О любви
Шрифт:
– Господин Сваш, господин Ювшан, - залебезил он.
– Давненько вы у нас не были. Чем я могу помочь?
Один из оборотней, высокий брюнет с карими глазами, слегка поморщился, на его лице возникло неприязненное выражение.
– Ничем, - недовольно ответил он.
Его товарищ, мужчина с почти полностью седой головой и морщинистым лицом, не был столь категоричен.
– Накрой нам стол, - распорядился он и обратился к наагасаху: - Мы подождём вас здесь.
Риалаш кивнул и повернулся к вошедшим Дарилле и Низкану. Девушка, заметив его взгляд, поспешно шагнула за спину бывшего вольного. Наг с трудом сдержал улыбку, наблюдая за этими манёврами.
– Где ваша комната?
– спросил он
– Второй этаж, дверь в четырёх саженях слева от лестницы, - ответил тот.
Дарилла из-за его спины уточнила:
– Вторая по счёту дверь.
Под напряжёнными взглядами постояльцев компания пересекла трапезный зал и поднялась по лестнице.
Только оказавшись в комнате, наагасах позволил себе высказать своё отношение к ситуации.
– Вот только знакомства с семейкой Вотый мне не хватало!
– недовольно прошипел он.
Дарилла с беспокойством взглянула на него, а потом заметила, что Миссэ с Доашем тоже выглядят озабоченными, и запереживала ещё сильнее. Во что же они вляпались?
– А что не так с этой семьёй?
– рискнула спросить она.
Риалаш обернулся и с удовольствием отметил, с какой стремительностью девушка покраснела под его взглядом.
– Ушлые больно, - за наследника ответил Миссэ.
– Лет семьсот назад, ещё до рождения наагасаха, консер Шерех, отец Хеша, и сам Хеш пытались украсть госпожу Тейсдариласу.
– Зачем?
– поразилась Дарилла.
– Отвернись, - вместо ответа велел ей Миссэ.
Девушка покорно отвернулась и услышала хруст. Видимо, наги решили вернуть себе ноги. На её вопрос Миссэ ответил лишь через несколько минут.
– Хеш жениться на ней хотел, - недовольно пояснил наг.
– Что?
– Дарилла стремительно развернулась.
– Он был влюблён в маму наагасаха?!
Риалаш ехидно посмотрел на девушку и демонстративно подтянул штаны, застегнуть которые не успел. Вспыхнувшая Дарилла успела увидеть белую полосу живота, прежде чем отвела глаза в сторону.
– Тёмные его знают, любил он её или нет, - Миссэ без всякого стеснения неспешно натягивал поверх портков штаны.
– Но наагашейд тогда с нас с Доашем едва шкуру не снял. А Вотым запретил появляться на территории княжества. И запрет действителен до сих пор.
– А мне господин Хеш показался очень дружелюбным...
– протянула обескураженная Дарилла.
– Его отец тоже само обаяние, но это не помешало ему в своё время вырезать весь свой род, став его единственным представителем, а потом подмять под себя все северные кланы волков, - многозначительно протянул Доаш, скептически рассматривая свои запасные сапоги: вид у них был заношенный и мало подходил для посещения дома знатной особы.
– И Хеш, судя по тому, что южные кланы волков перешли под его руку, недалеко ушёл от папеньки. Я советую тебе не доверять членам этой семейки. Тем более если все её мужчины похожи на Шереха или Хеша.
Растерявшаяся девушка опустилась на пол и скинула с плеча мешок.
Ерха тем временем заставил Низкана снять штаны и рубаху и теперь, коря зубастых оборотней, попортивших хорошие вещи, на все лады, обрабатывал укусы. Малыш Дар топтался рядом с бывшим вольным и, с беспокойством принюхиваясь к его ране, испуганно пищал. Видимо, он понимал, что с «мамой» произошло что-то плохое, и теперь изо всех сил переживал. В конце концов он остановился и начал усердно зализывать укус на бедре мужчины. Тот морщился, но зверька не гнал.
– Низкан, - Миссэ страдальчески поморщился, - его слюни тебе в кровь попадут! Ну а если он всё же ядовитый?
Низкан ничего не ответил, только почесал малыша между крылышками.
– О, а я тоже ранен, - Риалаш с некоторым удивлением взглянул на свою ладонь, на которой темнела широкая рваная рана, полученная при выламывании
Миссэ бросил быстрый ехидный взгляд на Дариллу и тут же попросил:
– Дарилла, помоги наагасаху. А то его столбняк ещё хватит.
Девушка покраснела и недовольно посмотрела на нага. Но всё же поднялась и шагнула к наследнику. Риалаш немного удивлённо, но в то же время благодарно взглянул на Миссэ.
Ерха уже успел сходить вниз и притащить бадейку воды для промывания ран Низкана. Дарилла смочила в ней чистую тряпицу и неохотно подступила к наагасаху, старательно не поднимая глаза выше его груди. Риалаш небрежно протянул ей свою ладонь, на которую девушка тут же плюхнула мокрую тряпку, заставив нага болезненно зашипеть. Дарилла мгновенно убрала ткань и, еле удержавшись от желания взглянуть на лицо нага, приступила к более бережной обработке.
У наагасаха оказалась очень большая ладонь в сравнении с её собственной, но куда более узкая, чем, например, у Ерхи. В верхней части ладони, у основания пальцев, шершавились мозоли, в складках ороговевшей кожи которых сейчас собралась грязь и кровь. Почему-то эти небольшие несовершенства заворожили девушку. Сочетание идеального с недостатками... Дарилла осторожно смыла засохшую кровь и провела тканью по пальцам мужчины. Они у него были длинными, сильными и очень чуткими. Девушка перевернула ладонь нага тыльной стороной вверх и поразилась совершенной форме ногтей, под которыми в данный момент чернела земля. Кончики пальцев были очень нежными и имели раздражённо-розовый цвет. Дарилла предположила, что это из-за недавнего оборота: появление когтей и их исчезновение вряд ли проходит бесследно. Почему-то представилось, как наагасах прикасается к ней. Его чувствительные кончики пальцев наверняка обожжёт жар её щёк или... губ.
Смущённая собственными мыслями, девушка быстро помыла руку мужчины и наложила на неё повязку с лекарственной мазью. А Риалаш с изумлением рассматривал её пылающие как факел уши. Ему было крайне любопытно узнать, что же настолько смущающее пришло в голову этой девочки, пока она рассматривала его ладонь. Как только девушка закончила перевязку и отошла от него, наг поднял руку на уровень своих глаза и, прищурившись, рассмотрел её со всех сторон. Но ничего привлекательного не узрел.
Следующие несколько часов путники приводили себя в порядок: умывались, чистили одежду и сапоги... Даже малышу Дару Ерха помыл лапы и крылья, чем вызвал у зверька бурю негодования: его оскорблённый писк звучал ещё с четверть часа после помывки. Даже Низкан, раздражённый и недовольный (укусы всё же болели), собственноручно вычистил свои сапоги и надел свежую рубаху. Миссэ, правда, всё же заставил его переодеть кафтан заново, вывернув его перед этим нужной стороной. По мнению Дариллы, смотрелся бывший вольный всё равно странно: лицо заросшее, одежда сидит как-то неловко: вроде всё по размеру, но словно с чужого плеча снято - а сапоги залихватского оранжевого цвета с зелёными крапинами.
– Не соврал-таки, - Ерха с уважением припомнил охотника, у которого сторговал сапоги для Низкана.
– Скока времени прошло, скока дорог исхожено, а как новые!
Дарилла перевела взгляд на свои собственные сапоги, у которых были сбиты и носы, и каблуки. Да и одежда совсем не подходила для посещения аристократического дома. В родном имении её в таком виде дальше кухни не пустили бы.
– Наагасах, а нам обязательно туда идти?
– девушка мрачно посмотрела на мужчину.
– Я не могу отказаться, - Риалаш тоже выглядел не очень довольным.
– Консер Хеш имеет большое влияние в Салее. Даже хайнес не может похвастаться такой властью, которую держит в руках консер. А я не обычный наг, а наследник престола. Каждый мой отказ или согласие воспринимается как отказ и согласие всех наагатинских княжеств.