Одержимость
Шрифт:
— Анна, иди сюда, — тихо проговорил он. Девушка подчинилась, ничего не сказав. Льюис тоже подошел ближе.
Мужчина напротив них остановился, но продолжил наблюдать за ними.
— Просто идите дальше, — сказал Роб. — И не оглядывайтесь. — Его голос был спокоен и убедителен, но мышцы руки, обнимающей Кейтлин за плечи, были напряжены.
Габриэль обернулся для того, чтобы усмехнуться.
— Что такое, Кесслер? Испугался?
«Это я испугалась», — сказала ему Кейт, прежде чем Роб отреагировал. Она чувствовала его гнев.
— Ну что же ты сразу не сказала? — Габриэль кивнул вниз по улице. — Пойдемте туда. Туда, где заводы. Мы найдем место, где можно отсидеться, чтобы копы нас не нашли.
Они пересекли железнодорожные пути, прошли мимо огромных складов и дворов, заполненных автомобилями. Кейтлин все еще нервно оглядывалась назад, но единственным признаком жизни там был белый дым, поднимающийся из труб завода Гренни Гус (Примечание: Гренни Гус (англ. «Granny Goose») — название компании, производящей чипсы).
— Сюда, — сказал вдруг Габриэль. Там был пустой, огражденный забором и колючей проволокой участок, такой же, как и все остальные в этом месте. Вывеска гласила:
«Продажа/аренда 4+ акра
Примерно 180,000 квадратных футов
ПАСИФИК АМЕРИКАН ГРУП»
Габриэль стоял рядом с воротами в заборе, и Кейтлин увидела, что колючая проволока над ними была сплющена.
— Дайте мне свитер или что-нибудь похожее, — попросил парень. Кейт сняла лыжную куртку, и Габриэль перекинул ее через приплюснутую проволоку. — Теперь залазьте.
Через минуту они были внутри участка, Кейтлин получила назад свою куртку, теперь та была продырявлена. Но девушке было все равно. Все, что она хотела, — это сжаться где-нибудь, как котенок, чтобы никто и ничто не достало ее.
Участок был хорошим местом. Огромный бастион комьев земли прикрывал центральную часть склада с улицы. Спотыкаясь, Кейтлин подошла к углу, где соприкасались две стены, и рухнула там. Адреналин, который поддерживал ее последние восемь или девять часов, сошел на нет, и теперь ее мышцы больше походили на желе.
— Я так устала, — прошептала она.
— Мы все устали, — сказал Роб, садясь рядом. — Давай, Габриэль, спускайся, пока тебя никто не заметил. Ты полутруп.
«Точно, — подумала Кейтлин, — Габриэль был изможден еще до того, как вырубил полицейского, а сейчас он фактически дрожал от усталости».
Габриэль какое-то время постоял, безусловно, чтобы доказать, что не прислушивается к советам Роба, затем опустился на землю на противоположной от них стороне, соблюдая дистанцию.
Тем не менее, Льюис и Анна сели поближе к Кейтлин. Она закрыла глаза и прислонилась к стене, радуясь их близости и близости Роба. Его теплое, крепкое тело, казалось, излучает защиту.
«Он никому не позволит причинить мне боль», — смутно думала Кейт.
«Не позволю», — произнес голос Роба в ее голове, и она почувствовала
«Это как будто прижаться к солнцу, — подумала девушка. — Я так устала…»
Она открыла глаза.
— Мы будем спать здесь?
— Я думаю, да, — протянул голос Роба. — Но, может, кому-то из нас лучше не засыпать, ну, типа побыть на страже, на тот случай, если кто-то объявится.
— Я посторожу, — коротко сказал Габриэль.
— Нет! — Кейтлин была поражена. — Тебе нужен сон больше, чем кому-либо из нас.
«Не сон».
Мысль был такой мимолетной и слабой, что Кейт не была уверена, слышала ли она ее на самом деле.
У Габриэля лучше всего получалось скрывать свои мысли от всех остальных. Прямо сейчас Кейтлин ничего не ощущала от него по сети, кроме того, что он был истощен. И то, что он был непреклонен.
— Давай, Габриэль. Поступай, как тебе будет удобно, — решительно сказал Роб.
Кейт была слишком усталой, чтобы спорить с ними. Она никогда бы не подумала, что сможет спать на улице, вот так, сидя на голой земле, не подложив ничего под голову. Но это была самая длинная ночь за всю ее жизнь. И самая худшая. Сейчас стена из земли казалась такой удивительно удобной. Девушка прижималась к ней с одной стороны, а Роб — с другой. Мартовская ночь была безветренной, и лыжная куртка согревала Кейт. Она чувствовала себя почти в безопасности.
Ее глаза закрылись.
«Теперь я знаю, как это — быть бездомной, — подумала она. — Изгнанная из мира, брошенная на произвол судьбы. Черт, я бездомная».
— А в каком мы городе? — пробормотала она, чувствуя, что это важно.
— Я думаю, Окленд, — тихо ответил Льюис. — Слышите самолеты? Мы, должно быть, рядом с аэропортом.
Кейтлин слышала и самолет, и сверчков, и отдаленный шум транспорта, но все это, казалось, преобразовывалось в невыразительный приглушенный шум. Через несколько секунд она больше не размышляла, она спала.
Габриэль подождал, пока все четверо заснут, крепко заснут, а потом поднялся.
Парень допускал мысль, что своим уходом, он подвергнет их опасности. Ну что ж, он не мог не сделать этого… А если Кесслер не сможет защитить свою девушку, то это уже полностью его недосмотр.
Стало до боли очевидно, что Кейтлин теперь была девушкой Кесслера. Отлично. В любом случае Габриэль и не нуждался в ней. Он должен быть благодарен Робу, Золотому Мальчику, за то, что тот спасает его, потому что такая девушка может заманить тебя, заворожить и изменить. А эта девушка, с волосами, словно осеннее пламя, кремовой кожей и глазами ведьмы, уже показала, что хочет изменить ЕГО.
«И ей это почти удалось», — думал Габриэль, пробираясь через грязные, колючие земляные комья. Из-за нее он оказался в таком положении, что ему пришлось принять помощь у самого Кесслера.