Переговоры
Шрифт:
– А как они нашли дом? – спросил Государственный секретарь.
Филип Келли заглянул в свои записки.
На вопрос Дональдсона ответил Дэвид Вайнтрауб:
– Куинн позвонил им из Парижа и сообщил адрес.
– Отлично, – сказал Оделл с сарказмом. – Что еще слышно о Куинне?
– Он был довольно активен в разных частях Европы, – ответил Келли дипломатично. – Мы с минуты на минуту ожидаем полный доклад о его деятельности.
– Что вы имеете в виду «активен»? – спросил Билл Уолтерс, генеральный прокурор.
– У нас может возникнуть проблема
– У нас всегда проблемы с мистером Куинном, – заметил Мортон Стэннард, министр обороны, – А что за новая проблема?
– Вы, вероятно, знаете, что мой коллега Кевин Браун давно подозревал, что мистер Куинн знал об этом больше с самого начала, чем он сообщил нам, и что на какой-то стадии он был даже замешан в этом деле. Сейчас кажется, что дополнительная информация может подкрепить эту теорию.
– Какая дополнительная информация? – спросил Оделл.
– С того времени, как его отпустили по решению этого комитета, чтобы он своими силами проводил расследование относительно личностей похитителей, его видели в ряде мест в Европе, а затем он вновь исчез. Он был задержан в Голландии на месте убийства, а затем отпущен голландской полицией за недостатком улик…
– Он был отпущен, – тихо сказал Вайнтрауб, – потому что смог доказать, что во время совершения преступления он был за много миль от этого места.
– Да, но убитый был бывшим наемником в Конго, отпечатки пальцев которого были обнаружены в доме, где держали Саймона Кормэка, – сказал Келли. – Мы считаем это подозрительным.
– Есть ли еще какие-нибудь свидетельства о Куинне? – спросил Юберт Рид.
– Да, сэр. Бельгийская полиция только что сообщила, что они нашли тело с пулевым отверстием в черепе на скамейке на самом верху чертова колеса. Время смерти – три недели назад. Пара, соответствующая описанию Куинна и агента Сомервиль, интересовалась местонахождением покойного у его работодателя приблизительно в то же время, когда тот исчез. Затем в Париже один из наемников был застрелен на улице. Водитель такси рассказал, что два американца, соответствующие описанию, уехали от этого места в это время на его машине.
– Великолепно, – сказал Стэннард, – восхитительно. Мы отпускаем его вести расследование, а он оставляет за собой серию трупов по всей северной Европе, там, где у нас есть или были союзники.
– Три трупа в трех странах, – заметил Дональдсон едко. – Что еще вы можете нам сообщить?
– В главном госпитале Бремена немецкий бизнесмен, выздоравливающий после восстановительной операции, говорит, что пострадал из-за Куинна, – сказал Келли.
– Что же он с ним сделал? – спросил Уолтерс.
Келли рассказал ему.
– Боже мой, это же маньяк! – воскликнул Стэннард.
– Хорошо, мы знаем, что делает Куинн, – сказал Оделл. – Он уничтожает банду, прежде чем они заговорят. А может быть, он сначала заставляет их говорить. А что делает ФБР?
– Джентльмены, – сказал Келли, – мистер Браун разрабатывает самую перспективную версию – алмазы. Все торговцы алмазами и ювелиры в Европе и Израиле,
– Черт возьми, Келли, они уже объявились! – воскликнул Оделл.
Драматическим жестом он поднял брезентовый мешочек, лежавший на полу возле его ног, и опрокинул его над столом. Ручеек камней потек на поверхность стола. Все были потрясены и молчали.
– Отправлено почтой послу Фэйруэзеру в Лондон два дня назад. Из Парижа. Почерк Куинна. Так что же, черт побери, здесь происходит? Мы хотим, чтобы вы доставили Куинна сюда, в Вашингтон, чтобы он рассказал, что же произошло с Саймоном Кормэком, кто это сделал и зачем. Мы полагаем, что он, пожалуй, единственный человек, который что-то знает. Так, джентльмены?
Члены Кабинета единодушно кивнули.
– Вы точно сказали, господин вице-президент, – сказал Келли. – Мы… у нас здесь небольшая проблема.
– Что на этот раз? – саркастически спросил Рид.
– Он опять исчез, – ответил Келли. – Мы знаем, что он был в Париже. Мы знаем, что он взял напрокат «опель» в Голландии. Мы попросим французскую полицию проследить за этой машиной, установить наблюдение во всех портах Европы этим же утром. В течение суток его машина или паспорт где-нибудь объявятся. И тогда мы потребуем его выдачи.
– А почему нельзя связаться с агентом Сомервиль по телефону? – спросил Оделл с подозрением. – Она же с ним, она же наш человек?
Келли снова кашлянул с несколько виноватым видом.
– У нас здесь тоже небольшая проблема, сэр…
– Надеюсь, вы не потеряли и ее? – спросил Стэннард.
– Европа – большой континент, сэр. У нас временно нет с ней контакта. Сегодня утром французы подтвердили, что она уехала из Франции на юг Испании. У Куинна там есть свое место, испанская полиция его проверила, она там не появлялась. Вероятно, она где-нибудь в гостинице. Сейчас они проверяют отели.
– Слушайте, – твердо сказал Оделл, – найдите Куинна и доставьте его сюда. Притом быстро. И мисс Сомервиль, мы хотим поговорить с ней.
Совещание закончилось.
– Не только они хотят поговорить с ними, – проворчал Келли, сопровождая более чем недовольного директора к их лимузинам.
Когда Куинн проезжал последние пятнадцать миль от Коро до побережья, настроение у него было отвратительное. Он знал, что со смертью Орсини все нити были окончательно и бесповоротно оборваны. В банде было четыре человека, и все были покойники. Толстый человек, кто бы он ни был, и люди, стоявшие за ним, если только таковые заказчики существовали, могли навсегда скрыться, зная, что их личности никогда не будут названы. Что на самом деле произошло с единственным сыном президента, как это случилось, зачем и кто это сделал, останется тайной истории, как убийство президента Кеннеди. Будет официальное решение закрыть дело, и будут различные теории, объясняющие это происшествие… И это навсегда.