Печаль Танцора
Шрифт:
– Чулалорн должен ответить, или осада проиграна.
– Неужели?
Халленс кивнула в ответ на незаданный вопрос.
– Боюсь, борьба переходит на иную, опасную территорию. Говорят, будто Защитница контролирует Рилландараса, будто она натравила его на нас. Правда или нет, Чулалорн должен ответить под стать или ретироваться. Эскалация, дорогая Айко. Мне страшно.
– Вы о колдовстве, битве магов? Но нам не сравняться с магами города.
– Верно. Ресурсы короля растянуты. А"Каронис занят на юге, Гула-Син редко покидает Хоран. Его присутствие держит под контролем дальхонезцев.
Айко пораженно внимала речам, походящим на критику или даже на измену королю.
– О чем вы?
– едва слышно выдохнула она.
Командир поглядела на нее - и смягчила слова улыбкой, хотя и печальной.
– Не знаю, Айко. Скажу лишь, что в обозе есть закрытые фургоны и запечатанные кареты, и даже мне не дали их осмотреть.
Айко кивнула.
– Ясно. Но может и не дойти до такого.
– Может. Хотя, боюсь, уже дошло.
– Как это?
– Посол мертв. Убит вчера ночью.
Айко застыла, не сразу опомнившись.
– Правда? Где? Но защита городских магов...
– Очевидно, они не готовы были дать медяка за жизнь перебежчика.
– А. Но мы... мы ничего не слышали.
– А ты ждала объявлений?
– Нет, полагаю. Так это Ночные Клинки?
– Они со мной связываются. Но, как ни странно, не похвалились казнью. Подозревают третью сторону. Какого-то наемника.
Айко задрожала от мысли, что кто-то готов был выполнить работу, непосильную для Ночных Клинков.
– Эскалация, - сказала она, соглашаясь со страхами Халленс.
Гравий заскрипел под ногой командира.
– Да, Айко. Мы уже не в безопасности.
***
Дорин развалился в кресле общего зала Панга. Последнее время ему приходилось только сидеть. Впрочем, к сожалению, приходилось еще и слушать разговоры собравшихся воров, громил и охранников. Если тупое бурчание можно было назвать разговорами. Тот крутой мужик на деле не так уж крут, верно? А ту девку они поимели, сама хотела - или, чаще, не хотела, а все равно поимели. Ночью были собачьи бои, кто-то потерял, кто-то нажился. Все так тривиально и на удивление одинаково...
Если громилы адресовались к нему, что бывало редко, то звали "парнем с ножом" или "мальком-убийцей". Кажется, они думали, что размеры - а тут подобрались почти одни растолстевшие здоровяки - гарантируют им безопасность. Дорину не терпелось показать, как они неправы.
Другим типом были громилы невысокие и жилистые, костлявые и дерганые на манер бешеного кролика. Этих Дорин считал более опасными, а они усиленно показывали ему свое презрение. Вызывающе сверкали глазами, едва он смотрел в их сторону. То и дело взор его натыкался на выпученные, откровенно угрожающие зенки, и приходилось снимать напряжение, отворачиваясь или закатывая глаза к потолку. Тогда носитель бешеного взгляда начинал возиться на стуле, фыркая или бормоча что-то на ухо приятелю, а тот радостно ухал.
Но все они работали на Панга. А Панг будет
Итак, он сидел в общем зале, стараясь не сталкиваться взорами с жилистыми бандитами, и рассуждал, что же выиграл, устроившись к Пангу. Ну, только стол и кров. Ему так и не заплатили. Ни наличными, ни обещаниями. Хотя он не видел, чтобы и остальные получали свои доли.
Если что и дает банда Панга или любая другая организация, то безопасность - или примитивное чувство единства в стае. Можно спокойно опустить голову, засыпая с уверенностью, что не очнешься с перерезанным горлом. Можно если не доверять компаньонам, то поворачиваться к ним спиной с некой долей безопасности.
Но это не про него. Похоже, даже минимум товарищества не распространился на него. Пока что. Да он и сам не особо этого хотел или ожидал. Дорин видел в новых приятелях лишь бессовестных быков, годных пугать робких лавочников и выламывать руки отчаявшимся дуракам, каковые только и могут занимать деньги у Панга.
Тут его посетила новая мысль: может, они свободно читают эти оценки в его взгляде и потому держатся поодаль?
Ему нужно научиться фильтровать презрение.
Или нет.
Кстати, о близости. Он несколько раз видел Реену во время общих сборов. Она не старалась подойти к нему, скорее делала вид, что не замечает. А вот Лоор не стеснялся подойти, привалиться к стене и кивнуть с видом опытного ловкача. Возможно, ему было одиноко. Шрет так и не оправился от ран и перешел трудиться в мастерскую шляпника.
Если Реена желает показать, что им не о чем поговорить - и ладно. Он тоже не станет стараться. И вовсе ему не...
Ударило землетрясение.
По крайней мере это показалось землетрясением. От рева горной лавины у Дорина заложило в ушах. Все в общем зале повскакали на ноги; падали стулья; стеклянные кубки звенели на столах, и сами столы подпрыгивали над полом. Наконец клубы пыли выгнали всех наружу, обтрясаться и откашливаться.
Изо всех построек квартала выскакивали люди, словно зданиям угрожало обрушение. Все паниковали, заметил Дорин, кроме орды юных землекопов. Ошеломляющий рев и грохот затихали, и вернувшемуся слуху эти звуки представились утробным ворчанием какого-то гигантского зверя.
Панг вышел, пошатываясь, сверкая глазами во все стороны.
– Что это, ради Бёрн?
– Звучит как какое-то чудище, - сказал кто-то из громил.
– Прям под нами, - добавил другой.
Дикий от испуга взор Панга обежал двор и остановился на Дорине.
– Ты! Иди посмотри.
– Я?
– Да, ты. Иди вниз. Оглядись там. За что я тебе плачу?
Дорин стиснул зубы, чтобы не напомнить, что ему еще не заплатили. Хотелось в отчаянии закатить глаза к небу... но он заметил ухмылки воровского сборища, и это успокоило его, подобно струе холодной воды за воротник. Нужно было сохранять профессиональную невозмутимость. Он ответил Пангу едва заметным движением головы.
– Хорошо. Если нет других желающих...
– Он призывно поманил одного из тощих, злобных негодяев.