Не все карты можно прочесть...
Шрифт:
Странно, ведь здесь она наедалась до отвала, впервые, кажется, в жизни. И вчера они с Галем, после того, как сытно поужинали у Джейка, еще долго пили чай с печеньем, почти до двух часов ночи.
А сейчас Лисе так хотелось есть, что она не отходила от кастрюльки с закипающей водой и все помешивала и помешивала желтую мелкую крупу, чтобы та не слиплась, и каша вышла рассыпчатой и хорошо проваренной. Сюда бы масла еще - у Галиена должно было оставаться после ужина. Так и есть, вот масленка на краю стола. И еще круглый маленький горшочек,
Чайник закипел, и Лиса подумала, что вполне может сделать ромашковый отвар. Сухой ромашки у Галя сколько угодно - вон, на полочке стоит прозрачная банка, закрытая бумагой и перевязанная бечевкой. Насыпать немного в кружку, залить кипятком - и пусть себе настаивается.
А после можно попить вот с этим самым белым порошком.
Лиса взяла маленькую ложечку, зачерпнула порошочка - совсем немного, только на кончике ложки - и сунула в рот. Вот вкуснотища-то! Порошок похож на соль, но гораздо белее и чуть-чуть, еле заметно поблескивает. И хрустит на зубах так здорово!
Была бы Лисина воля - ела бы его ложками. И почему Галь не предложил ей такое лакомство? Зачерпнув побольше волшебного порошка, Лиса отправила в рот еще одну ложку, после еще. Придирчиво осмотрела уровень того, что осталось, и решила, что можно взять еще чуть-чуть.
Быстро помешав кашу, подула на ромашковый отвар, отхлебнула и вновь потянулась за белым лакомством. До чего же вкусно! Вот действительно рай у этих суэмцев, едят сладко, живут в тепле и праздную праздники.
– И как ты только можешь есть этот сахар?
– раздался веселый голос у двери.
Лиса дернулась, ложка дрогнула, белый порошок просыпался на стол.
– Ой...
– пробормотала она, безуспешно пытаясь сообразить удобную отговорку.
– Ой.. извини...
– Да чего там извиняться. Не вкусно есть сахар просто так. Знаешь что... у меня есть варенье, лучше его. И сладко, и гораздо вкуснее, чем сахар.
Галь был заспанным, лохматым и добрым. Ворот помятой рубашки у него заворачивался внутрь, и Лиса заметила тонкую цепочку с медальоном на шее. Интересно, что это за оберег такой, и что он означает?
Галь взял с одной из многочисленных полок баночку, перевязанную бечевкой и наполненную чем-то темным. Открыл и ложечкой переложил густую, бордово-красную массу в маленькую тарелочку. После еще раз пристроил на плите чайник и пояснил, что это варенье, и к нему нужен хороший чай.
Густое варенье действительно оказалось вкуснее сахара. Оно не хрустело на зубах, но было какое-то... Лиса даже не могла понять - какое оно было. Вроде похоже на мед, но не приторное, а немного кислое, со вкусом смородины, с мелкими желтыми смородиновыми семечками. Его Лиса тоже могла, оказывается, есть ложками. И она совала в рот новые и новые порции сладости, а Галь только посмеивался.
– Я сейчас блинчиков соображу. С вареньем - так просто объедение, - сказал он и взялся за сковородку.
Тесто он замешивал
Блинные кругляшки шлепались на тарелку и распространяли вокруг удивительный запах сливочного масла и молока.
– Смотри, - принялся объяснять Галиен, - берешь блинчик, сворачиваешь в трубочку, макаешь в варенье - и в рот! Вот это по-настоящему вкусно.
И Лиса в точности повторяла за ним. Сворачивала, макала и ела. И ей казалось, что она поглощает райскую еду, и лишь где-то далеко в голове мелькала мысль о том, что братьям ее, скорее всего, и не доведется такое попробовать.
Постучали во входную дверь, а после открыли ее. Оказывается, Галь не запирал дом даже на ночь. Застучали в коридоре чьи-то ботинки, и прозвучал звонкий бодрый голос:
– А мы пришли к вам. Папа сказал, что вы уже встали!
Лиса тут же узнала голос Марка.
– Мы с папой пришли вас проведать. И яблок вам принесли, наших, из нашего сада, - продолжал мальчик.
– Привет вам, встали? Блинчиков напекли?
– проговорил Джейк, заходя на кухню.
Лицо его немного побелело от мороза, и коричневые точки проступили на коже с удивительной ясностью. Что это за точки? Это знак Знающих тут, в Суэме?
– А мы на вас не рассчитывали, - весело пояснил Галь, - Марку твоему дадим, а ты уж не извини, на тебя не хватит.
– Переживу как-нибудь. Тем более, что Лана с утра пекла яблочный пирог и вам вот немного передала.
– О, яблочный пирог - это дело, - тут же согласился Галь, - что же ты молчал? Небось, остыл пирог-то у тебя, пока ты сюда добирался. Давай-ка его сюда.
Галь выхватил у Джейка из рук корзину и проворно зашуршал бумагой, доставая широкую тарелку, накрытую крышкой и завернутую в полотенце.
– Пироги - это всегда хорошо. Вот спасибо твоей Лане, знает, как позаботиться об одиноком парне и его гостье, - в голосе Галя слышались озорные нотки.
– А Ошка ваш как? Ему пирог оставили?
– Ошка наш, - при этих словах Джейк хмыкнул и слегка улыбнулся, - и он наелся еще с утра. Встает он раньше всех в доме, точно так же, как и Лиса, наверное.
– Кто рано встает, тому Бог дает, - непонятно проговорил Галиен и добавил, хитро глянув на Лису, - сахара, например, дает. Или варенья...
Джейк шутку не понял, но Лиса малость смутилась. Облизала зачем-то пустую ложку из-под варенья и убрала с огня кастрюлю с готовой кашей.
– Каши не хотите?
– спросила совсем не кстати.
Рядом с ней вдруг оказался Марк и тихо спросил:
– Галь тебе уже показывал свою коллекцию древнего оружия? У него там есть и мечи баймов, страшные такие.
– Нет, не показывал, - так же тихо ответила Лиса.
– Так попроси. Он покажет, он добрый, - заверил Марк и заулыбался, показывая крепкие белые зубы с зубчатой каймой. Зубы, видать, у него поменялись совсем недавно.