Обман
Шрифт:
Морланд поднимает глаза, и я перевожу взгляд на стол. Передо мной морская карта, похожая на ту, что висит в Пеннигейте рядом с кабинетом только эта больше, гораздо ярче и со множеством цифр. В большинстве случаев голубой и зеленый цвета концентрируются вокруг суши, но в отдельных местах зеленые, похожие на щупальца ленты заходят далеко в море. Это отмели. У многих из них есть названия: Отмель Ганфлит, Отмель Санк, Коса Кентиш, Банка Норт Фолс.
Морланд пальцем прочерчивает на карте воображаемую линию от устья нашей реки вниз через дельту Темзы.
– Обычный курс судов, идущих в этом направлении, следующий: сначала огибаем отмель Корк, затем идем прямо на юг, оставляя справа отмели Ганфлит и Литл. На Черном проходе… – Морланд стучит пальцем по узкой белой полоске между отмелями. – Решаем, как мы будем обходить банку Лонг. –
Морланд не уточняет, что может случиться с теми, кто ошибется в навигационных расчетах. Но противные зеленые кляксы на карте безмолвно договаривают все за него.
– Другое возможное место пересечения отмели вот здесь. – Палец Морланда движется немного дальше по Черному проходу и резко поворачивает на юг. – Здесь гораздо глубже, но этот путь тоже требует правильной ориентации в пространстве. С нынешними спутниковыми системами особых трудностей с навигацией у более или менее опытного яхтсмена быть не должно, однако… – Ричард хмурится от каких-то мыслей и внимательно смотрит на меня своими умными глазами, – в любом случае, одному плыть тяжело. В одиночку приходится одновременно и считывать показания навигационной системы, и соотносить их с картой. Это нелегко. А нужно еще вслушиваться в море, вглядываться в сигналы буев и маяков. В общем… – Морланд делает какой-то неопределенный жест, видимо, означающий, что он не решился бы на такое одиночное плавание. – Однако, если вы задумали полностью обезопасить себя, если вам не улыбается прыгать через все эти отмели, то можете пойти вот так. – Его рука описывает широкую петлю в восточном направлении через сплошное белое пространство, лишенное голубых и зеленых пятен. – Конечно, это длинный маршрут, но если яхтсмен на первое место ставит вопросы безопасности…
Применительно к Гарри эта сентенция как бы повисает в воздухе. Морланд смотрит на меня отсутствующим взглядом, занятый какими-то своими мыслями, но тут же глаза у него освещаются улыбкой. Он снова поворачивается к карте.
– Вот здесь «Минерву» видели с каботажного судна. – Ричард указывает на точку на Черном проходе. – В 23.20 в пятницу. Как видите, эта точка расположена слегка к западу от второго пути перехода отмели. Не очень выгодная позиция. К тому же, по словам капитана-каботажника, яхта двигалась в восточном направлении. Тоже не очень умно. Я не думаю, что Гарри, имеющий все-таки некоторый навигаторский опыт, мог в тот час оказаться в этом месте. Вы улавливаете мою мысль?
Я медленно киваю.
– Но не только это заставило меня думать, что та яхта не была «Минервой». – Морланд откидывается на спинку стула, задумчиво покручивая карандашом. – Ведь капитан каботажного судна, по его собственным словам, заметил яхту только потому, что чуть не столкнулся с нею. Он бросился к прожектору и упер луч прямо в яхту. В такой ситуации это естественно. С испугу капитан не обратил внимания на многие детали, например, на название. Но одно, как он сказал мне, запомнил точно. Позади яхты не было никакой лодки. Там вообще ничего не было. А уж не заметить лодку таких размеров он не мог, хотя… Хотя и это еще ничего не значит. Гарри мог потерять лодку в любой момент до встречи с каботажником. – Морланд дает время усвоить сказанное и внимательно смотрит на меня, как учитель, разъясняющий ученику сложную задачу. – Капитан запомнил еще одну важную деталь, – продолжает Ричард. – На обоих парусах яхты были какие-то номера, и сами паруса даже в темноте выглядели… пестрыми. Он так и сказал: «Пестрыми». Это наводит меня на мысль, что паруса были изготовлены частично из кевлара, такой темно-коричневый синтетической ткани. Она обычно применяется на гоночных яхтах. Вставки кевлара и создавали впечатление пестроты. В то же время… –
– Но вы так не считаете?
Морланд пожимает плечами, но я вижу, что он так не считает. Между нами повисает молчание. Теплый ветерок приподнимает занавеску на окне.
– Может, вы хотите чаю? Или чего-нибудь прохладительного? – с неожиданной серьезностью спрашивает Ричард.
– Спасибо, не хочу.
– Точно?
Я быстро киваю и снова смотрю на карту. Затем, вдохнув побольше воздуха, тихо произношу:
– Значит, вы думаете, что они видели не «Минерву»?
Морланд поворачивается ко мне лицом. По его напряженному выражению я понимаю, что вопрос свой я почти прошептала.
– Простите, не расслышал, – говорит он.
Я повторяю громче.
– Да, скорее всего, это была не «Минерва». Тут есть еще одно соображение. Если бы «Минерва» пропала где-то в дельте, попав на мель или столкнувшись с другим судном, то либо саму яхту, либо ее обломки давно бы уже обнаружили. В этом районе глубины преимущественно небольшие. И судоходство тут очень активное. Если яхта затонула здесь, то к этому времени либо должны были что-то показать сонары, либо какие-то предметы попасться в рыболовные сети. Раз этого не произошло, то можно предположить, что гибель яхты произошла в районах Черного прохода или Королевского пролива. В этих местах достаточно глубоко. Но именно здесь и искали «Минерву» патрули береговой охраны.
– А вот тут? – спрашиваю я, указывая на обширный участок моря, простирающийся на восток. Туда, где по словам Морланда, пролегают маршруты осторожных людей.
– Да, – немедленно соглашается он. – Там «Минерву» найти очень трудно.
По его тону я понимаю: он не верит в то, что Гарри пошел этим путем.
– Чарльз сказал мне… – Я откашливаюсь. – … Дескать, вы обнаружили что-то новое?
Он задумчиво поджимает губы, выпрямляется на стуле и делает жест рукой, как бы стараясь отвести все мои возможные надежды.
– Ну, я не стал бы говорить, что нашел нечто конкретное. Просто в голову пришла одна идея.
Я жду.
– Мне кажется… – Ричард приподнимает карту и что-то ищет под ней на столе. Потом достает небольшую пачку каких-то листков и задумчиво смотрит на них. – Я тщательно изучил погодные условия того дня. У меня есть данные, как местные, так и в целом по стране. Я разговаривал с людьми, которые были на реке в тот день. Наконец, попытался поставить себя на место Гарри. – Морланд как-то отстраненно потирает ладони рук. – И пришел к выводу: если бы у меня не было какой-то экстраординарной причины, я никогда не вышел бы в плавание на яхте именно двадцать шестого марта.
Последнюю фразу он произносит очень тихо, и проходит несколько секунд, прежде чем ее смысл полностью доходит до меня.
– Тогда с вечера четверга разыгралась буря. Сильный ветер был и в пятницу утром. – Морланд пролистывает бумаги, пока не натыкается на нужную. – Одновременно шел сильный дождь. К пятнице он немного стих, превратившись в мелкие осадки. Кстати, с точки зрения видимости такие осадки даже хуже. В воздухе висел туман. – Каждое предложение Ричард сопровождает легким ударом тыльной стороны ладони по листу. – По прогнозу ночью в пятницу на море ожидалось большое волнение. – Морланд качает головой. – В общем, все один к одному. Поэтому я ни в коем случае не отправился бы в путь в пятницу двадцать шестого марта. Я остался бы у причальной стенки яхт-клуба, пропустил стаканчик виски и пораньше завалился спать. – Морланд откладывает листок, который он держал в руке, и берет другой. – А вот на следующий день, то есть в субботу, метеоусловия были гораздо лучше. Правда, с раннего утра у берега держался легкий туман, но его рассеяли первые же лучи солнца. Ветер северный, до двух баллов. Это совсем не много. Погода отличная и… – Он резко вытягивает руку ладонью вперед, как бы подчеркивая важность последующего сообщения и одновременно предостерегая меня от преждевременных вопросов. – И рано утром в субботу, около шести утра в устье реки видели яхту. Белую яхту с одной мачтой. Размерами примерно с «Минерву». И что важно… Яхта тащила за собой белую лодку. Типа плоскодонки.