Невервинтер
Шрифт:
Нет. В тот день Артемис Энтрери сбежал от человека, который был его величайшим противником, самым опасным врагом.
В тот день Артемис нашел в себе милосердие, он оставил жизнь одному жрецу в обмен на обещание, что священник будет вести себя согласно принципам своего вероисповедания, которое обещает помощь беднякам пустынного города.
В тот день Артемис бежал от себя, своего прошлого, отвращения к себе.
И он решил научиться жить по-другому, пока наемники из Бреган Д’эрт не вернулись.
Все эти воспоминания всплывали в его сознании беспорядочным потоком.
Какая
Убийца заметил, что дроу держал ладони на рукоятях скимитаров, когда уходил за Далией. Энтрери не сомневался, что стоит ему взять в руки оружие и последовать за ним, как он тут же столкнется с легендарным вихрем клинков.
Но у него не было таких намерений. Он заверил Дриззта в своей честности, не воспользовавшись своим преимуществом. Гораздо важнее было то, что темный эльф был рад видеть его, глаза этого следопыта не могли лгать.
И это радовало Артемиса. Его глупый план провалился, и если бы Дриззт не узнал его, или остался недоволен этой встречей, тот был бы уже мертв. Но причина была не в этом. Нет, здесь крылось нечто большее. Дриззт не догадывался, какое облегчение почувствовал этот измученный человек.
У Артемиса уже созрел новый план. Он поможет убить Силору, затем подтолкнет темного эльфа к битве с Херцго, в которую втянет и Далию.
В тот момент Артемис Энтрери, также известный как Баррабус Серый, испытал чувство, которое не посещало его десятилетиями:
Надежду.
Глава 16
Все против них
– Он объединился с моими врагами? — с явным сомнением спросил Херцго Алегни, наполовину вытащив меч из ножен и пытаясь ощутить намёк на подтверждение от разумного меча. Он стоял на названном в его честь мосту, впереди на западе садилось солнце.
– Может — да, а может — нет, — загадочно произнёс Эффрон, отводя взгляд от Алегни, который был не в настроении для подобных игр. — Баррабус объединил силы с дроу и Далией, — сказал Эффрон. – Похоже, чемпионка тэйской волшебницы вернулась в качестве её смертельного врага.
– Почему я должен верить тебе?
– Зачем было посылать меня следить за Баррабусом, если ты не собирался верить моим докладам? — парировал колдун.
По приказу Алегни Эффрон использовал свои чары, чтобы незаметно следовать за убийцей в лесу. Создание тени, как из-за наследия, так и в результате тренировок, но даже умному Баррабусу не удалось заметить слежку. Издали Эффрон наблюдал встречу убийцы, эльфийки и дроу.
– Возможно, леди Далия ищет союзников, — предположил Эффрон.
– Далия, которая убила мой патруль, — сердито напомнил Алегни, и Эффрон быстро отступил назад. — Баррабус объединил силы с Далией после того, как она убила мой патруль! И больше дюжины шадоваров помимо этого.
– Я не имел в виду, что глупый Баррабус не должен быть наказан, — поспешил добавить Эффрон. — Возможно, после того, как он убьёт Силору, ты сможешь припомнить ему все его промахи.
Херцго Алегни отвернулся и подошёл к краю моста, чтобы взглянуть
Если Баррабус вернётся к нему с головой Силоры и головой её чемпионки, Далии, а он ожидал, что так и случится, тогда Алегни точно наградит убийцу.
Конечно, если Баррабус подведёт его — будет он убит при покушении или нет — Херцго Алегни сможет использовать поразительную информацию Эффрона как оправдание дальнейшим пыткам человека.
На мгновение тифлинг даже понадеялся, что Баррабус проиграет. Только на мгновение, потому что поражение Силоры Салм станет, конечно, величайшим выигрышем, и одно это обеспечит ему награду от его командующих в Теневом Анклаве, заставит на время замолчать даже жалкого Дрейго Проворного.
Нетерезский лорд оглянулся на Эффрона. В это время свет на западе погас, и тусклость каким-то образом помогла завершить кривую и уродливую фигуру колдуна, сделав его более крепким и менее… дефектным.
В этот момент Херцго Алегни захотелось, чтобы ему не приходилось испытывать к молодому тифлингу такое отвращение, хотелось, чтобы при взгляде на Эффрона у него не возникало рвотного рефлекса.
Когда могучий тифлинг прогуливался по мосту, названному в его честь, жители Невервинтера обычно избегали этого маршрута. К тому же существовали два других моста, пусть и не такие великолепные и широкие как этот. Не смотря на то, что Алегни и его банда были объявлены героями, немногие чувствовали себя комфортно рядом с тифлингом, и немногие осмеливались перечить ему в чём-то. Поэтому когда маленькая фигурка, по-видимому, женская, в красном плаще, низко склонившись против ветра и плотно натянув капюшон, ступила на мост и преградила ему дорогу, Алегни удивлённо взглянул на неё, а узнав, ухмыльнулся.
Она не замедлила шаг.
– Выбери другой мост, — бросил Эффрон и поднял свою палочку в направлении приближающейся фигуры.
Херцго Алегни схватил молодого волшебника за предплечье и с силой опустил его руку. Колдун посмотрел на него в замешательстве, но Алегни покачал головой.
Женщина приблизилась и откинула капюшон, демонстрируя свои рыжие локоны.
– Добро пожаловать, Аруника, — поприветствовал Алегни.
– Какие новости, Херцго Алегни? — ответила она. — Судя по твоей позе, новости хорошие.
Алегни рассмеялся. Аруника рассказывала ему, что она наблюдатель, и, в конце концов, знание её главная сила.
– Ты знакома с Эффроном? — спросил Алегни, отвлекая её вопросом. — Сильный для своих лет колдун.
Аруника призывно взглянула на молодого тифлинга и улыбнулась своей самой обезоруживающей улыбкой. Лицо Алегни вытянулось от удивления, когда он увидел Эффрона – невыносимого Эффрона! – ответившего на взгляд с искренней и открытой улыбкой.
Воин оглянулся на Арунику и увидел её в другом свете.