Пирос
Шрифт:
— Керрелл? — едва слышно выдохнула Анна.
— Лучше, — хмыкнул Эрзет. — Вставай.
Он схватил Анну за плечо и поднял на ноги. Она пошатнулась, когда мир опасно накренился, но сильная рука удержала её от падения.
— Стоять-то можешь?
— Могу, — уверенно сказала она, щурясь. Картинка постепенно становилась чётче и переставала качаться, как палуба корабля в шторм.
— Ну и славно. Удачи.
Эрзет отпустил её и перемахнул на соседнюю крышу. Он послал оттуда несколько точных выстрелов и перепрыгнул на следующее здание, пока его не приметили.
Анна тяжело
Анна перевернула мужика на спину, чтобы было удобнее осматривать. Серебряные пуговицы и несколько орденов тускло блеснули с кителя, который Анна быстро расстегнула — мало ли что могло быть в его карманах. Какие-то листы и военный номерок, пожав плечами, она откинула в сторону и довольно улыбнулась: нащупала кошелёк. Тот переместился к ней в карман, и Анну привлёк странный, взявшийся из ниоткуда свет. Её собственная тень поползла, колыхаясь. Анна развернулась, выставив руки перед собой — и яркий взрыв от столкновения молнии и огня озарил землю. Угли попадали, догорая в воздухе, как потухающий фейерверк.
Анна уронила руки, с облегчением выдыхая. Он был близко…
Глубокий вдох; она тряхнула головой и поднялась в воздух. Она зависла над полем битвы, как идеальная мишень. Любой мог видеть её, и она видела всё: как огненно-красное смешивалось с угольно-чёрным, и волны перекатывались из одного цвета в другой. Никакого азарта — чистый расчёт, чёткие пассы. Молнии срывались с пальцев, поражая тёмные волны людей. Воздушные бойцы пытались её отвлечь, остановить, но каждый терпел поражение, камнем падая на землю.
Воины Пироса тоже не позволяли противникам отвлекаться: любой рисковал получить смертельный удар в голову.
Вдруг над полем боя пронёсся оглушительный рёв. Все замерли на мгновение — и бросились врассыпную. Давка, новые столкновения. Это напоминало крушение земли пару дней назад. Но если тогда главным было выжить, а не уничтожить как можно больше людей, то сейчас бойцы Пироса остервенело защищали все подходы к укрытиям. Таков был приказ: умереть, но не дать спастись врагу. Они могли переместиться прочь в любой момент, но нельзя было позволить сделать это врагам.
Драконы приближались, выстроившись в линию. Пламя накрывало всё, над чем они пролетали. Горела земля. Горели дома и сады. Горели не успевшие сбежать люди. Не было места, докуда бы огонь не дотянулся. А драконы с безразличным величием летели дальше, рассекая жилистыми крыльями воздух. Они были вестниками победы. Только что разгромившие и сжёгшие дотла командный центр захватчиков со всем местным командованием, потеряв при этом всего одного дракона, ящеры и их всадники были готовы дать решающий бой здесь и сейчас, в маленьком военном городке, который они безжалостно сжигали по дороге. Эта битва должна была завершиться так — победой. Все силы были брошены на это.
Огненный поток вырвался из пасти самого большого дракона и пошёл по руинам в центре. Камни зашипели, вспыхнуло пламя. Раздуваемое ветром,
— Мы вызывали ещё одного? — вдруг спросил подлетевший к Элиаду Керреллу генерал Армэр.
Элиад удивлённо посмотрел на него, а потом на горизонт, откуда стремительно приближалась кажущаяся чёрной точка. На деле точка была белой, и ей здесь было не место. Рот Элиада Керрелла искривился в не предвещающей ничего хорошего ухмылке, в глазах заиграли опасные огоньки.
— Логан, — позвал холодный голос, и красный дракон подлетел к королю. — Разберись с нашим непрошеным гостем. Чтобы оба остались живы, разумеется. Всадника захватить.
Логан уверенно кивнул и направил дракона вперёд. Это был реванш.
Чувствуя запах опалённых волос, Анна прислонилась к прохладной стене декоративного фронтона на крыше административного здания, которое только чудом сохранилось почти нетронутым. Она скрутила волосы в косу и засунула за воротник куртки: кто знал, придётся ли ещё уворачиваться от вездесущего пламени. Анна с трудом ускользнула от него и, должно быть, чудом не попалась на глаза всадникам, спрятавшись прямо за их спинами: на здании, в котором скрылись солдаты Пироса и которое магия охраняла от сожжения. Наконец, вжимаясь в камень, холодный и крепкий, даже вдыхая задымлённый воздух, слыша треск и крики, она чувствовала себя спокойно. В безопасности. По крайней мере, ей так казалось.
Анна уже не различала, когда по-настоящему успокаивалась. Последние битвы, постоянный риск быть убитой, горящий посёлок, огромные драконы — они пугали до глубины души. Нервы гудели, как натянутые струны, и секундное послабление казалось лучшим, что она когда-либо испытывала.
Только продлилось оно недолго. Притуплённое чувство самосохранения вдруг разразилось воплем. Анна вскочила, и дыханье в мгновенье перехватило. Её окружало около дюжины человек, сияющие сферы в их руках готовы были полететь в неё, стоит дёрнуться. Она чувствовала, что в спину тоже целятся, и безвыходность кольнула где-то на задворках сознания.
Анна замерла. Инстинкты твердили одно. Разум — другое. Она не могла сдаться, гордость велела стоять до последнего, но… Ей нельзя было трогать этих людей. Стоит позволить себе чуть больше — и она обречена. Слишком часто у неё получалось избегать верной гибели в последние дни — слишком, чтобы повторить ещё раз.
— Лучше сдавайся, — проговорил человек лет сорока с глазами настолько бледными, словно они были вовсе белыми.
Анна даже не дёрнулась. Мужчина принял это за хороший знак и кивком отдал приказ. Её схватили за плечи, завели руки за спину, и Анна почувствовала себя загнанной в угол. Было столько возможностей уничтожить этих людей, и она пропускала каждую. Она могла бы. Она хотела. Подумаешь, обещания! Когда ей было до них дело? Ей ничего не стоило исчезнуть и не появляться на Пиросе вообще!