Оно (Том 2)
Шрифт:
Он был неодинок. Дерри стал разваливаться на части.
8
Они посмотрели, как хлопали задние двери "скорой помощи", а потом пошли к пассажирскому сиденью. "Скорая помощь" двигалась в сторону больницы Дерри. Ричи с опасностью для жизни и конечностей остановил ее и настоял, чтобы разгневанный шофер разрешил положить Одру, хотя шофер уверял, что места нет вообще. Дело кончилось тем, что они положили Одру на полу.
– Что теперь?– спросил Бен. У него под глазами были огромные коричневые круги и серое кольцо грязи
– Я возвращаюсь в гостиницу, - сказал Билл.– Собираюсь поспать часов шестнадцать.
– Я за тобой, - сказал Ричи. Он с надеждой посмотрел на Бев.– У вас не осталось сигарет, милая леди?
– Нет, - сказала Беверли.– Я думаю, что опять брошу.
– Очень заманчивая идея.
Они начали медленно подниматься на холм, четверо - бок о бок.
– Все пппозади, - сказал Билл. Бен кивнул.
– Мы сделали это. Ты сделал это, Билл.
– Мы все это сделали, - сказала Беверли.– Хорошо бы принести Эдди сюда. Я хочу этого больше всего на свете.
Они дошли до угла Аппер-Мейн и Пойнт-стрит. Малыш в красном дождевике и зеленых резиновых сапожках пускал бумажную лодочку в ручье, которые сейчас текли везде. Он взглянул вверх, увидел, что они смотрят на него, и вежливо помахал. Билл вспомнил, что это был мальчик со скейтбордом - тот самый, чей друг видел в Канале Челюсти.
Он улыбнулся и пошел к мальчику.
– Сейчас все в порядке, - сказал он. Мальчик недоверчиво изучал его, потом улыбнулся. Улыбка была солнечной и излучала надежду.
– Да, - сказал он.– Думаю, что так.
– Клянусь твоей задницей. Мальчик засмеялся.
– Тебе надо бббыть пппоосторожнее со скейтбордом.
– Нет уж, - сказал мальчик, и на этот раз засмеялся Билл. Он сдержался, чтобы не взъерошить волосы мальчугана - это возможно обидело бы его, - и вернулся к остальным.
– Кто это был?– спросил Ричи.
– Друг, - сказал Билл. Он засунул руки в карман.
– Помните, как мы выбирались отсюда тогда? Беверли кивнула.
– Эдди привел нас назад в Барренс. Только мы вылезли на другом конце Кендускеага. Со стороны Олд-Кейпа.
– Ты и Соломенная Голова столкнули крышку люка с одной из этих насосных станций, - сказал Ричи Биллу, - потому что вы были самые тяжелые.
– Да, - сказал Бен.– Это были мы. Солнце село, но было еще светло.
– Да, - сказал Билл.– И мы все были там.
– Ничто не длится вечно, - сказал Ричи. Он посмотрел вниз под гору, по которой они только что взошли, и вздохнул.– Посмотрите сюда, например.
Он протянул свою руку. Тоненькие шрамы на ладони исчезли. Беверли посмотрела на свою руку, Бен сделал то же самое, Билл - на свою. Все руки были грязные, но отметины исчезли.
– Ничего не длится вечно, - повторил Ричи. Он посмотрел на Билла, и Билл увидел дорожки слез на грязных щеках Ричи.
– За исключением,
– И желания, - сказала Беверли.
– А что вы скажете о друзьях?– спросил Билл и улыбнулся.– Что ты думаешь, Трепач?
– Хорошо, - сказал Ричи, улыбаясь и вытирая глаза.– Я хочу сказать: спасибо вам за это, мальчики; я говорю, я хочу сказать - спасибо за это.
Билл протянул руку, и они положили свои руки на его и постояли так какое-то время, семеро, которые уменьшились до четырех, но все равно смогли образовать кружок. Они посмотрели друг на друга. Бен сейчас тоже плакал, слезы прямо лились из его глаз, но он улыбался.
– Я так люблю вас, ребята, - сказал он и сжал руки Бев и Ричи сильно-сильно, а потом отпустил.– А сейчас надо посмотреть, нет ли в этом местечке чего-нибудь похожего на завтрак? И нам надо позвонить Майку. Сказать, что у нас все в порядке.
– Хорошая идея, сеньор, - сказал Ричи.– Ты всегда можешь сделать все хорошо, я думаю. А ты что думаешь, Большой Билл?
– Я думаю, шел бы ты подальше, - сказал Билл. И они пошли к гостинице, смеясь, и когда Билл толкнул стеклянную дверь, Беверли поймала взглядом что-то такое, чего она никогда не забудет, но о чем никому не скажет. На один момент она увидела их отражения в стекле - только их было шесть, не четыре, потому что Эдди стоял позади Ричи, а Стэн - позади Билла, слегка улыбаясь.
9
Выход, Сумерки, 10 августа 1958 года
Солнце аккуратно садится за горизонт, как немного приплюснутый красный мяч, и бросает лихорадочные лучи света на Барренс. Железный люк на одной из насосных станций немного поднимается, потом опять опускается, снова поднимается и начинает скользить.
– Тттолкай ее, Бен, а то у меня ппплечо сссломается. Крышка скользит дальше, поднимается и падает в кустарник, который растет вокруг бетонного цилиндра. Семеро детей вылезают один за другим и оглядываются, моргая от молчаливого изумления. Они похожи на детей, которые никогда прежде не видели дневного света.
– Здесь так спокойно, - тихо говорит Беверли. Единственные звуки - это шум воды и торжественное пение насекомых. Ураган прошел, но Кендускеаг по-прежнему очень высок. Ближе к городу, недалеко от того места, где река одевается в бетон и начинает называться Каналом, она выходит из берегов, хотя наводнение, несомненно, очень серьезное; самое страшное - несколько затопленных подвалов. На этот раз.
Стэн уходит от них, лицо его смущенное и задумчивое. Билл оглядываемся и сначала думает, что Стэн увидел маленький костер на берегу реки, костер - это его первое впечатление; красные языки пламени - слишком яркие, чтобы смотреть на них. Но когда Стэн подбирает это правой рукой, угол освещенности меняется и Билл видит, что это всего лишь бутылка из-под "кока-колы", которую кто-то бросил в реку.