Пепел
Шрифт:
Я ничего не ответил, только скрипнул зубами.
— Если решил остаться, присаживайся, будь как дома, — она, не глядя, обвела комнату рукой. — Я сейчас главу дочитаю. Не люблю посередине останавливаться.
Я послушно сел в ближайшее кресло и от нечего делать стал разглядывать помещение. В прошлый раз, да и в первое мое здесь появление было как-то не до знакомства с интерьером, теперь же он предстал передо мной во всей красе. У хозяйки явно не было никакого вкуса: предметы, в основном, были удобными, но не подходили друг к другу. К тому же, их тут явно было слишком много. Особенно раздражали
Я огляделся повнимательнее. А ведь это первое помещение в Асдаре, где есть хоть какой-то намек на высокую культуру. Во всех домах, что я посещал прежде, стены были в лучшем случае увешаны оружием. В худшем — аляповатыми мужскими украшениями, выставленными на всеобщее обозрение. Но, если задуматься, я ведь не был в женской общине. Может быть, у них так принято? Если детей воспитывают только женщины и старики, то именно на их половине должны храниться знания. А мужчинам все это ни к чему — только работать мешает.
Откуда-то сильно тянуло запахом кофе. Я заметил это, еще когда вошел, но не обратил особого внимания. А теперь задумался: в Асдаре ведь не пьют кофе. Его сюда даже не привозят. Оглянувшись в поисках источника запаха, я увидел кофейник на маленьком столике возле кровати Лан. Чашек при нем не наблюдалось.
— Ты пьешь кофе на ночь глядя? — спросил я, не удержавшись.
— Пью что? — переспросила она, наконец, отрываясь от книги и вкладывая между страниц плетеную закладку.
— Тот напиток, — я указал рукой на кофейник.
— А-а, — Лан улыбнулась, подняла крышечку и помахала ею перед своим носом. — Мне просто нравится запах. Вкус отвратителен. Но если ты хочешь…
— Нет, спасибо, — отказался я, хотя запах был действительно приятным. Первый раз я столкнулся с тем, чтобы кофе использовали с такой странной целью.
Лан убрала книгу на полку и потушила большую часть свечей в канделябрах, стоящих по обе стороны от кровати. Сразу стало темно, а запах кофе от этого словно усилился. Мне, ко всему прочему, почему-то почудился еще и тонкий аромат шоколада. Лан села на кровать, подтянув колени к груди, и неуверенным жестом показала мне, чтобы я сел рядом. Я послушно забрался на кровать, скинув обувь. Воцарилась тишина. Лан смотрела на меня, я смотрел на Лан.
— Мне сделать это самой? — спросила она.
Я подумал. Раньше меня такой вариант устроил бы, но сейчас я не хотел доверять ей процесс, опасаясь, как бы она не почувствовала моей слабости.
— Нет, — ответил я.
— Хорошо, — она кивнула и принялась спокойно ждать. Я оглядел ее, пытаясь почувствовать хоть что-нибудь. Запах кофе подействовал на меня успокаивающе, и я не чувствовал ненависти или злости. Но и интерес к ней тоже не просыпался. Она увлекала меня не больше, чем диванная подушка.
Пытаясь разбудить свое тело, я потянулся к Лан, расстегнул пару крючков и спустил платье с ее плеч, обнажая смуглую кожу груди. Форма была правильной, и раньше я бы решил, что это красиво. Закрыв глаза, я чуть сжал ее грудь руками и попытался представить, что ласкаю крагийку. Но в памяти всплыл треп той дуры про плещущихся рыбок и взбивание масла. Я потряс головой, избавляясь от этого образа. Нет, нужно
Я склонился к ней и стал целовать ключицы: мягко, хотя и механически. Потом спустился ниже, поймал ртом кончик груди, сжал его губами, и вдруг замер и задумался. Даже глаза открыл. На меня неожиданно, всем своим неподъемным весом нахлынула тоска. Не по дому, не по прошлой жизни. А просто — Тоска. Холодная, необъяснимая, серая и тонкая — как бельевая веревка, одним концом привязанная к сердцу, а другим тянущаяся сквозь пелену дождя в никуда.
Лан почувствовала мое настроение, склонилась надо мной, обняла и поцеловала в макушку.
— Ложись-ка спать, — сказала она с мягкой улыбкой.
— Я не выполнил свой супружеский долг, — сказал я без каких-либо эмоций.
— А ты хочешь?
— Нет.
На пару секунд воцарилось молчание. Лан снова улыбнулась — мягко, сочувственно.
— Ложись, — повторила она, накидывая обратно сползшее платье. Я слез с нее и послушно лег рядом, чуть подтянув колени к груди. Тоска не отпускала меня. Ужасно давило в груди. Лан взяла одеяло, лежавшее на углу кровати, и накрыла нас обоих, даже не дав мне раздеться. Впрочем, я и не собирался. Вместе с тоской мною овладела апатия.
— Завтра Чистый день, — сказала Лан, одной рукой подперев голову, а другой погладив меня по щеке и плечу. — Отпусти свои мысли.
Она немного повозилась, устраиваясь поудобнее, и замерла, глядя на меня.
— Почему ты выбрала меня? — спросил я.
— А почему мне нравится запах черного напитка из жженых зерен? — вопросом на вопрос ответила она. — Я просто увидела тебя и захотела поговорить. А потом ты на меня так посмотрел… И я поняла, что ты мне нужен. Вот и все. Спи.
Она провела рукой по моим волосам. Я понял, что ужасно устал. Закрыл глаза и провалился в сон.
Глава 6. Чистый день
Меня разбудило ощущение чужого взгляда. Открыв глаза, я увидел Лан: она лежала совсем рядом, подперев рукой голову, и разглядывала меня. Будто и не спала совсем.
— У тебя такая белая кожа, — сказала она, слегка коснувшись моей щеки. — Будто мраморная.
Я вздрогнул от прикосновения. Лан тут же убрала руку.
— Настолько неприятно? — спросила она, чуть поджав губы.
— Щекотно, — пояснил я, поднимаясь и откидывая одеяло.
— Куда ты?
Глупый вопрос. Куда могут идти с утра пораньше люди, выдувшие вечером три бокала вина?
— Приведу себя в порядок перед завтраком, — сказал я, отыскивая свою обувь.
— Сегодня Чистый день, — сказала она, садясь на кровати. — Нет завтрака. Нет обеда и ужина. Нет работы, нет ссор, нет ночных костров. Чистый день: только ты и небо.
Что? В смысле? Мне сегодня целый день голодным ходить? Вашу ж мать! Да чтоб вы все подавились своими дурными традициями! Я еще только встал, а тут такие новости. И опять без предупреждения. Между прочим, у меня уже сосет под ложечкой. Покопавшись в памяти, я вспомнил, что в мой прошлый приезд тоже было что-то подобное. Но тогда я как раз упился в хлам, обнаружив, что мое любимое дурманящее вино привозят в Асдар без ограничений, в то время как в Крагии оно запрещено.