Паучьи сети
Шрифт:
— Ты обещала, что будешь выполнять мои просьбы, — теперь в голосе мужчины звучало явственное предупреждение. — Я заинтересован в том, чтобы ты поправилась.
— Почему? Что случится, если я умру?
Я замерла в ожидании ответа. Хотелось услышать что-нибудь романтичное и приятное, хотя надежды на это было немного. В конце концов передо мной маньяк убийца, который не привык распространяться о чувствах. Понравилась девушка — перерезал ей горло, вот и вся романтика.
— Ты не умрешь, — коротко ответил Паук и по его голосу было невозможно понять, что он чувствует.
Наконец,
— Постарайся спать на животе, малышка, — Паук легко провел ладонью по моим волосам.
От поглаживания хотелось замурлыкать словно кошка, но сил не оставалось даже на это. Сон уже наложил на меня свои липкие лапы и все, на что я оказалась способна, так это закрыть глаза и заснуть.
В следующие несколько дней спина не переставала болеть и Паук категорически отказался выпускать меня из кровати. Если быть честной, то вставать и не хотелось. Я чувствовала слабость, а из-за таблеток, которыми меня щедро кормил мужчина, постоянно хотелось спать. В редкие моменты бодрости я ела, смотрела мультики и ждала маньяка.
Паук часто уходил и на все мои расспросы отвечал односложно. Через некоторое время я просто перестала задавать вопросы, но обида на такую скрытность никуда не делать и росла внутри день ото дня. Из-за проблем со спиной и вынужденного безделья я оказалась один на один с собственными мыслями и довольно скоро подобная компания начала утомлять. За неимением новых эмоций и впечатлений мозг принялся за душевные копания и вопрос о том, есть ли у нас с мужчиной хоть какое-то будущее с каждым днем становился все острее.
Маньяк был неизменно добр и внимателен. За неделю, проведенную в отеле, Паук ни разу не сделал ничего, что могло бы меня напугать и это настораживало. Я знала, кто он такой и на что способен, знала, какие мысли живут в его голове и что вечно так продолжаться не будет. Это угнетало, мне хотелось напрямую поговорить с мужчиной о своих страхах и обсудить с ним будущее. Но как это сделать?
Дни шли, а я все не решалась начать разговор. Рассматривая Паука долгими вечерами, я размышляла, что же такого притягательного содержится в этом человеке. Лицо, как лицо, немного грубое, но не слишком. Пальцы красивые, длинные, чувственные, но опять таки, ничего особенного. Отношение ко мне? Уж точно не самое лучшее, что можно было бы придумать. Тогда что? Почему мне так легко оказалось отринуть старую жизнь и погрузиться в омут страсти? Не может же дело быть только в потрясающем возбуждении, которое я испытываю, стоит только Пауку посмотреть на меня?
Прошла неделя и размышления становились серьезнее и серьезнее пока неожиданные новости не прервали их размеренное течение.
— Я нашел Ганса, — объявил Паук, едва переступив порог комнаты.
— Где? — я резко села в кровати, отметив про себя, что спина практически перестала болеть.
— У него здесь дом, — мужчина сел на край постели и я почти уже привычно прильнула к его плечу. Желание касаться было таким сильным, что у меня не было шанса устоять, а потому я просто с удовольствием ему поддавалась.
— Значит, нужно дождаться правильного
— И что ты собираешься делать, малышка? — Паук обнял меня за плечи и притянул к груди. — Мы проникнем в дом, найдем его. Что дальше?
— Я убью его, — с уверенностью проговорила я и остановилась.
Я хочу убить человека? Серьезно? Пробраться в его дом, взять пистолет и нажать на спусковой крючок? Внутри образовался липкий ком ужаса. Воображение услужливо нарисовало сцену со стоящим на коленях Гансом. Умоляющий взгляд, мой палец медленно нажимающий на курок, кровь и мозги, разлетевшиеся по стенам. Господи, неужели я действительно готова сделать это?
Дурнота усилилась и я едва успела убежать в туалет, где меня и вырвало. На глаза навернулись слезы, а на душе стало так плохо, словно внутри появился незримый камень. Пока я умывалась, в ванную зашел Паук и положил руки мне на плечи.
— Ты в порядке? — голос его звучал непривычно мягко.
— Нет.
Прижав ладони к лицу я дышала мелко и часто, пытаясь избавиться от кошмарного видения, так внезапно захватившего сознание. Мужчина молчал, едва заметно поглаживая пальцами кожу. От его присутствия становилось легче, но вместе с тем и тяжелее.
— Знаешь, я думала, что смогу выпустить пулю ему в голову, просто сосредоточившись на собственной ненависти, — мой голос прозвучал хрипло. — Но мысль об этом заставляет все внутри перевернуться. Он почти убил меня, но при этом я все равно не способна сделать то же самое в ответ.
— Я знаю, малышка, — мужчина положил подбородок мне на голову и я облокотилась спиной о его грудь.
Мы стояли перед зеркалом и я рассматривала наше отражение. Черное и белое, очень символично.
— Раньше казалось, что мне хватит сил. Но я всего лишь жертва. Маленькая, испуганная и послушная.
— Не думай об этом. Я убью его для тебя, — проговорил Паук и это прозвучало жутко и романтично одновременно.
Мы еще немного постояли обнявшись. Я чувствовала, как приступ дурноты постепенно отступает, сменяясь отчаянием.
— Как ты его нашел? По тем квитанциям из машины?
— Не совсем. Счета были за дом его матери.
— Матери? — зачем-то переспросила я.
Новость о том, что у Ганса может быть мама оказалась неожиданной. С другой стороны, что же в этом удивительного? Даже подонки родились от кого-то. У Паука есть отец, Ганс оплачивает счета своей матери. Мир не делится на черное и белое. Самый отъявленный злодей может заботиться о ком-то.
— Надеюсь, он живет не с ней, — улыбнулась я, внутренне содрогаясь от гипотетической возможности встретить мать Ганса во время рейда возмездия.
— Нет, он живет со своей женой и ребенком, — проговорил Паук спокойно.
— Что? — я почувствовала, как сердце сжалось и ухнуло куда-то вниз.
Сбросив руки мужчины с плеч я развернулась и сделала несколько шагов, пытаясь восстановить внезапно сбившееся дыхание.
— Он женат, их сына зовут Мирек и ему завтра исполнится три, — каждое слово Паука словно забивало очередной гвоздь в крышку моего морального гроба.