Не ее дочь
Шрифт:
Я смотрела на мелькающий в окнах пейзаж, размышляя о людях, живущих в там и сям разбросанных домах: как они косят лужайки, пьют кофе у эркерных окон и пишут список дел на день. Некоторые родились и выросли здесь, некоторые откуда-то переехали. Другие просто остановились на время. Меня всегда завораживала мысль о переезде в новый город, где тебе только предстоит открыть все его заманчивые секреты и впустить в свою жизнь незнакомцев, чтобы они поместились в ней как пластинки жвачки в пачке. Ты влюбляешься, заводишь друзей, рожаешь
– О чем задумалась, Уолкер?
Мы были вместе всего семь месяцев, но я уже знала, что это то самое. Как люди знают, почему им больше нравится шоколад, чем малина, или демократы, а не республиканцы. Он тот самый. Я посмотрела на него и улыбнулась. Он был таким привлекательным, даже слишком. Я не могла удержаться, чтобы мысли не перетекли к сексу. Когда мы только начали встречаться (мы познакомились, когда я забрела в его мебельный магазин), я как-то в панике позвонила Лайзе и сказала, что мы постоянно занимаемся любовью.
– И что?
– Ну, даже не знаю. Разве это нормально? Так же не может постоянно продолжаться? У меня… мозги плавятся.
– Да брось. Поженитесь, нарожаете детишек, и ты вообще забудешь, что такое секс.
– Но вы с Томом по-прежнему занимаетесь сексом.
– Редко. Потому что, если предстоит выбирать между сном и сексом, мы оба выбираем сон. Никакого кипения мозгов.
– Да ладно. Нет ничего лучше секса.
– Не считая возможности выспаться.
Я не могла представить, что предпочту спать рядом с Итаном вместо того, чтобы спать с Итаном.
– Шарлотта, прекрати немедленно, или я заберу у тебя поезд. Ты меня поняла? – Ее голос звучал приглушенно. – Извини. Маленькие террористы за работой. Вы предохраняетесь?
– Ты о презервативах?
– Именно о них, мисс Простушка. Ты ведь ничего не знаешь о контроле деторождения.
– Да… Почти всегда.
– Не сомневаюсь, что месяца через три ты залетишь.
– Не залечу. Мы пока не готовы к детям. Мы даже не помолвлены!
Лайза фыркнула.
– Никто не готов к детям, пока не забеременеет. Тогда уже не остается выбора.
– Мы будем осторожны. Обещаю.
– Угу. – Лайза чем-то зашуршала. Хлопнула дверь. – Так вот. Временное чувство единения. В этом все дело. Это так ново. Так будоражит. И ты думаешь, что так будет всегда, но нет. Однажды ты посмотришь на него, и сердце не екнет. И когда он будет лежать на тебе, ты будешь думать о предстоящей стирке. И довольно скоро навалится столько бытовых дел, что секс перестанет быть таким уж необходимым, как многие считают. Брак – это нечто гораздо большее, чем секс. Если у Тома завтра не встанет, я это переживу, потому что он многое значит для меня и в другом плане.
– Как мило.
– Нет, я просто говорю, что можно прожить и без постоянного секса. Но без сна обойтись невозможно.
Я надеялась, что никогда с ней
– Эй, ты как? Еще со мной? – взглянул на меня Итан.
Я засмеялась.
– Прости. – Я открыла термос и глотнула кофе. – Просто замечталась.
– О чем?
Я повела бровями.
– Ни за что не скажу.
– О каких-нибудь извращениях?
Он сжал мою коленку, и по телу пробежала приятная дрожь.
– Нет. Вообще-то я думала о нашем будущем.
– И мы там голые?
Итан въехал в яму, термос дернулся, и кофе пролился на меня.
– Черт, горячо! – Я подняла термос и отряхнула колени, а потом закрутила крышку и огляделась в поисках полотенца, чтобы вытереться.
– Возьми руль.
– Что? У меня ожог бедер третьей степени!
Итан закатил глаза.
– Возьми руль, актриса.
Пока я держала одной рукой термос, а другой рулила, Итан стянул с себя футболку и бросил ее мне. Она накрыла мое лицо, а потом съехала на вымокшие в кофе колени.
– Я не буду вытираться твоей футболкой. В чем ты поплывешь на каноэ?
– У меня есть другая. В сумке. Давай, вытирайся.
Прежде чем опустить футболку на колени, я ее понюхала, и Итан застонал.
– Твоя страсть ко мне настолько очевидна, что выглядит жалко.
– Я пылаю страстью ко всем своим ухажерам.
Мы часто так подшучивали, заявляя, что якобы не так важны друг для друга, хотя на самом деле эти отношения составляли всю нашу вселенную. Я промокнула кофе и разложила красную футболку на коленях.
– Так что ты там говорила? Насчет будущего голышом?
Я шлепнула его по руке.
– Не о будущем голышом. А просто о будущем.
– И что ты в нем увидела?
Я уставилась на проплывающие мимо ряды деревьев и пустынное шоссе впереди, представляя тепло наших тел, подпрыгивающих на заднем сиденье…
– Я увидела… только нас. Вместе. Счастливыми. А что видишь ты?
Он улыбнулся, и на груди напряглись мышцы.
– Я вижу то же самое. Только в моей версии ты определенно голая.
Я закатила глаза.
– Ох уж эти мужчины. Все одинаковые.
– Что?!
– В смысле, думают только об одном.
– Ты же знаешь, что я не такой. Мне нужны и твоя душа, и тело.
– Да-да.
Я задумчиво отхлебнула еще кофе из термоса. По телу разлилось тепло, до самых кончиков пальцев. Я ехала рядом с любовью всей моей жизни, впереди нас ждали веселые выходные. Лучше и быть не могло. Да, не могло.