Недоверчивые сердца
Шрифт:
Она уже два дня находилась в Гоа. Два долгих дня, которые целиком ушли на экскурсии по окрестностям.
Здесь родилась ее мать, поэтому она впитывала каждый звук, всматривалась в каждый пейзаж.
— Креветки, мисси?
Тамара остановилась возле одного из продавцов, которые во множестве стояли по обеим сторонам дороги, ведущей на пляж Колва.
— Две, пожалуйста, — улыбнулась она.
От ответной беззубой улыбки старого индуса у нее потеплело на сердце. Тамара отдала ему рупии и принялась жонглировать горячими креветками
Съев первую креветку, молодая женщина пошла к пляжу. Ее новые друзья, ребятишки, принялись подскакивать то на одной ноге, то на другой в приветственном танце. Она опустилась на колени, взяла ведерко и присоединилась к строительству замка из песка.
Тамара получала от этого огромное удовольствие. Простые ритмичные движения напомнили ей детство.
Когда умер папа, она, чтобы заглушить боль, строила огромные замки, вкладывая в них все свои детские силенки. Но как только замок достраивался, ее охватывало такое разочарование, что она начинала разрушать его, башенку за башенкой.
Так продолжалось до тех пор, пока боль не утихла. Тогда маленькая Там перестала разрушать замки, а просто наблюдала, как море аккуратно слизывает и потихоньку уносит ее творения.
И теперь, когда песок струился сквозь пальцы, покой охватывал ее и сглаживал досаду, которая терзала молодую женщину со дня приезда на побережье.
Она пробовала не обращать на это внимания. Пыталась расслабляться: каждый вечер, как только темнело, устраивалась в удобном плетеном кресле на веранде своей хижины и наблюдала за морем и мирным пляжем.
Релаксация задумывалась как изгнание из усталой души гнева и желчи, накопившихся за год. Однако выяснилось, что она необходима еще и для того, чтобы залатать новую дыру в истерзанном сердце.
Спасибо Этану!
Даже сейчас она не понимала, что с ней произошло в промежутке между их первым поцелуем и ее уходом от него в Дели.
Тамара и с Ричардом часто чувствовала себя одинокой, хотя ее постоянно окружали друзья и коллеги мужа. Она была одним из атрибутов его жизни, способным улыбаться, умеющим принять участие в беседе, играющим отличную хозяйку дома. Хотя самой ей при этом хотелось кричать и плакать.
Маме женщина ничего не рассказывала. Куши хватало и своего горя. А муж Тамара со временем все больше и больше превращался из уравновешенного человека в избалованного тирана, склонного к выпивке и изменам.
Кончина матери едва не добила Тамара, но, узнав после смерти Ричарда некоторые подробности его жизни, она в глубине души порадовалась, что Куши до этого не дожила.
Горечь изводила ее весь прошлый год и только несколько дней назад начала потихоньку исчезать.
С самого начала совместной поездки Этан без устали и целенаправленно ее преследовал, а как только она поддалась, удрал быстрее, чем лобстер, почуявший перспективу кончины в кипятке.
Тамара приняла это слишком близко к сердцу. При воспоминании
Дети насупились, а женщина ответила им извиняющейся улыбкой и пожала плечами. Потом начала заглаживать испорченный бок замка. Эх, если бы и с Этаном можно было все легко поправить.
Отряхнув руки от песка, Тамара встала и осмотрела коллективное творение. Дети смеялись от радости при виде построенного ими замка.
Помахав детишкам на прощание, молодая женщина отошла в тень ближайшего дерева, расстелила на песке полотенце, легла и стала наблюдать за парочкой, которая, держась за руки, гуляла по пляжу.
Ей хотелось предупредить их, что первая вспышка любви не всегда бывает длительной. Что она легко может погаснуть.
Еще ей хотелось предупредить красивую молодую женщину, чтобы та не отдавала всю себя во имя любви.
Но, конечно, она ничего не сказала.
Наоборот, она нахлобучила шляпу от солнца, раскрыла книгу и уткнулась в нее носом. Это гораздо приятнее, чем пугать молодых любовников и тратить время на сожаления о прошлом.
Чтобы не терять времени, Этан провел множество встреч. Он был очень занят.
Поездка прошла успешно: он заполучил желанного шеф-повара, прозондировал почву насчет нового ресторана в Мумбаи. За последние два дня Этан объездил всю Индию вдоль и поперек. Однако, сидя в комфортабельном и уютном отеле «Континенталь» в Ченнаи, он никак не мог сосредоточиться на делах. Его донимали мысли о Там.
Он уже не один раз тянулся к мобильному телефону. Ему хотелось набрать номер и узнать, что она делает.
Или хотя бы просто услышать голос. Но каждый раз он останавливал себя. Звонок подтвердит, что его самоконтроль пробуксовывает.
Да что там пробуксовывает, просто застопорился.
— Этан, мой мальчик, как приятно тебя видеть! — Перед Этаном возник его представитель в Индии, Дайлип Кумар, и начал хлопать хозяина по спине. — Это Сунил Бахнан, инвестор, о котором мы на прошлой неделе говорили по телефону.
— Очень приятно познакомиться. — Этан потряс руку крупному мужчине с выпадающим из брюк животом, свидетельствующим о том, что его хозяин увлекается мучными блюдами.
— И мне тоже. Я слышал, вы собираетесь открыть в Индии ресторан.
Этан кивнул. Он был благодарен этим людям за то, что теперь может заняться тем, в чем понимает толк, — бизнесом. С этим-то он справится. В отличие от той жизни, что закрутилась опасной спиралью, как только он приземлился в аэропорту сказочной и загадочной страны.
— Я думал о Мумбаи, — сказал он. — Там возможен просто потрясающий рост.
Сунил согласился:
— У нас наблюдается экономический бум. В любом городе ваша «Амброзия» будет делать большие дела. — Он похлопал себя по обширному животу. — Мы очень любим нашу национальную кухню.