О любви
Шрифт:
Девушка презрительно поджала губы. Политика! В её воображении тут же нарисовалась карта, на которой Салея приглашала в гости княжество Шаашидаш: именно так Дарилла восприняла предстоящий визит.
– А мне, Низкану и Ерхе там обязательно быть? Может, мы вас здесь подождём?
– Исключено, - сухо ответил наагасах и недовольно взглянул на девушку.
– Ты, во-первых, уже представлена как моя невеста. Будет весьма странно, если я явлюсь без тебя. А во-вторых, я даже боюсь представить, что случится с городом,
Дарилла закатила глаза к потолку, а затем раздражённо уставилась на нага.
– Наагасах, вот знаете, до встречи с вами в моей жизни очень редко происходило что-то столь грандиозное, как побег на драконе или проникновение в тюрьму. Но знакомство с вами нарушило мой покой.
Риалаш прищурился и сложил руки на груди.
– Хочешь сказать, что во всех неприятностях, которые ты находишь на свою задницу, виноват я?
– вкрадчиво поинтересовался мужчина.
– Ну, какая-то связь определённо есть, - девушка позволила себе ехидную улыбку.
Наг только хмыкнул и вернулся к сборам.
А Дарилла, сообразив, что от визита не отвертеться, приуныла. Девушка просто представила себя в дорожной одежде на фоне роскошных интерьеров и рядом с ярко одетыми оборотнями и заранее почувствовала себя не в своей тарелке.
От Риалаша не укрылось её уныние.
– Что не так?
Дарилла подняла на него глаза и опять опустила их.
– Мы как бродяги выглядим, а собираемся в дом консера, - пробурчала она.
Риалаш улыбнулся.
– Не переживай, наш внешний вид - теперь забота консера, так как приглашение исходило от него и мы не предполагали этого визита.
Это девушку не порадовало и не успокоило. Помимо внешнего вида её волновало ещё и то, что она окажется опять в высшем обществе. Дарилла покинула эту среду в пятнадцать лет, когда к ней ещё никто как к взрослой девушке не относился. И сейчас ей предстоит вспомнить все свои манеры и войти в роль благовоспитанной взрослой леди, а взрослой леди она никогда не была.
Спустились путники вниз уже ближе к полудню. Их сопровождающие успели поесть и теперь неспешно потягивали сбитень. Увидев Риалаша, который спускался первым, они тут же поднялись на ноги и последовали за компанией к конюшням.
– Вот гадюшка!
– Ерха с трудом увернулся от морды своей лошадки, которая вознамерилась приветить хозяина укусом.
Оборотни сдержанно улыбались, глядя, как старик ругается на вредную скотину. Им хозяин постоялого двора выделил собственных лошадей, которых сейчас сноровисто осёдлывал его сын.
От постоялого двора вся компания направилась к главной площади, а миновав её, завернула налево и выехала на западные окраины города. Дариллу немного удивило то, что дом консера находится пусть и в привилегированной части города, но на окраине. Обычно дома таких влиятельных лиц располагались
Господина Сваша и Ювшана узнавали и почтительно им кланялись. На их спутников смотрели с любопытством. Дарилла то и дело ловила долетающие до неё шепотки.
– Важный кто-то...
– ...сами распорядители...
– ...видать, консер в городе...
Последняя фраза особенно заинтересовала девушку, она даже обернулась в сторону говорившего, но понять, кому именно принадлежали эти слова, не смогла. У Дариллы возникло подозрение, что едут они не в дом консера. Поразмыслив, она почти уверилась в собственных подозрениях. Консер Хеш является главой южных и северных волчьих кланов. Неужели он будет жить в таком провинциальном городке, как Байрин? Может, тут проживает кто-то из его сыновей, например, господин Ханеш, или кто-то из внуков?
Дарилла поравнялась с наагасахом и тихо спросила:
– А мы точно едем в дом консера?
Риалаш оглянулся на неё и слегка улыбнулся.
– Мы едем в дом семьи Вотый, а живёт ли там консер, уже не так важно.
Девушка растерянно посмотрела на мужчину.
Длинная и широкая улица, по обе стороны которой стояли причудливые особняки, утопающие в зелени садов, вывела их к высоким кованым воротам, которые перед ними расторопно распахнула стража. Видимо, консер успел предупредить, что должны прибыть гости.
Широкая, вымощенная серым камнем дорожка шла через парк, который начинался прямо от ворот. На взгляд Дариллы, которая успела привыкнуть к аккуратным нордасским и давриданским паркам и садам, этот парк был более всего похож на лес, довольно густой, но при этом солнечно-светлый. В ветвях шебаршились деятельные птички, пару раз девушка замечала пушистые хвосты в кустах, а в траве под некоторыми деревьями коричневели упругие шляпки грибов. Воздух был напоён запахом прелой листвы, влажной земли и еловой хвои. Листья на кое-каких деревьях уже подёрнула желтизна, и Дарилла с удивлением осознала, что вообще-то наступила осень. Со всеми событиями, что недавно произошли в её жизни, она совершенно перестала обращать внимание на внешний мир и не заметила, что лето уже закончилось.
– Благодать-то какая!
– Ерха довольно щурился и поглаживал свою бороду.
– Как в деревне родной оказалси!
Деревенька, в которой он родился и вырос, была окружена вот такими же светлыми лесами. Только дорог мощёных там отродясь не имелось.
Каменный особняк семьи Вотый появился перед путниками неожиданно: дорожка в очередной раз вильнула в сторону, и из-за кустов и древесных стволов показался красно-коричневый бок невысокого здания. Постепенно оно всё больше и больше выползало из-за лесных насаждений, являя путникам свой величественный облик.