Переговоры
Шрифт:
Он остановился пообедать в Бьюне, а затем откинулся на заднем сиденьи и восполнил то, что он недоспал. Он проснулся в три часа утра и продолжил поездку на юг.
Пока он спал, в ресторане Сан Марко напротив отеля «Колизей», тихо сидел человек и наблюдал за входом в гостиницу. Он сидел там с полудня к беспокойству, а затем и неудовольствию персонала. Он заказал ленч, просидел вторую половину дня, а затем заказал ужин. Официанты думали, что он тихо читает у окна.
В одиннадцать ресторан закрывался.
Он поехал к почтовому отделению на рю де Лувр, открытому круглые сутки, поднялся на второй этаж, где были международные телефоны и заказал личный разговор. Он сидел в будке, пока оператор не позвонила.
– Алло, мсье, – сказала она, – соединяю с Кастельбланкой, говорите.
Глава 16
Коста-дель-Соль с давних пор был излюбленным местом заслуженного отдыха представителей британского преступного мира, разыскиваемых полицией. Несколько десятков таких негодяев, которые умудрились лишить банки или бронированные машины их содержимого или забрать у вкладчиков их сбережения, и расстались с землей своих предков, опередив на один дюйм руку Скотланд-Ярда, нашли убежище под солнцем Южной Испании, чтобы насладиться своим богатством. Один остряк однажды сказал, что в ясный день в Эстепоне можно увидеть больше закоренелых преступников, чем в тюрьме Ее Величества Паркхерсте во время переклички.
В тот вечер четверо таких джентльменов собрались в аэропорту Малага по телефонному звонку из Парижа. Там были Ронни, Берни и Артур, имя которого произносится Арфур, и молодой Терри, известный как Тель. Кроме Теля, все были одеты в светлые костюмы и панамы. Несмотря на давно наступившую темноту, все были в темных очках. Они проверили табло прибытий, узнали, что самолет из Парижа только что приземлился и скромно стояли у двери, ведущей из зала таможни.
Сэм вышла вместе с тремя первыми пассажирами. Весь ее багаж состоял из сумки, купленной в Орли и небольшого кожаного чемоданчика, приобретенного там же, с туалетными принадлежностями и ночным бельем. На ней был костюм, в котором она была утром на встрече в баре Юго.
Ронни знал описание ее внешности, но оригинал оказался гораздо красивее. Как Берни и Артур, он был женат, и, как и их жены, его супруга была крашеной блондинкой, ставшей еще более белой из-за постоянного поклонения солнцу, с кожей, похожей на кожу ящерицы – последствие ультрафиолетовых лучей. Ронни оценил и одобрил бледную северную кожу приехавшей и ее осиную талию.
– Боже праведный, – пробормотал Берни.
– Вкусно. – сказал Тель.
Это было его любимое выражение, если не единственное прилагательное. Относительно всего, что его удивляло или радовало, он говорил «вкусно».
Ронни шагнул вперед.
– Мисс Сомервиль?
– Да.
– Добрый вечер. Я Ронни, a
Куинн въехал в Марсель на рассвете, холодном и дождливом, это был последний день ноября. Он мог полететь в Аяччо самолетом и прибыть туда в тот же день или воспользоваться вечерним паромом, захватив с собой машину.
Он предпочел паром. Во-первых, ему не нужно будет арендовать машину в Аяччо, во-вторых, он может спокойно взять с собой «Смит и Вессон», который все еще был у него за поясом и, в-третьих, он считал, что на всякий случай следует сделать ряд мелких покупок для пребывания на Корсике.
Указатели дороги к порту были достаточно ясные, а сам порт был почти пуст. Утренний паром из Аяччо стоял пришвартованный, его пассажиры сошли на берег час тому назад. Касса на бульваре Дам была еще закрыта. Он припарковал машину и насладился завтраком.
В девять часов он купил билет на паром «Наполеон», который должен отправиться в восемь вечера и прибыть в семь утра на следующий день.
Имея билет, он мог поставить машину на стоянку для пассажиров недалеко от причала, от которого должен отойти паром. Сделав это, он отправился в город пешком за покупками.
Купить большую брезентовую сумку было легко, в аптеке он приобрел туалетные принадлежности и бритвенный прибор вместо тех, что были оставлены в отеле «Колизей» в Париже. Поиски нужных ему предметов одежды вызвали недоумение продавцов, но в конце концов он нашел искомое на пешеходной улице Сейнт Феррул к северу от старого порта.
Молодой продавец был весьма любезен, и покупка шортов, джинсов, пояса, рубашки и шляпы прошла без проблем. Но когда Куинн высказал последнюю просьбу, брови продавца поднялись в изумлении.
– Вы хотите что, мсье?
Куинн повторил просьбу.
– Боюсь, что этого в продаже не бывает.
Он посмотрел на две крупные купюры, соблазнительно хрустящие в руке Куинна.
– Может быть, осталось на складе? Старое и никому не нужное? – подсказал Куинн.
Молодой человек оглянулся.
– Я посмотрю, сэр. Дайте мне вашу сумку.
Он пробыл на складе десять минут. Вернувшись, он раскрыл сумку и показал Куинну содержимое.
– Отлично, – сказал Куинн, – как раз то, что мне нужно.
Он расплатился, хорошо отблагодарил продавца, как обещал, и ушел.
Небо очистилось от туч, и он позавтракал в кафе на открытом воздухе старого порта, потратив целый час на изучение крупномасштабной карты Корсики. Единственное, что он узнал из приложения к карте, это что Кастельбланк находится на крайнем юге острова.
В восемь вечера «Наполеон» отошел от пристани и направился в обратный путь. Куинн с удовольствием выпил стакан вина в баре, почти пустом в это время года. Когда паром повернул в открытое море, перед окном проплыли огни Марселя, а затем крепость-тюрьма Иф совсем близко от парома.