Огонь и ветер
Шрифт:
Она не знала про защиту, а защита сработала. По крайней мере, ему было почти не больно, и крови он потерял всё-таки меньше, чем потерял бы без неё. Голова немного кружилась, но идти он сможет, точно сможет — это главное.
Она не стала проверять и добивать. Почему? Видимо, сдали нервы… или это чудят Сихес. Что ей стоило сделать контрольный в голову? Или опять сентиментальные соображения?
А может быть, она и не хотела убивать на самом деле? Подсознательно не хотела. Может такое быть?
Поверх свитера он натянул первую попавшуюся
Ит прикинул про себя и понял, что положение у него, как говорится, хуже губернаторского: он и в самом деле имеет реальный шанс в скором времени отдать концы, ведь защита не лечит, только блокирует, и… и при других раскладах с некоторыми повреждениями можно ходить месяц, а в его случае срок дан ультракороткий. Собственно, защита именно это и написала на рукаве. Значит, дело плохо.
Впрочем, это сейчас неважно.
Надо уходить.
И ещё — надо как-то сделать так, чтобы они не поняли.
Потому что им сейчас будет явно не до того…
В ход пошла ещё одна толстовка — на ней, правда, тоже проступили кровавые пятна, но когда он надел сверху куртку и подошёл к зеркалу, увидел более или менее пристойную картину. Только застегнуться надо поплотнее. И сойдёт.
Единственное, что его выдавало, так это располосованная кисть левой руки. Кровь уже свернулась, но рубец всё равно выглядел не лучшим образом.
— Ладно, соврем что-нибудь не страшное, — пробормотал Ит. — Что-нибудь такое… этакое…
Он тщательно застегнулся, снова оглядел отражение, усмехнулся — совсем другое дело. Вполне респектабельный вид.
Только бы ресурсов защиты хватило на нужное время.
Ри вёл катер, поэтому отбиваться пришлось от Скрипача. Но этого хватило с лихвой: под конец разговора Ит почувствовал себя как выжатый лимон.
— Орбели?! — Скрипач сидел напротив Ита, с ужасом глядя ему в глаза. — Она в тебя стреляла?! Господи…
— Ерунда, подумаешь, руку задела, — отмахнулся Ит. — Я же удрал.
— И что она сказала? — требовательно произнёс Скрипач.
Врать не было смысла. Но в то же время…
— Рыжий, я тебя очень прошу, давай я расскажу потом, что она сказала, — попросил Ит. — Ничего хорошего. Но я не хочу сейчас про это говорить, ты понимаешь?
— Я понимаю, что ты врёшь и недоговариваешь что-то важное, — обозлился Скрипач. — Ит, что произошло, а?
— Она… во-первых, она знает, что случилось с младшим, — Ит с трудом подбирал слова, но он мог бы не стараться — Рыжий тут же всё понял.
— Да ты что… Господи… Когда? — горестно спросил он.
— Она сказала, десять лет назад, —
— Сказать надо было обязательно, — возразил Скрипач. Прикусил губу, всхлипнул. — Но как?.. Почему?..
— Я не совсем понял, — признался Ит. — Был какой-то эксперимент… видимо, тот, в котором мы сейчас… неважно. В общем, их убило, по её словам, сопротивление, и убило потому, что младший с женой стали на сторону… Молота и Официальной. — Он тяжело вздохнул. — Она говорила… Рыжий, пойми, она была уверена, что я в курсе. Поэтому она больше издевалась, чем рассказывала. Она мстила.
— И стала в тебя стрелять, — полуутвердительно произнёс Скрипач.
— Ну да, — кивнул Ит. — Поскольку вы не закрыли дверь на балкон, я очень быстро вышел оттуда. Она попала только в руку.
— Покажи, — потребовал Скрипач. — Ничего себе, однако. Давай катер попросим…
— Не надо, пожалуйста! — взмолился Ит. — Дай мне посидеть спокойно, меня и так трясёт до сих пор!..
— Ну ладно, сиди, — смилостивился Скрипач. — Пить, есть — будешь?
— Ничего я не буду. Сигарету дай, — попросил Ит. — И помолчи ты уже ради бога, дай в себя прийти.
…Ри, выслушав ту же версию, горестно покачал головой, но его в данном случае интересовали вопросы практического свойства.
— То есть про Окист они пока что не знают, — Ри задумался. — Ит, с одной стороны — мои соболезнования. С другой… у нас не всё потеряно, ребята. Совсем не всё. Согласитесь.
— Согласимся, — кивнул Скрипач. — Слушайте, а может быть, она врала про младшего?
— Такими вещами не шутят, — покачал головой Ит.
— Смотря кто, — Скрипач нахмурился. — Эта мразь ещё и не на такое способна.
— Нет, Рыжий, она не врала, — отрицательно покачал головой Ит. — К сожалению.
— Ребята, мне очень жаль, но давайте соберёмся всё-таки, — попросил Ри. — Очень вас прошу. Беда, конечно, страшная, но вы о живых подумайте!..
— Я вроде бы и не разбирался, — пробормотал Ит, стараясь не вспоминать ежеминутно о том, что сейчас под курткой. Это он-то не разбирался? Ха-ха. Сам, может, не разбирался, да вот другие разобрали. По запчастям. Странно, что сердце уцелело: стреляла она именно в сердце. И не только…
— Ладно, хорошо. Так… Господи, в голове опять каша какая-то, — пожаловался Ри. — Что мы делаем на Окисте?
— А что мы можем делать? — удивился Скрипач. — Домой пойдем. К своим. И побыстрее.
— Катер уйдёт, — предупредил Ри. — Мы с этой… дамой, если это была дама, так договорились. Что мы делаем после, дальше? Вообще — дальше?
Ит понял, что можно расслабиться. Кажется, действительно пронесло, и они ничего не заметили. Он украдкой оглядел себя — да, всё в порядке. И защита держит, и куртка… скажем, способствует анонимности. Хорошо, что они торопились и куртки тоже не сняли — поэтому в катере прохладно, он подстроился под температуру и держит её.