Одиночка
Шрифт:
В ответ на полузадушенный вопрос раздался нервный смешок и хватка на горле резко ослабла.
– Ну надо же, узнал, - насмешливо прокомментировал он и отступил.
– Другой бы на твоем месте запаниковал, попытался вырваться, но только не ты. Взрослеешь, маг, причем прямо на глазах.
– И Цирон хитро прищурился.
Намек, прикрытый насмешливым тоном, не ускользнул от моего внимания, и я украдкой скосил глаза, проверяя, не тронута ли иллюзия, прикрывающая всю комнату, а следовательно, и дверь. Понятно, что если кто-нибудь и входил в нее, то должен был обязательно нарушить защиту. Но с момента моего ухода ничего не изменилось, а значит, наемник попал внутрь
При мысли об этом сердце тревожно сжалось в груди и предупреждение ноющей болью запульсировало в висках.
– Что ты здесь делаешь?
– резко спросил я, игнорируя высказывания наемника.
Одновременно, не глядя в сторону, мысленно послал короткий приказ. Круглый светильник сразу же приглушенно замерцал, заставив тьму вжаться в углы. Ночь хороша, когда есть что скрывать, а сейчас мне нужно было видеть глаза наемника, чтобы понять, зачем он явился и чего от него следует ждать.
– Пришел пообщаться, - вкрадчиво начал Цирон.
– Тихо так, наедине. Смотрю - а тебя нет, хотя комнатку вроде как не покидал. Дверь оказалась запертой изнутри да и с магией кто-то успел побаловаться. Ну, думаю, где бы не шастал наш маг, а назад все равно вернется, так что подожду его здесь. Вот и остался. Час прошел, второй, а тебя все нет и нет. Я уж уходить собрался, но тут Арочка как засверкала, а следом и ты показался. А теперь признавайся - где пропадал?
– резко изменил он тон.
– И не вздумай юлить, я ведь уже понял, что ты больше никакой не беспамятный. Только вот знаешь ли, кто я такой?
"Вот и до главного дошли", - обреченно подумал я, а вслух как можно беспечней сказал:
– Ага. Ты человек Севиала, его уши и глаза в стане врага.
– Верно, - с легким оттенком неудовольствия признал он.
– И сейчас к этим ушам и глазам, как ты изволил выразиться, еще прибавится язык, чтобы довести до сведения небезызвестного нам лорда кое-какие непредвиденные обстоятельства.
– И что, тебе оно сильно надо?
– небрежно обронил я.
– Хочешь как можно скорее подчеркнуть свою верность, дабы не последовать за Зароном? Да только ничего из этого не выйдет, Цирон. Кому как не тебе знать, что Севиал по ходу воплощения плана в жизнь так или иначе избавится от всех нас. Уже начал, если ты заметил.
– Зарон сам виноват.
– Цирон скрипнул зубами.
– Побоялся, утаил амулет. Кто ж думал, что именно этот чертов предмет, не учтенный Шерраем, все нам испортит.
– Никто, - согласился я.
– Это вышло совершенно случайно, но зато как кстати.
– И я саркастично улыбнулся.
– А теперь скажи, что это меняет?
– Да все, - процедил сквозь зубы наемник.
– Как теперь тебя прикажешь направлять, как за тобой следить, если ты вновь получил возможность беспрепятственно мотаться по мирам?
– Да все так же, Цирон, - пренебрежительно ответил я.
– Наблюдай, докладывай, но помни при этом, что с таким, как лорд Севиал, всегда нужно иметь кое-что про запас. Как Зарон.
– Ну ты сказал, - хмыкнул наемник.
– Другой пример выбери, Арлин, а то этот уже не вдохновляет. И вообще, лучшее, что следует хранить - это верность. Вот уж она защитит куда лучше всяких штучек вроде твоего Хандила.
– Верность кому: лорду или Хенигасу?
– ухмыльнулся я.
– Убить могут оба, а угождать и тем и другим слишком долго не выйдет. Рано или поздно тебя обвинят в предательстве, и за чью спину ты тогда предпочтешь спрятаться? Севиала, который одержим лишь местью, или Хенигаса, за которым стоит сам Веланд? Что выберешь, признайся?
– Я уже давно
– И это не Единые.
– Тогда что же ты сейчас так спокойно беседуешь со мной, а не бежишь к Севиалу как послушный пес, выкладывать последние новости? Молчишь, не хочешь отвечать? Хорошо, тогда я сам озвучу твои страхи. Ты стоишь здесь и изображаешь олицетворение верности, а сам мысленно прикидываешь, какой бы камешек поувесистей спрятать за пазуху, чтоб при случае как следует огреть лорда. Ты не доверяешь ему так же, как не так давно Зарон, хотя из последних сил убеждаешь себя в обратном. Ты врешь мне, но прежде всего самому себе! Хоть сам-то это понимаешь?!
– Я почти кричал и наступал на наемника, загоняя его в угол. И что самое удивительное, тот не противился, не пытался меня остановить, а покорно отступал, с каждым словом становясь все бледней.
– Ладно, не ори, - наконец глухо выдавил он.- Иллюзия не выдержит. Какой ты, однако, пылкий. Жаль, только когда не просят. А теперь давай начистоту.
– Давай, - легко согласился я.
– Только учти - раскрываться, так обоим. Хватит, наиспользовались втихую. Сам видишь, чем оборачиваются подобные игры.
Губы наемника растянулись в горькой полуулыбке и он медленно кивнул.
– Итак, что ты предлагаешь?
– Его голос стал серьезен, как никогда раньше. Значит, мои слова таки заставили Цирона хорошенько задуматься.
– Говори, не стесняйся. Клянусь, что дальше нас двоих это не пойдет... иначе и помирать ведь придется тоже вместе, - после короткой заминки прибавил он и оскалился, как хищный зверь.
Я с трудом сглотнул, представив себе эту безрадостную картинку: я и наемник перед Севиалом за одно мгновение до того, как нас обоих умертвят самым жутким способом.
Слова, которые я как раз собирался произнести, едва напрочь не вылетели из головы.
– У меня пока цель одна, - наконец сказал я чужим, скрипучим голосом, - а именно, спасти привратников. И ради них я готов пойти на многое, включая убийства, как бы мне это не претило. Севиал определил мою судьбу - хорошо, я буду ей следовать, но покорности он от меня не дождется, как и неукоснительного выполнения его замыслов. Но и вызывать излишние подозрения чересчур бурной самодеятельностью я тоже не собираюсь. Хочется лорду избавиться от Веланда, что ж, у меня желания схожие, и потому я постараюсь сделать все возможное, чтобы неудержимая месть одного убила обоих.
– А уверен, что располагаешь достаточной Силой для этого?
– сдержанно поинтересовался Цирон.
– И что касается твердости... Извини, конечно, но как бы ты не изменился, а скалой вроде Хенигаса с его холодным расчетом и непреклонностью тебе все равно не стать. И в итоге ты подставишь не только себя, но и меня. А жить я, Арлин, хочу, и желательно не хуже, чем до этого дня. Иначе выгоды мне от нашего перемирия просто не видать.
– Цирон, ну что ты все о выгоде, как прожженый торгаш на ближайшем базаре, - поморщился я.
– Нет чтобы подумать о высоком. Например, о своей мечте.
– Мою мечту убили очень давно, маг, - и наемник как бы невзначай отвернулся. Но я, достаточно поднаторевший в разгадывании незаметных движений, поймал выражение застарелой боли в его глазах. Она вырвалась всего на миг из темных глубин и так же быстро опустилась на дно, вновь прикрываясь хорошо знакомой мне коркой ледяной непроницаемости. И голос Цирона, чуть дрогнувший при слове "мечта", обрел прежнюю твердость, когда он бесстрастно продолжил: - Вот тогда-то Севиал и подобрал меня, как безродного пса и сделал тем, кем я, наверное, и помру.