Овертайм
Шрифт:
Эбби смеется мне в шею. И я слегка отстраняюсь от нее.
– Как Эндрю оказался в лесу с тобой?
– «Мустанг» заглох, и я позвонила Рексу.
– Почему не мне?
Она закусывает губу и отводит взгляд.
– Потому что я знала, что ты со своей командой. Кстати, почему ты вернулся так рано?
– Потому что моя команда выпроводила меня к тебе.
Уголки губ Эбби поднимаются в подобии улыбки.
– Так значит, это они мои герои, а не ты.
– Мне не нужно быть твоим героем.
– Ах, вот как.
– Да. Мне просто нужно быть твоим.
– Надо же. Во время аварии ты сильно стукнулся головой,
Я усмехаюсь и притягиваю Эбби к себе для поцелуя. Мои губы нежно ласкают ее. И я прикладываю всю свою выдержку, чтобы отстраниться.
– Я чертовски виноват, Эбби. Я не хотел, чтобы ты узнала обо всем от своего отца таким образом. Девушка Рекса – известный голливудский агент. Вернувшись домой из Турина, я поговорил с ней и рассказал о тебе, а затем позвонил Эштону и передал ему ее контакт. Для тебя. Когда Моника сказала мне, что ты все еще не связалась с ней, я снова позвонил твоему брату и предложил ему перейти к «Орлам», чтобы ты быстрее приняла положительное решение. Потому что я знал, как ты переживаешь после завершения своей карьеры. Мэттью тогда только стал нашим спонсором, и я поделился с ним информацией о возможности трансфера лучшего защитника НХЛ. И это все.
– Подожди, Моника и Рекс?!
– Да. Они вместе с колледжа, – усмехаюсь ее реакции я.
– И как он только ее терпит, она же заноза в заднице.
– Кто бы говорил.
– Почему ты сделал это для меня?
– У меня были свои причины.
– Какие?
– Я хотел лицезреть твою роскошную задницу на билбордах рекламы Calvin Klein.
Эбби запрокидывает голову и громко хохочет.
– Почему ты не мог просто взять у Эштона мой номер?
– Ну я… Эээ…
Я замираю.
Действительно, почему?!
Моя девушка снова звонко хохочет.
– Ты такой странный, знаешь?
Я усмехаюсь и запускаю руку ей в волосы:
– Кстати, почему у вас с отцом разные фамилии?
– Семья моей мамы невероятно богата, поэтому мой дед настоял, чтобы первенец носил фамилию рода. А я взяла фамилию матери после развода родителей. Боже мой, хватит болтать, помоги мне забыться!
Одним быстрым движением подхватываю Эбби за задницу. Выношу ее из душа, на ходу зацепив полотенце, и ставлю ее на ноги у нашей постели. Опускаюсь на колени и осторожно вытираю полотенцем стекающие по ее телу капли воды, при этом осыпая ее мягкую кожу нежными поцелуями снизу вверх. Эбби покрывается мурашками и шумно выдыхает, когда я выпрямляюсь и бросаю полотенце в сторону. Тянусь к тумбочке за презервативом и, раскрыв упаковку зубами, натягиваю его на свой чертовски возбужденный член.
Медленно укладываю Эбби на кровать, не переставая смотреть в ее изумительные глаза, и наши губы сталкиваются в чувственном поцелуе. Ее пальцы запутываются в моих волосах, и я углубляю поцелуй, отчаянно переплетая свой язык с ее. Провожу рукой по изгибам совершенного тела Эбби подо мной, накрываю ладонью грудь, а затем спускаюсь ниже, коснувшись внутренней стороны бедра.
Она выгибается мне навстречу, умоляя о большем. Нежно касаюсь пальцем ее жара и начинаю мягко поглаживать. Эбби поощряет мои действия тяжелым вздохом. Я меняю положение руки и, не переставая гладить набухшее местечко большим пальцем, ввожу в нее средний палец.
Эбби громко стонет, и я отрываюсь от ее губ. Хочу смотреть, как она будет терять
Она наблюдает за мной из-под полуопущенных век. Ее грудь тяжело вздымается. И я знаю, что Эбби близко. Но я хочу довести ее до оргазма, когда буду в ней. Я вытаскиваю из нее свои пальцы и обхватываю рукой член. Она всхлипывает, когда я медленно вхожу в нее. Мучительно медленно. На всю длину.
Твою мать!
Я умер и попал в рай.
Это, мать его, идеально.
Ни с одной девушкой я не испытывал подобного.
Мои бедра начинают двигаться в ленивом темпе, занимаясь любовью. Возвращаю свой палец на ее чувствительное местечко и продолжаю наблюдать за Эбби, теряясь в омуте ее голубых глаз. Ее взгляд затуманен, руки блуждают по моему телу, а губы приоткрыты. Она ловит ртом воздух, слегка царапая мне спину.
– Какая ты красивая, – шепчу я и касаюсь ее губ своими.
Эбби стонет, пока мой язык нежно ласкает ее, и я начинаю увеличивать темп, желая довести ее до наивысшей степени блаженства. Подушечкой пальца я сильнее давлю на ее пульсирующую точку, и она теряет контроль. Оргазм накрывает ее, словно мощный шторм. Эбби прогибается в спине, и из ее груди вырывается громкий стон:
– Рид, боже мой…
Она пульсирует вокруг моего члена, и я едва не кончаю в этот момент.
Ни хрена, еще слишком рано.
Пока она кончает, я продолжаю безжалостно ласкать пальцем ее чувствительное местечко. Не переставая входить в нее, покрываю мягкими поцелуями шею, спускаясь все ниже. Втягиваю в рот твердый сосок, отчего Эбигейл начинает извиваться подо мной. Я усмехаюсь и выхожу из нее.
– Ты везде красивая, – произношу я, оказавшись у нее между бедер.
Одним быстрым движением я погружаю в нее сразу два пальца, и Эбби начинает всхлипывать. Мои пальцы двигаются внутри ее на запредельной скорости, пока язык нежно выводит круги. От ощущения ее гладкой кожи я испытываю блаженство. На вкус она просто невероятна. Я хватаю ее за задницу, придвигая ближе к себе, и жадно насаживаю на свой язык. Спальня наполняется ее громкими криками и тяжелым дыханием.
– Рид… Рид… Боже!
Двумя руками Эбби вцепляется мне в волосы и, запрокинув голову, с громким всхлипом снова кончает.
Эта девушка сведет меня с ума.
А может, это уже произошло. И я счастливый обладатель биполярного расстройства – еще один Мистер Хайд[44].
Мой член дергается, когда она кричит мое имя.
Сейчас, приятель.
Покрываю нежными поцелуями ее бедра и поднимаюсь.
От зрелища, что я вижу перед собой, мне хочется снова опуститься перед ней на колени и вылизывать ее всю ночь. Глаза Эбби горят, на ее щеках легкий румянец, а на припухших от поцелуев губах довольная улыбка.
Выпрямляюсь на коленях и резко переворачиваю ее на живот. Она удивленно ахает и утыкается лицом в подушку. Покрываю поцелуями ее идеальную, круглую, упругую задницу. Нежно провожу пальцами по ее спине, наслаждаясь тем, какая у нее бархатистая кожа. От моих прикосновений Эбби покрывается мурашками, и я, наконец, мягко касаюсь губами ее шеи, прошептав на ухо:
– Я хочу быть в тебе всю свою жизнь.
– Тогда поторопись. – Она поворачивается ко мне лицом и с нежностью смотрит на меня. – Еще парочка оргазмов, и я войду в те два процента людей, которые умирают во время секса.