Нерушимые узы
Шрифт:
Норт, казалось, был рад, что они так хорошо ладят, — пока Атлас не произнёс это. Тогда он нахмурился в его сторону: он считает неуважительным, что тот занимает столько места в моей комнате. Меня же это, по большому счёту, не беспокоит.
Я бы предпочла, чтобы они все были рядом со мной.
Знаю, что это никогда не станет постоянным — из-за жёстких границ Нокса касательно его спальни и личного пространства, — но я готова принять столько из них, сколько они готовы мне дать.
Меня не удивляет, что Нокс и Норт тут же вытащили
За нами охотится не только Сопротивление — за нами охотятся другие боги.
Их способности, возможные связи друг с другом — даже если они не Связанные, — всё это нужно учитывать в наших следующих шагах. Цена сражений касается не только нас: битва всегда затрагивает и других Одарённых, и неодарённых. Все они стали жертвами войны, о которой даже не подозревали — войны, идущей уже сотни жизней.
Теперь, когда наши Узы предупредили нас об опасности, которая надвигается, думать об этом, даже представлять, с чем мы можем столкнуться… изматывает. Сильнее, опаснее, мощнее…
— Нет никого сильнее нас, — голос Грифона вырывает меня из мыслей, и я подскакиваю на целый метр.
Я забыла, что он шёл за мной и снова имеет прямой доступ ко всем мелочам в моём мозгу.
Когда я останавливаюсь перед спящим Гейбом, Прорицатель подходит ко мне и прижимается сбоку — тепло его тела обжигает меня.
Мне приходится прочистить горло, чтобы снова обрести голос:
— Если ты так говоришь… Но всё, что я знаю, — это то, что бог, который там был, сумел подавить нас всех той болью, которой он владеет.
Его большая рука медленно тянется ко мне — достаточно медленно, чтобы я могла отстраниться, если захочу. Но я не отстраняюсь, и он прижимает ладонь к моей щеке; из его груди раздаётся довольное урчание — совсем не похожее на Грифона.
Мне хочется хихикнуть от этого звука.
— Та атака пробудила меня. Узы Бога теперь завершён, и ты больше никогда не почувствуешь той боли. Я об этом позабочусь. Мы все позаботимся.
Я киваю, слишком уставшая, чтобы задавать вопросы, и ещё сильнее прижимаюсь щекой к его ладони. Не уверена, хочет ли он такой ласки или просто терпит человеческое взаимодействие, потому что я так сильно его жажду, — но в любом случае я это ценю.
Он обхватывает моё лицо второй рукой и тихо шепчет:
— Я ждал тебя. Мы все ждали этой жизни, этих сосудов… и тебя. Ты так же важна для меня, как и Узы внутри тебя. Теперь я это вижу совершенно ясно, без сомнений.
Мне кажется, я тоже ждала Узы богов.
Как будто всё это время я задерживала дыхание — и только сейчас, наконец, выдохнула и это заметила. Мои Узы впервые по-настоящему спокойны внутри меня, по-настоящему отдыхают в полном умиротворении, а лихорадочная энергия, о существовании которой я не подозревала, наконец ушла.
Я в мире с собой.
Я снова поднимаю взгляд на глаза Прорицателя
Широко распахнувшаяся дверь ванной вырывает меня из потока мыслей и напоминает, что вся моя Группа Привязанных прямо сейчас находится в моей спальне со мной. И хотя у нас определённо бывали, кхм, групповые интимные моменты, они точно не начинались вот так.
Мне до сих пор чертовски неловко из-за этого.
Я отстраняюсь от Прорицателя, наклоняюсь и убираю волосы с лица Гейба, чтобы отвлечься, — прижимаюсь поцелуем к его губам, но он не просыпается. Он никак не реагирует, только вздыхает. Я знаю это чувство — сама дюжину раз так отдыхала, — и просто поплотнее укутываю его одеялом.
«Мне не нравится, как он на тебя смотрит, Сладкая».
Я не поднимаю глаз и не реагирую на слова Атласа. Нет смысла затевать ссору. «Он в порядке. К тому же он тоже слышит тебя здесь. Просто из вежливости не указывает на это».
Норт обходит Прорицателя, нарочито не глядя на угрюмого бога-союза, а только на меня, и я мягко улыбаюсь ему — той улыбкой, которую берегу только для своих Привязанных. Он улыбается в ответ, потом осматривает меня с головы до ног, проверяя, нет ли каких-то повреждений, — но, благодаря Прорицателю, я полностью исцелена.
Дрожь предвкушения пробегает у меня по спине.
— Мне не важно, чего хочет бог-связи, Привязанная. Чего хочешь ты? Если ты устала, тебе нужно отдохнуть. Всё остальное может и подождёт.
Я открываю рот, но не могу вымолвить ни слова, мой взгляд мечется между ними. Я не хочу начинать ссору. Я определённо слишком устала для этого — но достаточно ли я устала, чтобы отказать Узам бога в том, чего он хочет?
Нет.
Мне нужна эта связь так же сильно, как и ему, и мои Узы очень заинтересованы в тёмном голоде в его пустых глазах.
Просто кажется невозможным говорить, когда они все так на меня смотрят.
— У тебя встреча утром. Иди поспи, брат.
Облегчение накрывает меня словами Нокса, напряжение покидает тело в мгновение ока. Когда Норт это замечает, он поворачивается и кивает ему, затем наклоняется, чтобы поцеловать меня, и направляется к двери. Уверенности в том, что его брат рядом со мной — сколько бы времени тот не счёл нужным здесь провести, — ему достаточно.
Но Атласу этого недостаточно.
Нокс с минуту сверлит его взглядом, а потом говорит: