Освобожденные

Крейн Шелли

Когда в теплом вечернем воздухе Мэгги бросило в дрожь, я понял, что пора остановиться. Дрожала она не от холода, и я знал, что если не буду держать себя в руках, то попаду в глупое положение.

Пришлось сосредоточиться на том, что происходило вокруг, и отдаться во власть мыслей Мэгги. Она смотрела на своего папу и Фиону и кусала губу, пытаясь опять не расплакаться. Кайл стукнул меня по плечу. Он сжимал в объятиях Линн, которую облепил точно кокон. Он понимающе на меня глянул, будто говоря: «Все образуется».

На Мэгги Кайл посмотрел точно так же, и этот

взгляд многое рассказал об их прошлом; о том, как Кайл за ней гонялся, но она ему не поддавалась. И о том, как жизнь расставила все по своим местам, и Кайл отпустил Мэгги.

Я не удивился, когда она оставила меня, чтобы его обнять. Он крепко сжал ее в объятиях, и я услышал его мысли, – услышал, как он благодарен за то, что его молитвы были услышаны. Любить Мэгги он не перестал, но теперь любил ее по-другому. Раньше я завидовал ему за то, что он так много о ней знает, ведь у них было совместное прошлое, но теперь зависть исчезла. Мэгги заслуживала такого друга, как Кайл. Он отличный парень, и муж из него выйдет замечательный.

Когда они отпустили друг друга, Кайл обнял и меня и по-братски похлопал по спине.

– Жаль, что с нами нет Родни, – шепнул он мне на ухо.

Мое сердце сжалось. Боже, как тяжело осознавать, что он не с нами, хотя должен быть…

– Да, – кивнул я. – Уж этот ковбой знал, как оседлать вечеринку.

Кайл улыбнулся:

– Ага.

Неудачная попытка приободриться, но ничего другого нам не оставалось.

Мы танцевали, и все остальные тоже танцевали: Биш с Мэгги, Мэгги со своим папой и с Хэддоком; с Джен. Воспользовавшись Даром любимой, я выяснил, что Джен до сих пор ничего не знает о доме. Молодец Биш – сохранил секрет, за что ему большая уважуха. Я прекрасно знал, насколько это сложно.

Я огляделся вокруг. В следующий раз, когда здесь, во дворике, пройдет свадьба, вести ее буду я как новый глава клана. Но хорошо, что в этот раз церемонию вел папа. Он заслужил.

Потом мы по традиции ели торт и кормили им друг друга. У нас на свадьбах, как правило, так не поступают, но мы решили сделать исключение ради Мэгги, Линн и Джима. Потом мы танцевали традиционный танец Виртуозов.

Начинается он так: невеста (а в нашем случае – невесты) встает в середину круга, а все мужчины, кроме жениха (женихов), ее окружают, берутся за руки, словно защищают. Жених тем временем двигает ногами – сначала левую закидывает на правую, затем возвращает ее в исходное положение, бьет ступней о землю и повторяет… Это старый народный танец наших предков, в котором понемножку от самых разных культур.

Мужчины по очереди выходят из круга – к невесте, танцуют с ней и уступают место следующему. Мне, если честно, эти танцы казались такими же глупыми, как и те, что устраивают на церемонии Воссоединения, когда все меняются женами. Я ведь только женился – и делиться, хоть убей, не хотел.

Но пока я наблюдал, как Мэгги танцует со всеми моими дядюшками, досада рассеялась. Особенно забавно было, когда дядя Майк заставил стебли плюща подползти к Мэгги, обхватить ее за руку и привязать к нему самому. Она хохотала так громко,

что ее смех заглушал музыку.

А я только и мог, что стоять и смотреть на свою любимую.

Когда пришла папина очередь танцевать с Мэгги, он поднял в воздух солонки со всех столов и опрокинул их высоко над головами девушек. Соляные песчинки медленно падали в воздухе, будто снег или песок. Слащавенько, да, но Мэгги и остальных девчонок это зрелище заворожило.

Как только мы поужинали и покончили с тортом, гости засобирались, но тут я огорошил всех своими новостями. Как и обещал Мэгги, я рассказал остальным про Маркуса и забронированные для нас домики.

Я велел всем взять свои вещи, подготовленные для медового месяца, и вернуться через час. Заворчал в ответ один только Кайл, но и он нас послушался.

Биш приуныл. Ему не терпелось поскорее рассказать Джен о доме, но он понимал: безопасность прежде всего.

Остальные Джейкобсоны по моему приказу должны были остаться у папы дома. Там они наверняка будут в безопасности: нет места надежнее папиного дома. Никто не стал со мной спорить: Джейкобсоны всегда рады провести время вместе. А мама так вообще пришла в восторг: наконец-то можно для кого-нибудь поготовить.

Мы попрощались. Мама плакала и суетилась – сначала надо мной, а потом и над Мэгги. Никто не швырял в нас рисом, не дарил подарков; и переодеваться мы не стали, только напялили туфли.

Биш и Джен поехали в машине с Джимом и Фионой, а мы с Мэгги взяли с собой Кайла и Линн. Радио пришлось включить на полную, чтобы заглушить их причмокивания, доносившиеся с заднего сиденья. Мэгги это жутко развеселило, и она полдороги хихикала, уткнувшись в мое предплечье.

Я ждал, что Мэгги заснет, но она гладила меня пальцами по руке и кисти. Само спокойствие. Черт, она была даже спокойнее меня! Я слегка опешил, пытаясь понять, отчего же она так невозмутима, и почему-то не радовался, а тревожился.

У маяка недалеко от коттеджей я притормозил. Мэгги коснулась ладонью моей щеки и повернула лицом к себе. Она молчала, но слов и не было нужно. Слабая, открытая улыбка, тронувшая ее губы, сказала мне, что она счастлива… и готова.

Я сообщил хозяину о нашем приезде и раздал всем ключи. Отдавая Джиму его связку, я старался держаться непринужденно. Однако сам Джим предпочел не смотреть мне в глаза. Я едва не вздохнул от невыносимой неловкости: все мы притворялись, будто не понимаем очевидного и не разойдемся сейчас по коттеджам объявлять медовый месяц открытым…

Мы встали возле машин.

– Что теперь будем делать? – спросил Биш.

Джим хмыкнул, а Кайл засмеялся над двусмысленностью этих слов.

– Я не о том… теперь – в смысле завтра, а не сейчас… – смущенно забормотал Биш.

Но сдержать смех было уже невозможно. Сначала захохотал Биш, а потом и все остальные. Успокоившись, я взял Мэгги за руку и сказал:

– Какое-то время переждем здесь. Кредитку отследить нельзя – она папина, как раз на такой вот непредвиденный случай. Сидим тише воды ниже травы, пока не решим, как быть с Маркусом.