Ок-но
Шрифт:
— Аминь! — хором сказали инженеры, и до меня дошло, что вещал робот.
— Он у вас философ, — подойдя к ним вплотную, одобрительно заметил я.
— Он еще и не то умеет, — ответил инженер с бинокулярной лупой на лбу.
— Например, — отозвался его напарник, — он умеет читать надписи на дверях.
Вступать в дискуссию я не собирался. Один раз меня поймали с фальшивым удостоверением майора ГП, потому что я сначала вступил в дискуссию, а только потом предъявил удостоверение.
Я показал инженерам удостоверение и рукоятку бластера. Спросил, скоро ли они наладят
— А чьи?
— Сорок-десятого, — ответил инженер с лупой.
— Говорят, там клапан какой-то полетел.
Посыпались технические термины. Тот, что с лупой, был убежден, что они столкнулись с саботажем со стороны «десятников».
— Человеческий фактор, — бесстрастно пояснил робот.
— Мне необходимо первым попасть на сорок-десятый, — заявил я.
— Первым? — усмехнулся инженер. — Первым поедет мешок — кукла, иначе говоря. Если все пройдет гладко, отправим людей.
— Скажи про того, лысого, — подсказал ему напарник.
— Ах да, — продолжал инженер с лупой, — до вас тут приходил один парень, тоже просился быть первым.
— Это не он? — я показал им снимок Мартина. Снимок был сделан до того, как Мартин изменил прическу.
— Прическа точно не его.
— А рожа?
— Рожа вроде его.
— Что вы ему ответили?
— Что первая десятка пассажиров уже определилась. Пусть договаривается с ними — может кто и уступит место.
— Куда он пошел?
— А черт его знает! Мы выпроводили его отсюда. Куда-то пошел, наверное…
Поблагодарив инженеров и отдельно — робота, я вернулся к загрузочным блокам. Голова была полна нехороших предчувствий. Неужели опоздал? Человечески фактор. Или галеафный? Жорж Кастен строил Терминал ТКЛ-4010, он знал его, как Ларсон — свою лабораторию. И заблокировал транспортировку, чтобы никто не помешал проведению Передачи. На сорок-десятом полно народу. Что с ними будет? Станут галеафами? Но росток, изменивший вирус, возник не там. У Терминала 4010 был детектор, и он отследил бы росток. Сейчас детектор демонтирован. Не страшно, сказал Шеф, узнав о демонтаже детектора. Раз Кап-вирус возник не у ТКЛ-4010, то наличие либо отсутствие детектора ни на что не влияет. Что если Шеф ошибся?
Я пересек зал ожидания, вглядываясь в лица пассажиров. Мартина здесь не было.
На всякий случай Зейдлиц снабдил меня схемой ТКЛ-4010. 4009-ый был на пять лет старше 4010-ого, но общей компоновкой не отличался. От зала ожидания идут два тоннеля: один — к разгрузочным блокам и один — к загрузочным. Обычным пассажирам больше нигде находиться нельзя. Уровнем ниже располагаются грузовые блоки. Кольцевой тоннель на малых Терминалах отсутствует. Я нашел на схеме два лифта и две лестницы, ведущие на нижний уровень. Если Мартин знает, что я его ищу, то сможет бегать от меня до бесконечности. Разумнее было бы караулить его у загрузочного блока. Еще разумнее было бы сидеть дома и вышивать крестиком. Я спустился к грузовым блокам.
От кого бегает Мартин? Вероятно, кто-то из ДАГАРцев засек его на Терминале Ундины и загнал сюда. В таком случае, где же ДАГАРец? Там же где и Мартин.
Возле грузового загрузочного
На схеме был обозначен еще один уровень — третий и самый нижний. Там находились энергетические установки. Вход туда — только с разрешения главного энергетика. В отсеке, откуда шла лестница на третий уровень, я снова открыл схему Терминала. До заблокированных ворот к энергетическим установкам есть еще два лестничных марша и один короткий Г-образный тоннель. Я открыл дверь на лестницу и стал осторожно спускаться.
Когда два лестничных марша было позади, я почувствовал знакомый запах. Запах оплавленной проводки. Обожженный металл. Кто-то в кого-то здесь стрелял.
Подняв бластер, я ступил в тоннель навстречу усиливавшемуся запаху. По бокам тоннеля располагались подозрительные ниши, сам тоннель заканчивался левым поворотом. Захотелось развернуться и позвать кого-нибудь на помощь.
«Назад!!!» — раздался из-за поворота чей-то вопль.
Вопреки предупреждению, я бросился вперед на пол. Это спасло мне жизнь. Харриган, очевидно, думал, что, услышав предупреждение, я стану отступать назад ко входу в тоннель. Выскочив из-за поворота, он провел лучом от стены до стены, и если бы я не упал, он рассек бы меня пополам.
Следующий выстрел был моим, и я не промахнулся. Харриган выронил бластер из обоженной правой руки, припал на колено и попытался взять бластер в левую руку. Прежде чем я успел предупредить его, что делать этого не стоит, из-за угла выскочил Дин Мартин. За бластер они схватились одновременно, но спусковой крючок оказался ближе к Мартину, а глазок излучателя — к Харригану. С дырой в груди Харриган рухнул на пол.
Мартин склонился над мертвым Харриганом. Готовясь к новому нападению, я его чуть не продырявил, но он даже не взглянул в мою сторону.
— Первый и единственный наблюдатель, которого я встретил лицом к лицу, — сказал Мартин. — Жалко, что он мертв.
— Если не поднимешь руки, сам станешь мертвым.
— Скажите спасибо, что я вас предупредил.
— Спасибо. Но руки все-таки подними.
— Пол холодный, вставайте, — огрызнулся Мартин. С несвойственной физикам ловкостью он обыскивал карманы Харригана.
Я поднялся и, не опуская бластер, подошел к убитому галеафу. Запах обоженной плоти растекался по тоннелю. Теперь Мартин опустился на пол. Я заметил на его виске тяжелую рану.
— Кажется, тебе тоже досталось.
— Не так, как ему, — и Мартин махнул в сторону ворот, которыми заканчивался аппендикс Г-образного тоннеля. Там лежало еще одно тело.
— Кто это?
— Кто-то из местных. Техник, наверное.
— Он мертв?
— Да.
— А ты почему жив?
— Потому что Харригану хотелось узнать, как я его нашел. По их расчетам, я сейчас должен собирать вещи в галактический круиз.
— Они обманули тебя после того, как ты обманул Зейдлица и Нибелинмуса.