П 2
Шрифт:
И тут вдруг обнаружилось что драться больше не с кем. Половцы обратились в бегство, нахлестывая своих лошадей. Дурная затея. Вот что значит, им не приходилось еще драться с дружиной Михаила. Их лошадки может и выносливы, а лошади русичей медлительны. Но арабские скакуны, пусть и не самые лучшие, что были под седлом пограничников, отличались куда большим проворством, хотя и уступали степным лошадкам в выносливости.
Рубка бегущих. Тут не нужна храбрость. Не требуется особое умение владеть клинком. Достаточно просто нагнать врага и обрушить на него свой удар. Никаких изысков. От всей широкой
Не ушел ни один. Достали всех. Даже тех, у кого кони оказались достаточно резвы, настигли стрелы. Едва ссадили из седла последнего, как Михаил вскинул к губам трубу и подал сигнал остановиться.
Нужно перевести дух. Разобраться с потерями. Выгрузить артиллерию и наступать на противника планомерно, с неумолимостью асфальтового катка. Никуда половцы не денутся. Отсюда не ушел ни один. А значит и сообщить о разгроме некому. Угольной ничего не угрожает.
— Пришли за шерстью, да сами ушли стриженными, — хохотнув произнес один воинов, прикладывая тряпицу к царапине на щеке.
— Не ушли, — хмыкнув возразил другой, стряхивая с клинка кровь.
— А. Ну это да, — жизнерадостно согласился первый.
Глава 28
С ответным визитом
Лошадей добивали без азарта, а с нескрываемым сожалением и осознанием того, что прекращают их муки. Чего не сказать о раненых половцев. Этих резали походя. Сотник, а Михаил по факту княжий сотник, приказал пленных не брать. Вот они и исполняют. Жестокое время, жестокие нравы. И вообще, их пример, другим наука.
Вообще место боя впечатляет. Картечь страшная штука. Даже выпущенная из вот этой недопушки. Тем более если она каменная. Ну где тут набрать гальки. Вот и заряжают гранитный щебень, из отходов в карьере. А такой аккуратные дырочки делать не умеет, рвет плоть беспощадно даже на такой незначительной скорости. Свинец, он серебра стоит. А к чему тратиться, если заряды можно подбирать под ногами.
А вообще, наваляли половцев много. Стрелы тоже собрали свою жатву. Но так, скромненько. А вот залп из восьми орудий с дистанции менее сотни метров наделал таких дел, что как взглянешь так и вздрогнешь. Если бы дружина могла разом пойти в атаку всей массой, то Михаилу может и рубиться не пришлось бы. Противника почти не осталось. Но и дружинники в бой вступали разрозненно покидая палубу паромов.
— Это было невероятно, — услышал Романов голос за спиной.
Обернулся. Кирилл Комнин, в сопровождении двоих воинов. Взгляд задумчивый, расчетливый и требовательный. Угу. Облезешь, брат и полноправный представитель императора.
– Любишь кровавые зрелища, — хмыкнул Романов.
— Я солдат и отдаю должное хорошему оружию. Твои баллисты хороши. Император хорошо заплатит за этот секрет.
— Никакое оружие, даже самое разрушительное, не спасет империю от гибели. Потому что она сгнила изнутри. Вам нужны реформы. И Комнин достаточно решительный и влиятельный император, чтобы их провести в жизнь. Когда в последний раз вводились серьезные изменения? Лет триста назад? Вот над этим лучше подумайте. Мне это оружие нужно чтобы выжить, у империи же такой потенциал, что в этом необходимости нет.
— Считаешь себя самым
— Считаю себя правым. Прости, мне нужно заняться делом. Сотников ко мне, — приказал он сопровождавшим его.
Гордей кивнул одному из телохранителей и тот сорвался выполнять приказ. Обзаводиться еще и отдельными вестовыми Михаил посчитал излишним. Не так уж у него и много людей, чтобы раздувать штаты. Да и средств пока недостаточно. Развернуться в полной мере не получается.
Сказывается необходимость думать о безопасности. Одно дело обеспечивать секретность. И совсем другое скрытность. Это совсем не одно и то же. Дурачить князя Ростислава, читай Горыню, и хана Белашкана задача не простая, и как результат недополученная выгода из-за необходимости сдерживать объемы производства.
До сегодняшнего дня это еще было оправдано ввиду нехватки квалифицированных кадров. Но сейчас этот вопрос во многом решается благодаря тому, что дети тут взрослеют быстро. За прошедшие четыре года успели подготовить молодых специалистов. Конечно впереди у них призыв на срочную службу, но с одной стороны, она не вечная, а с другой подрастают новые работники.
Вскоре Гаврила, Игорь и Григорий, предстали перед Михаилом, который тут же поинтересовался о потерях. Убитых шестеро, раненых полтора десятка. Артиллеристы, как говорится, не успели даже испугаться. Сказались как обстрел, так и разрозненный удар с паромов. Но учитывая соотношение с побитыми кочевниками, результат радовал, и это если сказать скромно.
— Срочники? – уточнил Михаил.
— Двое легко раненых. Могут даже в строю остаться, — доложил Гаврила.
— Один. И тоже легко, — сообщил Игорь.
Конечно Романову все воины дороги. Но призывники волнуют особо. Они будущее Пограничного. А дружинники… Этих нанять не проблема. И как оказалось, опасения Михаила оказались напрасными. Подсылов Борис вычислил как раз из старичков, причем не бывших воинов князя Романа. Казнить не стали, просто сделали двойными агентами и теперь контролировали информацию уходящую на сторону. Так что, волков бояться, в лес не ходить.
— Раненых в город. Готовимся к выдвижению на Угольную, -наблюдая за тем, как к берегу подходит самоходный паром, приказал Михаил.
Сейчас с него сойдут повозки с артиллерийскими припасами, после чего он подцепит паромы дружины и уведет их к Пограничному. Не хватало еще оставлять без присмотра средства переправы. Поэтому этот вопрос был так же отработан на ять.
Переговорив с сотниками, подозвал к себе Бориса. С ним он предпочитал беседовать в уединении. Нередко и в стороне от своих телохранителей. Вот незачем посторонним знать об их делах.
— Докладывай, что выяснил.
— Курень Газакопа. Вон его труп валяется.
— Значит сработало.
— Не так, как планировали. Но получилось даже лучше.
Это да. Прав Борис. Подзуженный провокатором Газакопа должен был напасть на Угольную. Так как она находится не просто в отдалении, но еще и на другом берегу Славутича, через который русам враз не переправиться. Как следствие они успеют захватить заставу, разграбить ее и увести полон. К тому же дружина у них небольшая, а потому получится их выманить в погоню за малыми силами, а потом положить всех в степи.