Не отпускай меня...
Шрифт:
Тамара проводила ее долгим взглядом, а потом ляпнула во всеуслышанье:
— Мда, для Лешки теперь красота не главное. Но, может, так оно и лучше для жизни-то.
Она явно хотела уязвить меня, но я не подала виду. Уж сколько раз Аська за мою жизнь говорила, какая я некрасивая, что у меня, наверное, иммунитет выработался. Правда, Лешина «стремная мочалка» меня все же ранила. Но от Тамариной шпильки мне было ни жарко, ни холодно.
А вот Николай не удержался:
— Много ты понимаешь, Тамара, в женской красоте.
Я благодарно ему улыбнулась. Думала, что Леша вот-вот вернется, но он куда-то запропастился. Так что я посидела еще немного и пошла в дом
В доме тоже было пусто и тихо. Только со двора доносился веселый шум. Я села в кресло хотела немного отдохнуть в тишине. И, наверное, незаметно задремала.
Проснулась от того, что кто-то хлопнул дверью.
— Есть тут кто? — раздался Тамарин голос. — А, вот ты где! А я думаю, куда ты пропала. Ты это... иди зайди в баню.
— Зачем? — не поняла я.
— Сходи, сходи. Лешка там твой. Звал тебя. Иди скорее. Он ждет.
— А что ему нужно?
— А я почём знаю? У него и спросишь.
Я вышла из дома. На улице уже начало темнеть, а толпа за столом значительно поредела. Осталась почти одна молодежь. Они громко смеялись, пели, не попадая в ноты, и снова смеялись.
По узкому дощатому тротуару я пошла через огород к бане. Тамара зачем-то семенила за мной следом.
Однако свет в окошках бани не горел, как будто там никого не было.
— Вы не напутали? Он точно там?
— Ничего я не напутала, — отозвалась она. — Там-там. Иди.
Мы подошли к бане, и на меня вдруг накатила странная, но такая сильная нервозность, что резко захотелось развернуться и уйти, не заходя внутрь. Однако Тамара настойчиво подталкивала меня в спину.
— Ну! Чего ты мнешься? Заходи давай!
— Да что вам от меня надо?! — вскинулась я.
И тут дверь сама распахнулась, и оттуда вышел Леша, застегивая ремень. Притом он явно не ожидал увидеть здесь и сейчас ни меня, ни Тамару. Я хотела спросить, правда ли он меня звал, но тут из темноты бани показалась еще одна фигура...
38
Немного помешкав, из бани вышла Люба.
Лицо у меня вспыхнуло так, будто мне пощечин надавали. Какой позор...
В отличие от Алексея Люба совсем не удивилась, увидев нас с Тамарой. Не засмущалась, не растерялась. Наоборот, бросила на нее такой взгляд, что мне подумалось заодно они, что ли?
— Это что тут за сходка? — грубо спросил Алексей, справившись с первоначальным недоумением.
Похоже, стыдно здесь было только мне. Или нравы у них тут такие простые? Одну назвал невестой, а с другой тут же в бане уединился. И ни малейшего конфуза.
Нет, я прекрасно осознаю, что всё это не по-настоящему. Никакая я ему не невеста. И он мне ничего не должен. Не он этот фарс придумал.
И зачем тогда вчера он приходил мириться? Зачем заставил поверить? А я, как дура, потом засыпала с блаженной улыбкой и весь день порхала, пока готовила это застолье. Самой от себя теперь противно. Дура, тысячу раз дура! Развесила уши, размечталась! И как больно! Господи, как же больно...
Не знаю сама, как у меня еще сил нашлось спокойно и без эмоций произнести:
— Тамара сказала, что ты меня сюда позвал.
— Я позвал? — переспросил он таким тоном, что Тамара сразу занервничала.
— Э-э, — издала она смешок. — Ну да... мне там кто-то сказал, что ты искал Зою...
— А там тебе никто не сказал, чтобы ты угомонилась уже и не лезла, куда не просят? — рявкнул он.
Я даже слушать не стала, как она юлит и оправдывается. Развернулась и пошла к дому, ступая тяжело, как старуха. А он даже слова мне не сказал, не отправился следом, не попытался извиниться. Ничего.
Когда подошла к дому, меня кто-то окликнул. Наверное, Николай. Я плохо соображала и думала лишь о том, чтобы скорее уединиться, где можно будет не держать все в себе. Потому что, чувствовала, изнутри уже рвался наружу плач, заставляя горло судорожно сжиматься.
Не оглядываясь, я поднялась на крыльцо, на автомате скинула на веранде шлепки и босиком зашла в дом. К счастью, Надежды Ивановны еще не было. Потому что не успела я добежать до своей комнаты, как тихо завыла. А там уже рухнула на кровать лицом в подушку и разревелась.
Я даже не слышала, что Николай зашел в дом, позвал меня. Вообще ничего не слышала. Только почувствовала, когда он уже начал трясти меня за плечо.
Господи, нет! Зачем он пришел? Мало мне унижения, еще и он увидел, как я тут убиваюсь...
— Зоя, ну что случилось? Кто обидел тебя? Леха? Томка?
Сцепив зубы, я сдержала рыдания. С полминуты меня еще по инерции трясло, но все же я сумела успокоиться.
— Расскажи, легче станет. Может, чем смогу помочь, — приговаривал Николай.
Я подняла голову, перевернулась набок и села на кровати. Он поднялся с корточек и присел рядом.
Я вытерла слезы, бормоча под нос
— Ничего, всё уже нормально.
— Да что тут нормального? Рассказывай, вот увидишь сразу полегчает.
Я покачала головой.
— Не полегчает.
— Да что случилось-то?
Я взглянула на него. Он и правда смотрел на меня с неподдельной заботой и беспокойством.
— Леша… — судорожно выдохнула я. — С любой в бане уединились и там...