Овермун
Шрифт:
Вороной быстрым шагом направился вдоль улицы, цокая подковами о промежутки асфальта и проселочную дорогу. Маленькие капельки уже затесались в его длинной гриве, поблескивая в неверных солнечных лучах. Его всадник вяло следил за дорогой, все больше у него болела голова. В своей задумчивости он мало что замечал вокруг.
Тамерлан завернул. Справа в ряд вытянулись белые одноэтажные дома с разноцветными воротами и резными окошками. Все они стояли здесь очень и очень давно. В них менялись жильцы, но свои стены они еще никогда не теряли, их почти не перестраивали. Крыши
Через красный деревянный забор на наездника посмотрел усатый дед в дождевом желтом плаще и валенках.
– Что, наездничек? Катаемся прямо под дождем?
– спросил он громко.
Тамерлан, услышав его, повернул коня поближе к забору.
– Здрасьте, дядя Володя, - поздоровался он.
– Да вот, решил братца навестить. А вы чего мокните?
– Да ниче, пошел, сынок, до курей, посмотреть, нет ли мыши.
– Мыши? И есть?
– Не видел, но, кажись, есть. Котяра-то мой лежит на печи тока, ничё делать не хоче, встать его не заставишь. Он так себе разжирел, шо аж бегать не может! От такэ пузо! Як бочка. А собака-то у тебя хороший, - сказал он, взглянув на Саида, - здоровенный... Мож, продашь? Хорошо заплачу.
– Простите, я друзей не продаю, - усмехнулся он, глядя, как пес приподнял промокшие уши, прислушиваясь к голосу хозяина.
– А что с вашей собакой? Заболел?
– Бери выше, сынок! Издох на прошлой неделе. Эх... А такой хороший был!
– покачал головой.
– Так я вам собаку достану, - подумав, пообещал Тамерлан.
– Ой, хорошо бы!
– дед покачал головой.
– Только мне ж не для развлечения, мне-то овец пасти. Без собаки, вишь, сложно.
– Ничего, достану такую, чтоб и овец пасла и мышей ловила!
– И на том спасибо, - он кивнул, слегка улыбнувшись. А потом настойчиво вопросил: - Ты, лучше, скажи, когда жениться собираешься?
Тамерлан сглотнул, его передернуло. Все и всегда пытались его женить, не спрашивая его позволения. Ну да, он ведь "завидный жених"...
– Не знаю... Не нашел еще достойной, - он сказал так, будто спрашивал сам у себя. Хотя и знал ответ.
– Чего так? Скока тебе? Двадцать пять, поди, а еще без невесты.
– Мне и без невесты хорошо...
– сказал он небрежно.
– Ну, в общем, я поехал.
– Езжай, а то жеребчик твой промокнет, - а потом добавил ему вдогонку: - и без невесты не возвращайся!
Тамерлан покачал головой, в очередной раз подумав, что с этим нужно что-то делать. Нет, в брак его однозначно не тянуло...
Арес вновь потрусил под навесом деревьев. Саид бегал кругами, обнюхивая каждый сантиметр территории. А Тамерлан все думал, как избавиться от всеобщего желания увидеть его примерным семьянином. Ну, какая может быть семья?! Ведь он - генерал-маршал Белой армии, его забота - собрать свое войско на поле Последней битвы, уничтожить предводителя темных... Как сможет он скрывать все это от обычной
В своей задумчивости он мало что замечал вокруг. А потому он только в последнюю секунду обнаружил, что сзади подъехала какая-то машина. Тамерлан не особо обращал внимания, глядя лишь боковым зрением, пока его не окликнул девичий голос:
– Привет, Тамерлан, что делаешь?
– спросили его.
Он вздрогнул, понимая, кто его настиг. Стоило ему задуматься о невесте, как его же догнали две богатенькие блондинки - Катя и Вика. Ведь этот голос мог принадлежать только одной из двух сестер-близняшек, дочерям местного авторитета - Князя. Тамерлан обернулся.
Овермунский генерал-маршал всю свою жизнь считал, что только женщины размягчают сердце даже самого отъявленного бойца. Женщина - тот единственным соперник, которому нельзя ответить по-мужски, это и делает ее сильнее. Генерал имел две веские причины избегать их: во-первых, его единственной спутницей была война, а во-вторых - самая настоящая рыцарская любовь к одной-единственной - Адеинен. Как-то так сложилось... Эти же причины передались и нынешнему Тамерлану. Впрочем, появилась настоящая проблема: в другом мире, на Земле то есть, просто так не скроешься от вездесущих женщин, среди которых объявлена своя война - "за вымирающий вид". По этому поводу многие из них утратили скромность и умели быть весьма назойливыми.
Своими внешними данными Кирилл Тамерланов привлекал слишком многих девиц, и их внимание обрушивалось на него прямо-таки огненным дождем. Так, однажды посещая стадион своего брата, Тамерлан стал жертвой "недоразумения". Его приняли за одну спортивную знаменитость - очень обаятельного боксера (по крайне мере, так ему объяснили), и толпа девиц гналась за ним до самой стоянки, где несчастный был бессовестно прижат к стене. С тех пор он стал побаиваться женщин в количестве более трех.
Сбоку ехала розовая машина с рисунком девичьей фигуры на капоте. На всадника смотрели две блондинки: одна за рулем, другая поближе.
– Привет, девушки, - поздоровался он, решив, что если его и будут преследовать, то он хотя бы на коне и с собакой.
– Да вот, еду к брату.
– Твой брат - тот симпатяжка-охотник?
– спросила другая.
– Тот, у которого "Лидер", помнишь?
– напомнила сестра.
– Рома, да?
– Да, - кивнул всадник, усмехнувшись.
– А ты прямо на лошади к нему едешь?
– спросила та, что за рулем, Катя.
– Да, и погода отличная.
– А где твоя злая собака?
– спросила Вика, выглянув из окна.
– Саид? Да вот он!
– Тамерлан свистнул.
Саид выпрыгнул из кустов и побежал за машиной.
– Ой!
– девушка нырнула обратно в салон.
– А вы чего под дождем едете?
– У нас сегодня день рождения, - сообщила Катя, - едем показать маме папочкин подарок.
– Папа вам машину подарил?
– Это ей, - указала первая на сестру, - а мне, наконец-то, дачу построили.
– Наконец-то?
– улыбнулся он.
– И сколько ж вам лет?
– Восемнадцать, - хором сказали они.