Отступник
Шрифт:
– Но у тебя был другой выбор.
– Поверхность? – отвечал Зак. – Ежедневно пребывать в этом мучительном аду? Нет, сын мой, я и ты – мы оба заложники.
Дзирт опасался такого ответа, опасался, что его новоявленный отец не сможет разрешить дилемму всей его жизни. Возможно, решения и не существовало.
– Ты сможешь ужиться и в Мензоберранзане, – сказал Зак, желая успокоить его. – Ты достаточно силен, а Мать Мэлис найдет подходящее применение твоим способностям, которое будет тебе по сердцу.
– Прожить жизнь убийцы, как ты? – спросил Дзирт, тщётно стараясь произнести эти слова
– А разве у нас есть выход? – ответил Зак, устремив взор на бесчувственный камень пола.
– Я не стану убивать Дроу, – просто сказал юноша.
Взгляд Зака снова вернулся к Дзирту.
– Станешь, – заверил он сына. – В Мензоберранзане можно только убивать или быть убитым.
Дзирт отвернулся, но слова Зака преследовали его, и он не мог выбросить их из головы.
– Другого пути нет, – тихо продолжал оружейник. – Таков наш мир. Такова наша жизнь. Тебе долгое время удавалось избежать этого, но скоро ты убедишься, что удача отвернётся от тебя. – Твёрдо взяв Дзирта за подбородок, он заставил его взглянуть себе прямо в глаза:
– Мне бы очень хотелось, чтобы это было не так, но не так уж плоха эта жизнь. Мне не жаль убивать тёмных эльфов. Для меня их смерть означает их избавление от страшного существования. Если они так обожают свою Паучью Королеву, пусть отправляются к ней! – Внезапно улыбка сошла с лица Зака. – Только очень жаль детей, – прошептал он. – Я часто слышал крики умирающих детей, хотя никогда, клянусь тебе, никогда я не был их причиной.
Однако я часто задумываюсь над тем, не рождаются ли они уже испорченными и злыми. Или под бременем нашего темного мира они сгибаются, чтобы подчиниться нашим безумным законам?
– Законам этого демона Ллос, – согласился Дзирт.
Оба немного помолчали, обдумывая каждый свою собственную жизнь. Первым заговорил Зак, давно принявший предложенные жизнью условия:
– Ллос, – усмехнулся он. – О, это порочная королева! Я бы многим пожертвовал, чтобы сказать ей это в её уродливое лицо!
– Почти верю, что это так, – прошептал Дзирт, вызвав у Зака улыбку. Зак отскочил от него.
– Но я бы действительно сделал это, – сердечно засмеялся он. – Как, я уверен, и ты!
Дзирт подбросил вверх свою единственную саблю, и та дважды перевернулась в воздухе, прежде чем он поймал её за эфес.
– Это точно! – крикнул он. – Но я был бы уже не одинок!
Глава 26
Пещерный охотник Подземья
Дзирт одиноко бродил по лабиринту Мензоберранзана, оставляя позади вздымающиеся сталагмиты, пробираясь под опасно острыми концами огромных каменных стрел, свисающих с высокого потолка пещеры. Мать Мэлис отдала специальное распоряжение всем членам семьи оставаться в доме, опасаясь нападений со стороны Дома Ган'етт. Однако слишком много событий произошло сегодня с Дзиртом, чтобы подчиниться приказу. Он должен был как следует подумать, но мысли эти были настолько богохульны, что предаваться им в доме, полном нервничающих священнослужительниц, означало навлечь на себя большие неприятности.
В городе в это время было спокойно: жаркий свет только начинал подниматься вверх от каменного основания колонны Нарбондель, и большинство Дроу мирно
Нет, здесь он не найдет прибежища, где можно было бы спокойно подумать о событиях минувшего дня, об откровениях Закнафейна, близкого ему не только по крови. Дзирт решился нарушить все правила (в конце концов, таков образ жизни Дроу) и уйти из города по туннелям, так хорошо знакомым после многих недель патрулирования.
Часом позже он всё так же брел, погруженный в свои мысли и чувствуя себя почти в безопасности, поскольку ещё не вышел за пределы знакомой области.
Он вошёл в высокий коридор, шагов десять в ширину, с разрушенными стенами, сложенными из рыхлого булыжника и изрезанными многочисленными уступами. Судя по всему, некогда коридор был намного шире. Потолок был так высок, что терялся из виду, но Дзирт бывал здесь так много раз, так часто взбирался на эти уступы, что шёл теперь, не задумываясь о дороге.
Он размышлял о будущем, которое он и Закнафейн, его отец, отныне будут встречать вместе, без всяких разделяющих их секретов. Вместе они будут непобедимы – команда оружейников, связанная сталью и чувством. Отдает ли себе отчёт Дом Ган'етт в том, что его ожидает? Однако улыбка вмиг сошла с его лица, когда он представил, как они вместе с Заком со смертоносной легкостью прорубаются сквозь ряды Ган'еттов, сквозь ряды эльфов Дроу, убивая представителей своего народа.
Прислонившись к стене, Дзирт впервые осознал чувство безысходности, терзавшее его отца многие столетия. Нет, он не хочет, подобно Закнафейну, жить только для того, чтобы убивать, укрывшись пологом жестокости. Но какой у него выход? Уйти из города? Когда Дзирт спросил Зака, почему тот не ушёл, Зак не сразу нашёлся, что ответить. – А куда я уйду? – прошептал Дзирт, повторяя слова Зака.
Отец заявил, что оба они заложники, и таково же было мнение Дзирта.
– Куда я пойду? – снова задал он себе тот же вопрос. – Путешествовать по Подземью, где наш народ так презирают и где Дроу одиночка может стать добычей первого встречного? Или, может быть, уйти на поверхность и позволить огненному шару в небе выжечь мои глаза, чтобы не видеть собственной смерти, когда народ эльфов налетит на меня?
Логика этих рассуждений заводила Дзирта в тупик, так же как это было с Закнафейном. Куда может уйти эльф Дроу? Нигде в Королевствах не примут темнокожего эльфа.
Значит, выход один – убивать? Убивать Дроу?
Дзирт перекатился по стене, сделав это почти бессознательно, поскольку мысли его витали в лабиринтах будущего. Через мгновение он понял, что опирается спиной не на камень, а на что-то другое.
Он попытался отпрыгнуть, встревоженный тем, что обстановка вокруг него как-то странно переменилась. Когда он подался вперед, ноги его оторвались от земли, и он вернулся в исходное состояние. Не успев подумать о своём бедственном положении, он двумя руками уперся в стену за спиной.