Нареченные
Шрифт:
Э, да она, никак, хочет ссоры?
– Должен же кто-то присматривать за тобой, хотя теперь я начинаю сомневаться. Невооруженным глазом видно: ты изменилась, стала совсем другой, и этот Калеб… Не знаю, но что бы ты ни скрывала от меня, я разберусь, – Биш уперся ладонями в дверной проем и навис надо мной с издевательской усмешкой. – Ну, что это может быть? Наверное, не совсем ужасное, если мы исключаем замужество и детей. Я этого не понимаю, и меня просто оскорбляет и бесит, что ты считаешь возможным так важничать и скрывать от меня какие-то тайны.
– Ты просто не представляешь,
О, думаю, я хорошо представляю.
– Ответь мне, Мэгги, просто ответь и заканчивай дурить. Я долго ломал голову, пытаясь понять: наркотики, попала в какую-нибудь секту, перебираешься в Китай?
Я молча стояла, упершись взглядом в ручку двери, которую закрывала его спина. Биш буквально кипел от ярости и ругался громко и зло.
– Это же смешно! Все, я собираю манатки и уезжаю домой. Какой мне смысл оставаться здесь? Ты не хочешь, чтобы я тут находился, и я тоже не хочу. Не выношу врунов и манипуляторов. А ты стала мастером того и другого.
Его слова причиняли боль, а ответить я не могла, да он не давал мне и слова вставить. Затем Биш тяжело шагнул от двери, так хлопнув ею, что я еле успела отскочить. Я слышала, как он затопал по лестнице, но не обернулась. Интересно, видел ли кто-нибудь это представление?
Я вошла в душ, все еще разгоряченная и взмыленная от взбучки, устроенной Бишем. Времени терять не стала. Стащила с себя балахон Калеба и всю одежду и вступила в огромный душ гостевых комнат. Я пустила такую горячую воду, какую только могла вытерпеть, быстро помыла голову и побрила ноги. Потом села у стенки, закрыла глаза и заплакала. Столько всего происходит вокруг, а у меня нет ни внятного ответа, ни объяснения. Вся эта история с Провидицей показалась мне не больше чем импровизацией. Прежде я ни разу не задумывалась об этом, но сейчас, когда появилось это чувство, уже не могла не думать. Это действовало на нервы.
И папа, ну о чем он? Теперь он опять против Калеба и снова жалеет меня? И Кайл со своими дурацкими выходками и постоянным приставанием – а еще уверяет, что хочет помочь. А Биш просто болван, по-другому и не скажешь.
Все это давило на меня… К горлу подступил комок, я готова была разрыдаться…
И тут душ вдруг затрясся и затарахтел. Я оглянулась. Вода, кажется, стала еще горячее, но я ни к чему не прикасалась, никаких ручек не поворачивала. Вода обжигала кожу, однако больно не было, кабинка наполнилась клубящимся паром. Перед моими глазами в туманной пелене заплясали энергетические ленты. Я не поняла, что случилось, но почувствовала, как затряслось и лопнуло зеркало над раковиной, окатив помещение стеклянными брызгами. У меня перехватило дыхание.
Глава 11
Меня затрясло, сердце заколотилось, я ничего не понимала. Потом услышала громкий быстрый стук и поняла, что загремели дверцы кабины. Они затряслись так сильно, что только чудом не сорвались с петель.
– Мэгги? – спросил через дверь Калеб. Потом грохнул кулаком. – Мэгги, открой!
Я была настолько испугана, что сидела, уставившись в дверь и боясь пошевелиться. Я ничего не могла делать. Чем больше я боялась, тем больше, казалось, все шумело и грохотало, к тряске прибавилась и вибрация воздуха. Вокруг меня, ослепляя, вились пируэтами
– Мэгги! – громко прокричал Калеб и еще раз стукнул в дверь, она задребезжала. – Открой дверь, детка.
Я слышала другие голоса и мысли. Остальные услышали удары Калеба и тоже хотели знать, что случилось.
– Мэгги! – во все горло крикнул Калеб. – Я вхожу.
Их тревога, мой страх, отчаянное стремление Калеба добраться до меня – все это было слишком много в дополнение к тому, что происходило со мной.
Стеклянная дверца кабины разлетелась вдребезги. Я пронзительно вскрикнула, когда меня осыпало осколками. Это стало последней каплей для Калеба, и он высадил дверь плечом. Боль в его плече отозвалась острой болью в моем плече. У него широко раскрылись глаза, когда он увидел меня сидящей на полу душа среди осколков стекла и пятен крови.
– Мэгги, – выдохнул он, подскочил ко мне и прижал к себе. Я оказалась у него на коленях, и он прикрыл руками мою наготу. – Мэгги…
Поговори со мной, детка.
– Выйди, – услышала я голос папы. Он протянул руку и выключил воду, но я не могла оторвать глаз от окровавленных осколков на полу. – Биш, сейчас же выйди! С ней все нормально!
– Ничего не нормально! – крикнул в ответ Биш. – Какого черта тут происходит, папа? Что случилось? Это она сделала? Как она сумела так разломать дверь?
– Уйди, Биш.
– Я позвоню девять-один-один.
– Нет, не надо, просто уйди. Я скоро приду.
Я слышала, как Биш заворчал и, уходя, грохнул кулаком по чему-то деревянному.
Я видела отца, склонившегося надо мной. Он подал Калебу полотенце и опустился на колени, а Калеб накрыл меня.
– Мэгги, что случилось? – требовательно спросил папа, изучающе глядя на меня широко открытыми глазами.
Мэгги. Посмотри на меня, детка.
Я оторвала взгляд от осколков и посмотрела в озабоченные глаза Калеба.
– Ты в порядке? – тихо спросил он. Я заметила, что Калеб не спрашивал о причине случившегося, а беспокоился прежде всего обо мне.
Я открыла было рот, но не издала ни звука. Глянула на Калеба в полной растерянности, а потом почувствовала, что он фокусируется, и царапины у меня на руках и ногах начинают саднить, гореть и постепенно пропадать, оставляя гладкую кожу. Я услышала, как за спинами у нас часто задышал папа.
– Господи, помоги нам, – пробормотал он.
– Я не знаю, что произошло, – простонала я и намотала на палец краешек рубашки Калеба. – Калеб, – с трудом промолвила я и глубоко, до содрогания, вдохнула.
– Ш-ш, – пробормотал он в мои волосы и сильнее прижал к себе. – Ш-ш, теперь ты со мной.
Он был потрясен и расстроен, увидев меня в крови. И хотя в голове у него роилось множество вопросов, все они ушли на второй план.
Я слышала, как к нам подошел Питер – он тоже терялся в догадках.
– Мэгги, ты как? Я осмотрел весь дом, здесь никого нет.
– Это не кто-то, – тихо проговорила я. – Это все… я. Не знаю, что случилось. Просто я была очень расстроена…
Я прижалась лбом ко лбу Калеба и решила показать ему произошедшее, вместо того чтобы пытаться объяснить. Я почувствовала, как вокруг нас жужжит энергия.