ее глаза вспыхнули, а губы сжались в тонкую линию.
— И что же за катастрофа?
Я. Я был настоящей катастрофой. Но правдивый ответ на ее вопрос занял бы больше времени, чем у нас было сегодня.
— Эта поездка. Она обречена на катастрофу, и прежде чем вы начнете рассказывать, как сильно вы меня ненавидите, позвольте мне сказать, что эта катастрофа не имеет к вам никакого отношения.
Это
— Вы хотите поговорить здесь или поехать куда-нибудь еще? — спросил я.
— Я подумала, мы могли бы пойти в кафе.
Я указал на дверь.
— Показывайте дорогу.
Она схватила свою сумочку из-за стойки администратора. Затем надела теннисные туфли, подошла к двери и заперла ее за нами.
Путь до кафе был коротким и прошел в тишине. Она скрестила руки на груди и зашагала с такой скоростью, что любой человек с более коротким ростом мог бы перейти на бег трусцой. Но как только мы вошли в кафе, ее холодное поведение испарилось.
Ну, не по отношению ко мне, а по отношению к остальным.
На ее лице появилась улыбка, и, черт возьми, у меня екнуло сердце. Улыбка осветила ее лицо и заставила эти красивые карие глаза танцевать. Мой член, снова набухший, тоже подумал, что она прекрасна.
— Привет, Керриган. — Официантка помахала нам, неся через весь зал кофейник. — Садитесь, где хотите.
— Спасибо. — Керриган помахала в ответ и повела нас к единственной пустой кабинке у окон, выходящих на улицу.
Я скользнул на свое место за столом, готовый рассказать о причине, по которой я здесь оказался. Было бы лучше покончить с этим до того, как мы сделаем заказ и затянем встречу на весь ланч.
— Причина…
— Привет, Керриган. — У нашей кабинки появилась пожилая женщина. Она низко наклонилась, чтобы обнять Керриган, не удостоив меня взглядом. — Как дела, милая?
— Хорошо, миссис Джонс. А вы как?
— Прекрасно. Вчера я видела твоих родителей в церкви. Они так хорошо выглядят. Я пыталась убедить твою маму сказать мне, каким кремом для кожи она пользуется, потому что, клянусь, она не постарела ни на день за десять лет.
Керриган рассмеялась.
— Я совершу набег на ее ванную и составлю список, а затем передам его вам.
— Отлично. Буду ждать. — Миссис Джонс рассмеялась и похлопала Керриган по плечу. — До скорой встречи.
Керриган повернулась ко мне, и я открыл рот, собираясь заговорить, когда меня снова прервал посетитель. На этот раз это был местный шериф, если судить по значку и пистолету у него на поясе.
— Привет, Керриган.
— Привет, Дюк.
Он взглянул на меня, и, судя по его хмурому выражению лица, я бы сказал, что он знал, кто я такой.
— Все в порядке?
— Да. — Она кивнула. — Скажи Люси, что я позвоню ей позже.
— Будет сделано. — Он бросил на меня еще один суровый взгляд и ушел.
На этот раз я подождал, прежде чем открыть рот, и, конечно же, в тот момент, когда шериф ушел, появился еще один человек, чтобы поговорить с Керриган о розыгрыше призов в начальной школе и поинтересоваться, не согласится ли Керриган пожертвовать несколько занятий в спортзале.