Одержимый
Шрифт:
Господи боже мой. Два дня. Семь пятьдесят пять вечера или утра?
Почему никто не ищет меня? Она посмотрела на еду, схватила кусок сыра и хлеба и, глотая слезы, затолкала их в рот, неистово работая челюстями.
Майкл, ты хоть знаешь, что я не дома и не на работе? Лулу, ты спрашиваешь себя, куда это я запропастилась?
Господи, да кто-нибудь вообще заметил мое отсутствие?
Она отпила еще глоток воды, затем съела еще хлеба и сыра, съела помидор – такой спелый, сладкий, умопомрачительно вкусный помидор.
Сегодня вторник. Утро или вечер вторника. Два дня. Сорок восемь часов. Лулу, ты ищешь меня? Ты что-нибудь сказала Майклу? Не думаешь же ты, что я лежу дома с чертовой мигренью?
Что вы, черт возьми, там все делаете?
Вы что-нибудь делаете? Делаете что-нибудь?
Свет погас.
И какую-то секунду Аманда в гневе, а не в страхе смотрела в обступившую ее темноту.
62
Брайан Трасслер распрощался со своими партнерами. Похоже, совещание прошло удачно.
Мужчина с «хвостом» поднес к уху мобильный телефон и отошел в сторону. Брайан Трасслер тоже вынул из кармана мобильник, набрал номер и направился вдоль по улице. Он выглядел донельзя довольным собой. В кремовом костюме, фиолетовой рубашке без ворота и белых туфлях он имел еще более скользкий вид, чем на вывешенной на сайте фотографии. Майкл сразу его возненавидел.
Он открыл дверь и стал вылезать из машины, как вдруг Трасслер сорвался на бег, отчаянно махая притормозившему на перекрестке такси.
Майкл недолго думая захлопнул дверь и завел мотор. К счастью, он не потерял такси из виду – ярко-зеленая машина остановилась на светофоре, регулирующем Т-образный перекресток, выходящий на Странд. Подрезав фургон, он выехал со стоянки, набрал скорость и занял место непосредственно позади такси, у которого мигал правый сигнал поворота.
Схватив телефон с пассажирского сиденья, Майкл позвонил на домашний номер Лулу. В это время сменился сигнал светофора, и ему пришлось вести машину одной рукой, преследуя такси в плотном движении вечернего Странда.
После четырех гудков включился автоответчик Лулу. Такси проехало светофор на желтый сигнал, а Майкл – долей секунды позже – уже на красный. Они остановились на следующем светофоре, перед вокзалом Чаринг-Кросс. Майкл позвонил Лулу на мобильный. Три гудка, и затем – к его великому облегчению – он услышал ее голос на фоне шума толпы, звона стекла и оглушительно громкой музыки.
Сигнал светофора сменился. Они выехали на Трафальгарскую площадь, и тут между ним и такси попытался вклиниться «мерседес». Прижавшись вплотную к заднему бамперу такси, Майкл выжал «мерседес» из их ряда.
– Привет, Лулу. Это Майкл.
Она его не слышала.
Такси набирало скорость, и Майкл чуть поотстал – на случай, если водитель заметил его. Повысив голос, он сказал:
– Это Майкл! Мне нужен домашний адрес Брайана Трасслера.
– Э… Господи, дом четыре, Уэст-Кресент, – выкрикнула она в ответ. – Риджент-парк… Олбани-стрит, знаете?
– Да. Спасибо. Есть какие-нибудь новости?
– Нет. А у вас?
Что-то слишком веселый сегодня у Лулу голос. Никто не имеет права веселиться, пока Аманда не найдена.
– Нет, – сказал он.
Они остановились на светофоре
С Майклом поравнялся БМВ с откидным верхом. За рулем блондинка с развевающимися на ветру волосами. Майкл почувствовал острый укол тоски – она напомнила ему Аманду. Кроме нее, в машине были еще две хорошенькие девушки. Они смеялись над какой-то шуткой. Они хорошо проводили время. С другой стороны от машины Майкла остановился серый «ягуар», в нем сидели парень и девушка – невозможно красивые, будто сошедшие с рекламы шоколада. Девушка целовала парня. Майкл чуть не выкрикнул им, что сейчас не время развлекаться, развлечения могут подождать, сейчас всем нужно сосредоточиться, чтобы найти Аманду.
Брайан Трасслер ехал не домой.
Зеленое такси должно было повернуть направо и выехать на Парк-Лейн, но вместо этого оно направилось по Гросвенор-Кресент к Белгрейв-сквер. Майкл не успел последовать за ним, отрезанный автобусом.
– Черт, ублюдок, да уйди ты с дороги! – зло прошептал Майкл и резко перешел в крайний правый ряд, даже не посмотрев, есть ли там кто-нибудь. Ему было все равно. Он мог только сделать по Гайд-парк-Корнер полный круг и молиться.
Первый перекресток он пролетел на красный свет. Шины выли. Затем он втиснулся между двумя машинами, вынудив посторониться мотоциклиста, обогнал еще одну машину, опять попытался втиснуться в ряд, отгоняя сигналом черное такси, претендовавшее на то же место. В последний момент такси поотстало, и он завершил круг во внешнем ряду, чуть не столкнувшись с выезжающим с Виктории автобусом. Майкл резко затормозил и, пропустив его, повернул налево.
Здесь движение было не таким убийственным, и он надавил на педаль газа, с каждой секундой приближаясь к Белгрейв-сквер. Его глаза метались в поисках бутылочно-зеленого такси. Первый съезд с площади, второй, и вот он заметил его, когда оно сворачивало на Чешем-Плейс, направляясь к Слоун-стрит.
Майкл осадил «вольво», едва не переехав белую линию, отмечающую выезд на перекресток. По Белгрейв-Плейс двигался непрерывный поток машин, но Майкл не мог терять времени. Он вывел нос «вольво» на дорогу, добившись того, что одна из машин остановилась с сердитым гудком, и вдавил в пол педаль газа. Передние шины взвизгнули, потеряв на миг и снова обретя сцепление с дорогой, рулевое колесо взбрыкнуло у него в руках, и в следующий момент он уже летел по Чешем-Плейс. Внимательно следя за дорогой, чтобы не сбить пешехода или велосипедиста, он еще раз увидел промельк такси Трасслера – на светофоре, после которого Чешем-Плейс переходила в Понт-стрит.
Такси петляло переулками Челси, направляясь в Фулем, и преследовать его теперь было легче. Они выехали на Фулем-роуд, миновали светофор на Боуфорт-стрит возле кинотеатра «Эй-би-си», затем такси неожиданно притормозило и повернуло налево, и затем почти сразу же опять налево, и они оказались в дорогом жилом районе. Выдерживая дистанцию, Майкл наблюдал, как бутылочно-зеленая машина подтянулась к обочине и остановилась.
Майкл припарковался в некотором отдалении позади стоящего на обочине «сааба». Отсюда ему было все прекрасно видно. Трасслер вышел из машины, расплатился с водителем и стал копаться в карманах. К удивлению Майкла, он вытащил оттуда связку ключей.