Отдать долги. Книга 3
Шрифт:
Ты сказала, я предсказуем. Что ж, может, хоть сейчас я тебя удивлю? Или ты и это ожидала? В любом случае я сделаю тебе этот прощальный подарок. Я избавлю тебя от себя — и от необходимости в очередной раз пачкать руки в крови. Я сам уйду в Царстве мертвых — добровольно. Охотно. И буду ждать тебя там.
Рядом со мной на столе стоит чаша с отравленным вином. Я допишу письмо (интересно, знала ли ты, что я умею писать?), велю передать его тебе и приступлю
Прощай, любимая и единственная. Прошу об одном: оставь в своем сердце хотя бы крохотный уголок для меня… На большее я не рассчитываю».
Дочитав, Аманда какое-то время в оцепенении смотрела на затейливые строки. Потом, очнувшись, торопливо свернула свиток и судорожно вздохнула.
Глупец! Зачем, зачем он это сделал?! Она не собиралась его убивать! И никого из своих любовников не убивала — разве что в целях самозащиты. Некоторые и них никак не хотели оставить ее в покое, поэтому их пришлось остановить радикальным методом. Справедливо!
Аманда спрятала письмо в деревянный ларец и мрачно уставилась на огонек лампадки. Послание Параса оставило в ее душе неприятный осадок. В конце концов, ему, как ни странно, удалось задеть какую-то струну ее души — пускай и страшной ценой. Она… не ожидала. Почему-то именно от него — не ожидала. Думала, он будет ходить за ней кругами и ныть, надоедать… Жаль. Хороший был парень.
А может, еще не поздно его спасти? Может, он еще не завершил свой смертельный ужин?
Аманда набросила на плечи легкую накидку и поспешила к выходу из комнаты.
Она опоздала. А может, и не могла успеть… Парас наверняка позаботился, чтобы она не успела.
Аманда стояла возле деревянного ложа, на котором распростерся Парас. Мертвый взгляд его навеки погасших глаз уперся в потолок, тело словно отяжелело, опало, как ненужная старая одежда. И все-таки даже сейчас Парас был красив.
Аманда подавила взгляд и обернулась к засыпанному крошками столу. На блюде покоилось крыло недоеденной куропатки и полуоборванная гроздь прозрачного янтарного винограда. Но внимание женщины привлекла крупная пустая чаша.
Нахмурившись, Аманда неприязненно коснулась ее рельефной поверхности, на которой были выгравированы мистические символы.
«Нужно немедленно выбросить! — пронеслась в мыслях Аманды. — На стенках наверняка остались следы яда…»
Она долго стояла над телом покойного возлюбленного, вглядываясь в его красивее, умиротворенное, спокойное лицо. Смотрела — и пыталась разобраться в собственных чувствах. В ее душе перемешались сомнение, жалость, досада — и облегчение. Облегчение, что не придется постоянно сталкиваться с демонстративно страдающим Парасом, терпеть его молчаливый (или
— Прощай, Парас, — прошептала Аманда. — Я буду помнить тебя. Обещаю.
Глава 11. Фантасмагория
Диана чувствовала, что ускользает в какую-то черную дыру. Ее буквально засасывало в бездну небытия, и женщина из последних сил удерживалась на грани сознания.
«Не спать, не спать…. — в отчаянии шептала Диана. — Жить, жить…»
Но она знала, что все ее усилия тщетны. Из Мира Сюрреализма не было выхода. Рано или поздно она станет полноправным обитателем этой НЕРЕАЛЬНОСТИ.
— Хуан… мы не увидимся с тобой… прости…
Диана принялась повторять имя Хуана, цепляясь за него, словно за якорь спасения. Его звучание помогало ей сохранять тонкую связь с действительностью — и с собой прежней.
Хуан, Хуан, Хуан…
— Хуан? — повторил кто-то его имя вслед за ней, но с другой интонацией — удивленной и настойчивой.
Этот голос привел Диану в чувство, встряхнул и вывел из полузабытья. Женщина очнулась и огляделась по сторонам, пытаясь понять, что происходит.
Вокруг простирались серебряные луга с нависшим над ними тяжелым багровым небом, в котором плыл расплавленный ало-золотой круг солнца. У линии горизонта белела гряда скал, и пахло чем-то миндальным, с легкой горьковатой нотой.
Напротив Дианы стояла высокая стройная фигура в белом плаще. Лицо терялось в накинутом на голову широком капюшоне, и трудно было понять, кто это — женщина или мужчина. Даже голос — странный, надломленный, чуть хрипловатый — мог принадлежать человеку любого пола.
— Ты говорила о Хуане? — спросило странное существо.
Диана не ответила, молча изучая собеседника (собеседницу?). Тот (та?) продолжил:
— Я знала одного Хуана.
— Полагаю, Хуанов немало, — сухо отозвалась Диана. Собственный голос показался ей чужим — здесь, в этом псевдомире, все выглядело и звучало иначе.
— Уверена, мы подразумеваем одного Хуана. Вон этого!
Диана удивленно оглянулась и замерла от смеси ужаса и ошеломления. По лугу по направлению к ним неторопливо шел худощавый скуластый брюнет в черном. Хуан, несомненно, это был он!
Мгновение испуга миновало, и женщину охватило радостное возбуждение. Она подалась навстречу возлюбленному, но сдвинуться с места не успела — маг приблизился, и Диана обнаружила, что лицо его напоминает застывшую маску. Призрак сделал еще несколько шагов — и растворился в пространстве.
— Боже… — придушенно пробормотала Диана, невольно отступив. По коже пробежал холодок. — Боже…
— Это просто мыслеобраз. Наше с тобой воспоминание, — пояснила фигура в белом плаще.
Диана резко обернулась, процедила нетерпеливо и почти зло: