Натали

Ливадный Андрей Львович

Внешне Земцов выглядел спокойным, даже легкая хромота куда-то исчезла, видно, сказывалось мобилизующее напряжение бессонной ночи и принятый перед отъездом стимулятор.

На станции его встретила гулкая пустота коридоров и повышенное внимание со стороны охраны, строго контролирующей доступ в офисные секторы орбитального сооружения.

Андрей оказался единственным пассажиром утреннего рейса; остановившись на пороге зала для прибывающих, он окинул быстрым, цепким взглядом три турникета, оценивая следящих за ними представителей

службы внутренней безопасности. Сделать интуитивный выбор оказалось несложно, и он направился к центральной зоне досмотра.

Пропасть, ментально существовавшая между ним и остальными людьми, как-то незаметно сузилась, он шел навстречу собственному прошлому, и чувства неуловимо менялись с каждым пройденным метром. Андрей принимал правила игры, понимая, что глупо соваться со своим уставом в чужой монастырь. Эбрахам недвусмысленно дал ему понять, что существует универсальный ключ, открывающий большинство дверей, а Земцов никогда не брезговал наглядными уроками. Учиться можно где угодно и у кого угодно, а у потенциального противника — тем паче.

Протягивая удостоверение личности охраннику, он незаметно подложил под пластиковый прямоугольник сотенную купюру, полученную в банкомате космопорта.

Нет, принявший у него статкарточку и деньги человек никогда не воевал. Он родился и вырос среди иных условностей и понятий, иначе почему его лицо потеряло настороженность, как только пальцы ощутили подложенную под удостоверение банкноту?

Считав данные со статкарточки, он повернулся к Земцову, одновременно разблокировав турникет, и спросил:

— Чем могу быть полезен? Вы впервые у нас, если не ошибаюсь?

— Да, — сухо ответил Андрей. — К какому часу открывается офис частной космоверфи?

— У нас все конторы работают круглосуточно. Вам следует пройти к…

Земцов жестом прервал его пояснения.

— Прежде мне хотелось бы перекусить. — Он пристально посмотрел на охранника и добавил: — Я слышал на орбитальных станциях часто можно встретить талантливую молодежь?

— Что конкретно вас интересует? — понизив голос, осведомился охранник.

— Скажем так — нетрадиционные методы программирования, — ровно улыбнулся в ответ Земцов.

— Тогда вам действительно следует заглянуть в бар. Это прямо по центральному тоннелю уровня. Спросите Ульриха. Там его знают.

Ульрихом оказался молодой парень, именно той наружности, как представлял Земцов, — высокий, худощавый, немного ссутуленный, с ясным, незатуманенным взглядом и постоянно дергающимся кадыком.

Двухдневная щетина немного скрадывала бледность его лица.

— Зачем искал?

Очевидно, охранник уже предупредил парня.

Значит, и разговор будет по-деловому коротким. Земцов не собирался темнить. Сегодня он мог позволить себе идти прямо, не сворачивая на окольные тропки. Более того, он не чувствовал, что совершает нечто противозаконное, — зная

себя, капитан выбирал меньшее из зол, которые мог бы совершить этим утром.

Выложив на стол статкарточку и микрочип с информацией по личному счету, он коротко осведомил Ульриха:

— На указанном счету мои деньги. Все доказательства на чипе. Счет частично заблокирован. Мне нужно снять и обналичить всю сумму.

Ульрих достал изящный кибстек [4] и углубился в сканирование данных.

Постепенно его щека начала нервно подрагивать.

Некоторое время спустя, закончив чтение и анализ информации, он поднял взгляд.

В нем читался страх, смешанный с непонятным восхищением.

— Это правда? — судорожно сглотнув, спросил он.

— Там же все записано, — недовольно поморщился Андрей. — Деньги мои.

— Я не о том… — Парень запнулся, подбирая слова. — Ты действительно оттуда ?

4

Кибстек — портативный наручный компьютер, выполненный в форме браслета.

— Имеешь в виду войну? Да.

— Тридцать лет?

Андрей кивнул. Только сейчас он сопоставил выражение глаз собеседника и названную цифру. Раньше он не задумывался над этим. Действительно… тридцать лет. И все же он выжил.

Почему в глазах Ульриха застыло выражение полумистического ужаса?

Потому что, в его понимании, ты — нечто большее, чем человек, — шепнул внутренний голос. — Он страшится тебя. И вовсе не уверен в собственной безопасности.

— Все нормально? — Андрей поймал его взгляд. — Или я обратился не по адресу?

— Со счетом проблем не возникнет. А вот на счет наличных…

— Сколько?

— Обычно десять процентов.

Четыреста тысяч? Парень неплохо заработает сегодня. Возможно, вообще свалит куда подальше с этой станции.

— Меня устраивает. Переводи деньги куда угодно. Меня это не интересует. Три шестьсот наличными. Найдешь?

— Найду. Только со станции вас с таким багажом не выпустят. Да и ребята из «Нового Века» не дураки. Отследят рано или поздно.

От Земцова не укрылось, что Ульрих внезапно начал обращаться к нему на «вы».

Он действительно боялся капитана Земцова и сильно уважал миллионеров.

В душе шевельнулся прежний червячок горечи, мир, за который пролито столько крови, на поверку уже давно поклоняется иным идолам…

— Я же сказал: не твоя забота. Ты никого не грабишь. Это мои деньги. Но предупреждаю — ты снимешь только четыре миллиона. Ни одним кредитом больше.

— Заметано. Мне нужно полчаса. Андрей недоверчиво вскинул бровь.