Огненное ущелье
Шрифт:
— Ничего, скоро и первый номер объявится, — процедил капитан. — И тогда вам, «душки», хана!
Соловьев же, не прекращая наблюдение за утесом и каменной грядой, вызвал по связи прапорщика Чернова:
— Десятый, это Второй!
— На связи, — ответил снайпер.
— Первый поставил тебе задачу?
— Да. Я должен поддерживать вас и встретить отряд из Купши.
— Ясно… Тебе видны цели у утеса?
— Два «духа», что на краю гряды, видны хорошо.
— Сними их! И в дальнейшем выбивай по возможности всех тех, кто попадет в прицел
— За меня не волнуйся. Вот вы там поаккуратнее. У Ходжани не менее двух десятков «духов», и если они волной попрут на вас, то даже при моей поддержке удержать их не получится. Так что смотрите там… А я, если замечу подготовку к атаке, предупрежу вас — ну и, насколько смогу, прикрою. Двух крайних «духов» снимаю. Все, до связи!
Чернов поднял снайперскую винтовку «СВД». Хлестнули громкие выстрелы, и два моджахеда, занявшие крайние у гряды позиции, уткнулись в землю разбитыми пулями головами. В ответ моджахеды открыли огонь по вершине. Чернову пришлось отойти с позиции. Одновременно с огнем по вершине склона моджахеды решили обстрелять и дом.
Дрозденко, внимательно следивший за пулеметной точкой, наконец увидел пулеметчика. Тот появился из-за камня, припав к прикладу «ПК».
— А вот и ты, — удовлетворенно произнес капитан и одним выстрелом вбил в глаз моджахеда пулю из автомата.
Пулеметчик завалился на бок. Второй номер от неожиданности застыл рядом с трупом соплеменника. Это его и погубило. Вторым выстрелом Дрозденко снял и помощника пулеметчика. Несколько выстрелов по гряде провел Соловьев. Комнаты подполковника и капитана находились по соседству, и офицеры имели возможность свободно общаться.
— У меня двое в минусе, Леша! — крикнул Дрозденко.
— Еще двоих прибил Чернов. А вот я, похоже, пустил пули в «молоко». Ладно, минус четыре тоже неплохо. При позиционном-то бое…
— Что-то подсказывает мне, Леша: «духи» влепят по дому из гранатометов.
— Да? Тогда быстро отход в тыловую комнату западной части дома!
Соловьев с Дрозденко перебежали в крайнюю угловую комнату. И сделали они это вовремя. Моджахеды Ходжани действительно провели три выстрела из гранатометов РПГ-7, разворотив комнаты, из которых только что вели огонь российские спецназовцы.
Дрозденко подмигнул подполковнику:
— А вовремя мы свалили, Леша?
— Да, остались бы от нас обгоревшие головешки… Но отсиживаться здесь нельзя. Давай ты в комнату напротив, а я — в соседнюю. Оттуда продолжим бой.
— Оттуда и уйти к подножию скалы или в подземелье будет легче, если «духи» проведут атаку всеми силами.
— К бою, Андрюша!
Бойцы «Ориона» заняли новые позиции в готовности обстрелять штурмующие силы талибов, однако полевой командир Ходжани на атаку дома не решился. Точнее, посчитал ее преждевременной. Следовало дождаться подхода дополнительных сил, которые уже находились где-то недалеко от ущелья. Ходжани вызвал связиста и приказал срочно соединить его с полевыми командирами из Джабдуса
Первым ответил Хамид Байрак:
— На связи, саиб!
— Ты где?
— Мы остановились в двух километрах от ущелья. В 6.20 начнем выдвижение к объектам. Заур пойдет на пост, а я спущусь вниз и заблокирую Чарак.
— Хоп! К рассвету ты должен выйти к кишлаку по ущелью с запада, обеспечив прикрытие сверху, а также подготовить газовые снаряды.
— Позволь вопрос, саиб: далеко ли от тебя воины Али?
— Узнаю сразу после сеанса связи с тобой. Ты решай собственные задачи, о других не думай.
— Я все понял!
Связист переключил Ходжани на Али.
— Это я!
— Слушаю, саиб!
— Где ты сейчас находишься?
— В трех километрах от участка засады на плато. В овраге, что расположен на удалении от поста русских примерно на километр. Оставлю лошадей, дальше поведу отряд пешком. До 7 часов мы выйдем к позиции проклятых гяуров.
— Ты должен с ходу уничтожить русского стрелка и занять позиции на вершине южного склона. Далее действовать по моей команде… если придется действовать.
— Что вы имеете в виду?
Ходжани не стал говорить своему помощнику о газовых зарядах.
— Я имею в виду то, что к тому времени обстановка в ущелье может кардинально измениться. Как понял?
— Понял, саиб!
— Спеши, Али, да поможет тебе всевышний!
— Аллах акбар!
Ходжани передал гарнитуру радиостанции связисту:
— Ну, вот скоро и наступит развязка. Проклятым русским не уйти из Афганистана! На этот раз они навсегда останутся здесь. И правоверные будут плевать на их могилы…
За двадцать минут до переговоров Ходжани со своими полевыми командирами Тимохина вызвал на связь полковник Дак. Говорил он по спутниковой станции открытым текстом:
— Алекс, это Джон. Мы разобрались с Гердезом, и «Ирбис» начал форсированный марш в район действий «Ориона».
— «Духи» в Гердезе оказали серьезное сопротивление?
— Да какое там сопротивление… Видимо, между Дрейком и полевым командиром талибов, занявших Гердез, имелась договоренность о затяжке времени, и разгром душманов не планировался. Им, думаю, была дана гарантия свободного безопасного отхода. Поэтому талибы практически ничего не смогли предпринять, когда мы начали штурм. Выскакивали из развалин, метались меж валунов… Ну, мы их и успокоили. Разобравшись с бандитами, я отдал приказ на выдвижение к тебе.
— Благодарю, Джон! Теперь слушай задачу группе «Ирбис»… Надеюсь, ты не против, что командование объединенным отрядом я вновь взял на себя?
— Я не имею ничего против этого, — в тон Тимохину ответил Дак. — Слушаю задачу.
— Идешь строго на север, с отклонением в 10 градусов на запад. На подходе к ущелью связываешься с прапорщиком Черновым. Не исключено, что в это время он будет вести бой с отрядом «духов» из Купши. Поможешь ему. Но может сложиться ситуация, что твоя группа столкнется с моджахедами и раньше. Тогда…