Обман
Шрифт:
«Отец», — подумала я и едва не произнесла это слово вслух, но сумела сдержаться. Сердце мое пронзила страшная боль, когда я вспомнила, что моему отцу было всего сорок шесть лет. Он так рано ушел из жизни.
Луиза накрыла мои холодные пальцы своими и мягко сказала:
— Должно быть, твой отец был очень хорошим человеком, если у него такая замечательная дочь.
Боясь, что, если я заговорю, голос мой дрогнет, я лишь сморгнула несколько раз и кивнула головой.
— В ту зиму, когда ты появилась в Чарлвуд-Корт, мне было так жаль тебя, — нерешительно заговорила кузина. —
Горло мое стиснул спазм.
— Я понимаю, Луиза, — хрипло проговорила я и сглотнула, чувствуя, как на глаза у меня наворачиваются слезы.
«Что это со мной, — подумала я, — ведь я никогда не плачу».
Наступило молчание, которое длилось до того момента, пока мы не выехали за пределы Лондона на дорогу, ведущую в северном направлении. Только тогда я смогла произнести уже более или менее нормальным голосом:
— Пэдди здорово повезло.
Луиза смотрела в окно экипажа, но, услышав мои слова, обернулась ко мне с удивленным выражением лица.
— Ты — женщина, которая умеет молчать, — пояснила я. — Мой отец всегда говорил, что такие дороже всех сокровищ. К сожалению, у меня никогда не было этого дара.
Луиза рассмеялась.
— Послушай, Луиза, — торопливо заговорила я, — Адриан сказал, что, если вы с Пэдди решите пожениться, он сдаст Пэдди участок в Лэмбурне.
В это время в окно экипажа ударили первые капли дождя.
— Повтори еще раз, что ты сказала, — попросила кузина.
Я повторила свои слова и добавила:
— Ты можешь быть уверена, что арендная плата, которую назначит Адриан, будет очень умеренной. Места там замечательные, Луиза. Лошадям в Лэмбурне настоящее раздолье, а ведь Лэмбурн-Мэнор находится всего в нескольких милях от Грейстоун-Эбби. Так что мы сможем с тобой часто видеться.
— О, Кейт! — Теперь глаза кузины начали наполняться слезами.
Дождь уже барабанил в окно экипажа с удручающей монотонностью.
— Это была не моя идея, — сказала я. — Адриан так решил.
— Какое счастье, что ты встретила такого человека, как Грейстоун, Кейт, — дрожащим голосом проговорила Луиза. — И я говорю об этом не потому, что он предложил нам с Пэдди поселиться в Лэмбурне.
Я уставилась на собственные колени, боясь смотреть ей в глаза.
— Да, конечно, Адриан — прекрасный человек, — сказала я. — Это признают все.
— Он сильный, — подхватила Луиза, — но при этом вовсе не грубый. Женившись на тебе, большинство мужчин либо превратили тебя в собственную няньку, либо принялись бы следить за каждым твоим шагом. Тебе повезло: Адриан достаточно сильный, чтобы дать тебе возможность быть самой собой.
Должна признаться, мне понравилось не все из того, что сказала кузина.
— Ты рассуждаешь так, словно я племенная кобыла, Луиза, — заметила я с неприкрытым раздражением.
В этот момент
Поместье Харли-Холл находилось во владении семьи сэра Чарльза Барбери на протяжении жизни нескольких поколений, и скорее всего именно по этой причине — оно располагалось неподалеку от Ньюмаркета — жизнь сэра Чарльза уже с двадцати одного года была неразрывно связана со скачками.
К тому времени когда мы прибыли на место, дождь прекратился. Когда наш экипаж покатил по подъездной аллее, я, выглянув в окно, увидела дом, типичный для эпохи короля Якова Первого: внушительное строение с узкими окнами и высокими печными трубами.
— Слава Богу, приехали, — сказала я, обращаясь к Луизе. — В этом экипаже так трясет, что у кого хочешь желудок прихватит.
— Да, поездка получилась утомительная, — согласилась кузина.
Экипаж остановился у большой каменной лестницы. Мужчины к этому времени успели снова пересесть на своих лошадей, поэтому дверь экипажа нам открыл Адриан.
— Ну, как тут у вас дела? — спросил он.
Будучи хорошо воспитан, он адресовал вопрос нам обеим, но я знала, что он обращается прежде всего ко мне.
— Если я сию же минуту не выберусь из этой колымаги, я закричу, — заявила я.
— Сейчас подадут стремянку, — сказал Адриан.
Встав с сиденья, я на затекших ногах подошла к нему и сказала:
— Дай я лучше спрыгну.
Муж внимательно посмотрел, затем обхватил меня руками за талию и мягко опустил на землю. Я всей грудью вдохнула холодный, влажный воздух. Весь последний час я чувствовала неприятную тяжесть в животе и потому была несколько раздражена.
Наконец принесли стремянку, и Луиза с достоинством спустилась по ее ступенькам. Тут подъехал Гарри, и мы все вчетвером стали подниматься по парадной лестнице Харли-Холла. У дверей дома нас приветствовал дворецкий, сообщив, что сэр Чарльз повез кое-кого из своих гостей посмотреть на его скаковых лошадей, которых он держал и тренировал на конюшне неподалеку от Бьюри. Затем дворецкий препоручил нас экономке, которая проводила нас в приготовленные комнаты.
Несмотря на то что я целый день ничего не делала, а просто сидела в экипаже, я буквально валилась с ног от усталости. Наспех оглядевшись, я подошла к большому деревянному креслу-качалке, стоявшему перед камином, уселась в него и принялась смотреть на огонь.
Открылась дверь, и в комнату вошел лакей, несущий наши портпледы. За лакеем следовала Жанетта, которая тут же сказала, что все для меня распакует. Я слышала, как появившийся в комнате следом за ней Адриан сказал ей, что я устала и что будет лучше, если она зайдет ко мне попозже. Наконец дверь закрылась.
— Почему бы тебе не вздремнуть, Кейт? Отдохнув, ты почувствуешь себя лучше, — мягко сказал Адриан.
— Я не хочу спать, — сказала я голосом капризного ребенка. — И вообще мне не с чего уставать. Я целый день сидела сиднем и ничего не делала.