Пари для простаков
Шрифт:
В 7.29 раздался легкий стук. Он открыл дверь.
— Мистер Уоррен? Я надеюсь, вы ждете меня? Меня зовут Лэйн.
— Входите, мистер Лэйн, — сказал Уоррен и приоткрыл дверь пошире. Пока Лэйн снимал пальто, Уоррен разглядел его и не нашел в нем ничего примечательного, что, безусловно, должно быть достоинством для частного детектива.
Лэйн сел в кресло:
— Ваш подопечный здесь, в Хилтоне. Он снял номер на неделю.
— Вы, надеюсь, не один?
— Нет, мистер Уоррен, не беспокойтесь. Нас двое. Так что он все время под наблюдением. — Лэйн пожал
— Он много пьет?
— Не скажу, что он алкаш, но поддает прилично. Обычно он торчит в баре до закрытия, потом ему еще посылают бутылку в номер.
Уоррен кивнул головой.
— Что еще вы можете сообщить мне о Спиринге?
Лэйн достал из кармана блокнот.
— Он тут общается кое с кем. Я передам вам список, но для начала расскажу. — Он раскрыл блокнот. — В аэропорту его встречал человек, местный — вероятно, иранец, — и привез сюда в отель. К сожалению, я не смог его засечь. Мы только что прибыли и не могли сориентироваться, — сказал он извиняющимся тоном.
— Не страшно.
— Во всяком случае, мы этого иранца больше не видели. На следующий день Спиринг отправился на Маулави, это близ вокзала. Адрес у меня есть. Там он взял автомобиль, точнее, американский джип. Но он не брал его напрокат. Я попытался установить кое-что по номеру, но это довольно трудно сделать в незнакомом городе.
— Да, конечно, — согласился Уоррен.
— Оттуда он направился на оптовую фармацевтическую базу — вот адрес, — где провел полтора часа. Затем вернулся в отель, где и оставался до конца дня. Это — вчера. А сегодня утром его посетил некий американец — Джон Истмэн. Они говорили в его номере почти все утро, три часа. Потом вместе обедали в ресторане Хилтона.
— Об Истмэне что-нибудь известно?
Лэйн покачал головой.
— Чтобы постоянно наблюдать за кем-либо, требуется как минимум четверо, а нас только двое. Мы не могли следить за Истмэном без риска потерять Спиринга, а наш объект — Спиринг. — Лэйн вновь заглянул в свой блокнот. — Истмэн после лэнча сразу же ушел, а Спиринг остался. Сейчас он в баре. Вот и все, мистер Уоррен.
— Что ж, вы неплохо поработали, — сказал Уоррен. — Тут со мною несколько друзей. Я хочу, чтобы они взглянули на Спиринга в ближайшее время. Можно это устроить?
— Нет ничего проще, — сказал Лэйн. — Нужно только зайти в бар и выпить. — Он достал конверт и передал его Уоррену. — Тут все, что у нас есть на Спиринга. Номер его машины, имена, адреса, по которым он ездил в Тегеране. — Он помолчал. — Я так понимаю, что на этом наша задача выполнена. Мне осталось только показать вам его.
— Именно так, вы свое дело сделали.
Лэйн был явно удовлетворен.
— Мы с этим типом натерпелись, — доверительно сообщил он. — В Лондоне у меня нет проблем, я работал в Париже и Риме. Но здесь западный человек всегда на виду, не так-то легко наблюдать за кем-нибудь и остаться незамеченным. Когда вы хотите видеть Спиринга?
— А может прямо сейчас? — спросил Уоррен. —
Перед тем как зайти в бар, Уоррен остановился и сказал:
— Не забывайте, что мы здесь находимся по делу. Мистер Лэйн незаметно покажет нам человека, ради которого мы сюда прибыли. Мы должны посмотреть на него, — подчеркиваю, посмотреть. Разглядите его хорошенько, запомните, чтобы потом при любых обстоятельствах не ошибаться. Но делайте это украдкой. Идея состоит в том, чтобы увидеть и остаться незамеченными. Предлагаю разделиться.
Они пересекли фойе и вошли в бар. Уоррен сразу же заметил Спиринга и решил не попадаться ему на глаза. Он несколько раз видел Спиринга в Лондоне и, хотя не думал, что тот может его узнать, почел за лучшее не рисковать и не привлекать к себе его внимания. Он повернулся спиной к залу, облокотился на стойку и заказал себе выпивку.
Человек, сидевший неподалеку, вдруг повернулся к нему.
— Эй, привет!
Уоррен вежливо кивнул.
— Добрый вечер.
— Вы из ИМЕГ? — Произношение выдавало в нем американца.
— ИМЕГ?
Человек рассмеялся.
— Наверное, нет. Я подумал, что вы англичанин и решил, что вы, может быть, из ИМЕГ.
— Я даже не знаю, что такое ИМЕГ, — сказал Уоррен. Он бросил взгляд на зеркало в глубине бара и увидел Тоузьера, сидящего за столом и заказывающего что-то выпить.
— О, ИМЕГ, пожалуй, может сотрясти эту крысиную нору, то бишь, эту страну, — произнес американец. Он был уже навеселе. — Мы переориентируем сорокадюймовый газопровод из Себадана прямо к русской границе. Шестьсот миллионов колов это стоит. Деньги текут, как… как деньги, — он расхохотался.
— В самом деле? — сказал Уоррен, которого все это не интересовало ни в малейшей степени.
— ИМЕГ всем этим руководит, — то есть вы, англичане. А мы — я представляюсь, Уильямс Бразерс — всего лишь выполняем всю эту дьявольскую работу. Разве это справедливое разделение труда?
— Да, грандиозно, — сказал Уоррен неопределенно. Он повернулся и увидел на другом конце стойки Фоллета.
— Грандиозно. — Американец залпом высушил свой стакан. — Но кто, вы думаете, снимает пенки? Русские! Ни фига себе, а? Они покупают по дешевке иранский газ, а свой газ гонят по трубопроводу в Триест и продают итальянцам втридорога. А еще говорят, что эти чертовы большевики не умеют делать бизнес. — Он толкнул локтем Уоррена. — Выпейте.
— Нет, спасибо, — сказал Уоррен. — Я жду друга.
— Ах, черт! — американец посмотрел на часы. — Надо чего-нибудь пожрать, пожалуй. Ну, увидимся.
Когда он исчез, Тоузьер поднялся со своего места и подошел к Уоррену.
— Что это за приятель?
— Так, одинокий пьяница.
— Я видел вашего подопечного. Похоже, еще один пьяница. Что теперь?
— Теперь нельзя упускать его.
— А потом?
Уоррен пожал плечами.
— А потом посмотрим.
Тоузьер некоторое время молчал. Он вынул портсигар, взял сигарету, зажег ее и выпустил длинную струю дыма.