Одержимая
Шрифт:
— А вы ему кто? — голосок чуть протрезвел.
— Мать! — рявкнула Ирина. — Мать я ему, мать его… Давай адресок, Алиночка, давай скорее, а тот тут такая радость — бабушка приехала! Только слышишь? Не говори ему, пусть будет сюрприз!
Взревел скутер. Вылетел на пустеющую к вечеру субботнюю улицу.
— Елки, — пробормотал демон у Ирины за спиной. — Это же другой конец города…
— Успеем.
И она нажала на газ.
Рыжий,
Компания то редела, то снова уплотнялась за столом. Варя категорически потребовала курить на балконе, «а то бабушка меня убьет». Дым в комнате слегка рассеялся.
Антона угостили куском пиццы с колбасой. Он принял еду с благодарностью: здорово проголодался и жалел, что не захватил бутербродов. Алина предупреждала… Но с тех давних времен, когда он малышом ходил в гости с родителями, он привык, что в гостях угощают…
Потом он посмотрел на часы и вспомнил, что обещал матери быть в десять. Не то чтобы он собирался выполнять это обещание… Но на часах было без десяти одиннадцать, а телефон не включался с половины восьмого.
— Блин, — пробормотал Антон вслух. Пошевелился на диване и вспомнил про пистолет.
Удивительное дело: за эти несколько часов он так свыкся со стволом, что почти забыл о нем. Оказалось, не нужно ничего демонстрировать, вытаскивать из кобуры, показывать, — достаточно смотреть людям в глаза так, будто у тебя на боку заряженный ствол…
Рыжий, собравшийся уходить, снова заглянул в комнату, и вид у него был растерянный:
— Народ, у меня айфон на кухне стоял, заряжался… Никто не видел? А то шнур валяется, а айфона нету…
По комнате пронесся будто ветерок. Алина подняла голову, Варя сдвинула брови:
— Ты хочешь сказать, его кто-то спер?
— Я ничего не хочу сказать, — Рыжий огорчался на глазах. — Просто он лежал, ну, заряжался, а теперь его нет…
Кто-то из парней выругался. Варя внимательно обвела всех глазами:
— Ну, блин… Ну, слушайте, тут же все свои, всем доверяешь… Если сейчас выяснится, что кто-то шакалит у своих, — эта тварь у меня дерьма наестся, обещаю!
Антон, захлопав глазами, сел ровнее. И поймал косой взгляд Пини.
Не задумываясь, сунул руки в карманы куртки…
Маленький плоский предмет лежал рядом с его телефоном. Маленький, легкий, гладкий.
Антон глянул на Пиню. Тот смотрел на разъяренную Варю и медленно, медленно поднимался из-за стола:
— Тут не все свои. Алина пригласила этого… Гондона Нечаева. Вот пусть попросит Гондона вывернуть кармашки.
Антон почувствовал, как отливает кровь от щек. Встал, решительно не зная в этот момент, что делать. Как будто не было никакого пистолета.
— Пиня, — сказала Алина. — Ты знай все-таки меру.
— Как хочешь, — Пиня демонстративно пожал плечами. — Только
Варя, красная от огорчения, сжала губы:
— Ты, Антон. Просто покажи, что у тебя ничего нет в карманах.
— Еще чего? — хрипло спросил Антон.
— Давай я начну, — Пиня демонстративно вывернул карманы широких джинсов, мешком висящих почти до колен. — Хотя вы меня давно знаете, мне не западло показать, что я не брал этого несчастного айфона… Пацаны, у вас ведь тоже нет?
— Пиня, — сказал один из товарищей Рыжего. — Чего ты выступаешь, как массовик-затейник? Это Варина хата, пусть она и командует…
Пиня сжал губы. На щеках у него выступили пятна:
— Варя, мне снять с него куртец? Чтобы ты убедилась? Почему, вообще, он в комнате сидит, жара, а он в куртке?!
— Антон, — обморочным голосом произнесла Варя. — Сними, пожалуйста, куртку и дай мне.
— Еще чего, — сухими губами сказал Антон. В ушах у него звенело от унижения.
— Тебя дама просит! — Пиня шагнул вперед. — Хозяйка!
Антон попятился. Пиня в два шага подскочил к нему и цапнул за полы куртки; Антон перехватил его руки. Куртка задралась; Варя нахмурилась, Алина округлила глаза…
Отшвырнув Пиню, Антон выхватил из кобуры пистолет.
Сколько раз он представлял, как это будет. Не так, не так. По-другому.
Но реакция превзошла его ожидания. На всех лицах, обращенных к нему, во всех глазах он увидел свое отражение — отражение Человека с Оружием.
А может быть, ему показалось.
— Травматика, — негромко сказал кто-то. Алина подняла брови. Кто-то нервно хихикнул.
— Макет, — предположил другой голос.
— Газовый?
— Пацаны, это вообще зажигалка…
Антон снял пистолет с предохранителя, поднял вверх и нажал на спусковой крючок.
От выстрела он почти оглох. Сильно дернуло руку. Запахло дымом, отлетела гильза, в белом потолке появилась черная дыра.
Кто-то длинно и тоскливо выругался. Антон нашел глазами Пиню.
— Я не брал вашего поганого айфона, — сказал, выговаривая каждое слово. — Этот… гад мне подсунул в карман… специально.
Вокруг него медленно освобождалось пространство. Кто-то, на четвереньках выбравшись в коридор, с криком ломанулся к входной двери:
— Атас! Тут стрельба!
— Сейчас менты приедут…
— На фиг! Пошли скорей…
— Я не брал вашего поганого айфона, — Антон говорил, обращаясь к Алине, не замечая, что дуло пистолета смотрит ей в грудь. — Алина, я не брал, это он мне подсунул в карман! Возьми, если хочешь…
В этот момент в бледной, застывшей, ошалевшей комнате случилось небольшое движение: Пиня, оскалившись, шагнул в сторону и прикрыл собой Алину. Встал между ней и пистолетом.