Отель Трансильвания
Шрифт:
– Прошу ответить мне прямо, барон. Вы полагаете, что я шулер?
Д'Ильруж с трудом сглотнул и выдохнул:
– Да.
– Так, – уронил Сен-Жермен, глаза его сузились.
– Не будьте глупее, чем вас создал Господь, Бальтазар! – раздраженно бросил Валлонкаше. Барон Боврэ разразился лающим смехом.
– Да он чертов трус. Я пытался вызвать его. Он струсил, он отказался.
Д'Ильружа вдруг охватил панический страх. Что, если этот черно-белый чужак владеет не только искусством
– Итак, граф, – сказал он с фальшивой бравадой, – вы принимаете вызов?
Сен-Жермен смотрел на него изучающим взглядом, ничем не выдавая своих чувств.
– Не в моем обычае принимать вызов от человека, который годится мне в сыновья.
– Неужто и вправду трусите? – насмешливо спросил де Вандом.
– Я говорю не с вами, – оборвал его Сен-Жермен.– И право на подобные замечания имеет д'Ильруж, а не вы.
Граф обернулся к барону и коротко кивнул.
– Отлично, я принимаю ваш вызов. Похолодев от головы до пят, д'Ильруж неловко поклонился.
– Назовите своих секундантов, сударь, и пусть они отыщут моих.
Сен-Жермен протестующие поднял руку.
– Нет-нет, д'Ильруж. Оскорблен я. У меня есть право выбрать время и место. Я выбираю этот зал и хочу драться сейчас.
Царившая в помещении тишина сделалась абсолютной. Де Вандом с удивлением взглянул на человека в черном и белом.
– У вас, разумеется, есть друзья, которые не откажутся вам помочь, – любезно сказал Сен-Жермен.– В свою очередь, я обращаюсь к Валлонкаше.– Герцог поклонился, услышав свое имя.– А если вы настаиваете на соблюдении всех формальностей, надеюсь, один из присутствующих шевалье не откажется выручить нас.
– Одного будет достаточно, – сдавлено произнес д'Ильруж. С безумным видом оглянувшись по сторонам, он скользнул взглядом по де Вандому и спросил:
– Де Ла Сеньи, вы не откажетесь быть моим секундантом?
Де Ла Сеньи медленно приподнялся с кресла.
– Да, Бальтазар, благодарю за честь.
Он даже не попытался скрыть презрительную усмешку. В каждом жесте его сквозило молчаливое осуждение. Д'Ильруж, уже сожалея о вызове, терзался невыразимыми муками.
– Оружие? – спросил он голосом, который не мог счесть своим.
– Шпаги.
Сен-Жермен уже снял свой черный камзол и подоткнул многослойные кружева на запястьях. Вытащив из ножен парадную шпагу, он заметил:
– Она хуже чем бесполезна.
Граф посмотрел на секундантов.
– Обратитесь к мажордому. Пусть выдаст боевые рапиры.
Быстро кивнув, де Ла Сеньи вышел из зала, де Валлонкаше пошагал вслед за ним.
Д'Ильруж тоже стащил камзол и теперь мучился с пышным жабо, пытаясь стянуть его с шеи. Его взгляд, устремленный на де Вандома, являл забавную смесь ярости
– Господа, – негромко произнес Сен-Жермен.– Не соизволите ли вы сдвинуть к стенам столы?
Даже Боврэ соизволил принять участие в этой работе, оттащив к стенке ломберный столик, за которым провел всю ночь. Потом он оттащил туда же и стул и упал на него – очень довольный, словно кот, подобравшийся к миске со сливками.
Сен-Жермен собирался снять туфли, но быстрый взгляд за окно подсказал ему, что рассвет уже близок, и он вновь застегнул широкие пряжки.
Д'Ильруж, заметив это, нервно шепнул соседу:
– Он хочет драться до первой крови. Надеюсь, ты понимаешь, что я на это не соглашусь. Де Вандом усмехнулся.
– Убей его, Бальтазар, и будешь вознагражден. Он крепко пожал приятелю руку и ободряюще похлопал его по плечу.
– Вы готовы? – спросил, появляясь, де Ла Сеньи. У него за спиной возвышался невозмутимый Валлонкаше.
Сен-Жермен выпрямился.
– Могу я предложить господам закрыть и запереть двери? Полагаю, никому здесь не хочется, чтобы нас прерывали.
Он окинул помещение взглядом.
– Валлонкаше, свечи лучше убрать. Они все равно почти догорели, а в окнах уже достаточно света. И если кто-нибудь займется камином…
Казалось, ему и в голову не приходило, что выполнять обязанности лакеев вовсе не характерная черта французских дворян. Впрочем, сейчас это не приходило в голову никому.
– Я за ним присмотрю, – быстро отозвался Шеню-Турей и поспешил к камину. Он вытащил пару поленьев из аккуратной стойки для дров и положил их на угли. Вскоре они весело затрещали.
– Ваши условия, д'Ильруж? – спросил де Валлонкаше во внезапно охватившей все помещение тишине.
– Схватка до смерти.
Де Валлонкаше поклонился и подошел к Сен-Жермену.
– Условия таковы…
– Я их слышал.
Сен-Жермен повернулся к противнику, пробуя рапиру рукой.
– Принято, но при одной оговорке, – сказал он негромко, но так, что услышали все.
– Какой? – встрепенулся д'Ильруж.
– Если я одержу победу и пощажу вас, вы назовете имена тех, кто подбил вас на эту дуэль.
Д'Ильруж удивленно вскинулся и натолкнулся на твердый внимательный взгляд.
– Вы даете в том слово?
Д'Ильруж взглянул на графа еще раз, явно не владея собой.
– Да-да. Я даю. Как вам будет угодно, – пробормотал он и повернулся, чтобы уйти. Странное условие его озадачило, но… не все ли равно?
– Какие будут распоряжения? – спросил торопливо герцог. В центре зала его уже ожидал де Ла Се-ньи.
– Мой слуга Роджер знает, что делать. Поговорите с ним… если возникнет нужда.