Почтальон
Шрифт:
– Мы займемся этим немедленно, – кивнула девушка. – Прошу прощения за причиненные неудобства. – В голосе ее прозвучала тревога, и Дуг понял, что она нервничает относительно того, что он может наговорить про нее руководству.
– Это не ваша вина, – решил он ее успокоить. – К вам лично у меня нет никаких претензий. Я просто расстроился.
– Я понимаю. Попрошу менеджера позвонить вам сразу же по возвращении.
– Благодарю вас. – Дуг развернулся и направился к выходу, нащупывая в кармане ключи от машины. Руки его по-прежнему дрожали.
После
Тот прямо заявил, что связь восстановят только после того, как он заплатит пошлину, и произойдет это в любом случае не раньше среды. Если угодно, добавил чиновник, то сэр может написать заявление о возврате суммы, объяснив особенность ситуации. Заявление надо отправить в главную контору «Маунтин Белл». Они рассмотрят и примут решение.
Дуг в сердцах рванул со стоянки и чуть не врезался в проезжавшую мимо машину пожилой миссис Бафорд, которая сердито нажала на клаксон и что-то прокричала в его адрес. За закрытыми окнами он ничего не расслышал, но извиняющимся жестом приложил руку к груди.
Письма.
Кто мог отправить письма от его имени по всем этим адресам с просьбой прекратить обслуживание?
Нет, не кто, а почему? Он уже наверняка знал, кто это сделал. Или почти наверняка.
Почтальон.
Джон Смит.
Это было совершенно нелогично, и он понятия не имел, зачем почтальону вытворять подобные вещи, тем не менее Дуг не сомневался, что за подложными письмами стоит именно Смит. Прекрасный каллиграфический почерк, которым была подделана его подпись, почему-то ассоциировался у него с профессионально безукоризненным голосом почтальона. Дуг испытывал смешанное чувство страха и ярости, но ярость была сильнее. Он ринулся в сторону почтового отделения с намерением немедленно высказать все, что думает по этому поводу, высказать свои обвинения и подозрения лично Ховарду Стоянка у почты оказалась забита машинами. Но ему повезло. Чей-то джип как раз отъезжал, и Дуг быстренько зарулил на свободное место. Он решил захватить с собой письма, найденные у ручья. Конверты были еще сырыми Он вежливо кивнул старикам, сидящим на скамеечке у входа, и толкнул дверь.
Первое, на что он обратил внимание внутри, – дикая жара. На улице было жарко, но в помещении царило просто адское пекло. Вентиляторы под потолком не работали, не было слышно и знакомого свистящего звука водяного кондиционера на крыше. При этом в зале стояла очередь – человек шесть-семь с конвертами и бандеролями в руках. В воздухе витали терпкие ароматы дамской парфюмерии и мужских дезодорантов, смешанные с интенсивным запахом пота. Дуг окинул взглядом стойку, но Ховарда не заметил. На его обычном месте находился новый почтальон. Негромко и терпеливо он растолковывал что-то пожилой женщине, стоящей перед окошком кассы. Искренняя заинтересованность
И на лице почтальона не было ни единой капельки пота.
Дуг вытянул шею, стараясь разглядеть, нет ли Ховарда в соседнем, отделенном перегородкой, служебном помещении, но ничего не увидел. Ему показалось странным, что Ховард доверил обслуживание клиентов своему новому сотруднику, тем более после того, что почтмейстер говорил им с Триш во время званого ужина.
Он не мог припомнить, чтобы Ронда появлялся в здании почты кроме как для того, чтобы забрать или выложить корреспонденцию. За стойкой всегда работал сам Ховард.
Это почему-то еще больше разозлило Дуга.
Почтальон протянул старушке сдачу, та неторопливо ссыпала ее в сумочку и отошла в сторону. Дуг, не обращая внимания на очередь, сунулся к окну.
– Прошу прощения, – быстро произнес он. – Мне нужно поговорить с Ховардом.
Почтальон внимательно посмотрел на него.
На лице блуждало слабое подобие улыбки.
– Сэр, здесь стоят люди. Прошу вас соблюдать очередь, сэр. – На мгновение его взгляд задержался на мятых грязных конвертах в руке Дуга. Он ничего не сказал, выражение глаз не изменилось, только улыбка стала чуть шире.
– Вы не могли бы его вызвать на минуточку?
– Прошу прощения, сэр. Займите очередь.
Дуг хотел возразить, но оглянулся, увидел нетерпеливое возмущение в глазах окружающих и решил отступить.
– Очень хорошо.
Спустя десять минут он оказался у стойки.
Все это время он пристально изучал почтальона, стараясь найти в его поведении малейшие признаки чего-нибудь необычного, ненормального, но ничего, кроме некоего превосходства над окружающими, сквозившего в каждом его жесте, не обнаружил. Почтальон ни разу не взглянул в его сторону.
Теперь страх и ярость владели сознанием Дуга почти в равной пропорции.
– Я хотел бы увидеть Ховарда, – повторил он, стерев пот со лба ладонью и наклоняясь к окну.
– Мистера Кроуэлла сегодня здесь нет.
Фраза прозвучала настолько просто и настолько неожиданно, что Дуг растерялся. Ховарда нет? Ховард был здесь всегда!
– Он болен?
– Да. Я могу вам помочь?
– Возможно, – ответил Дуг. – Вчера я с семьей ездил на пикник, на Чистый ручей, и мы обнаружили там нераспечатанные, не доставленные по назначению конверты. Ими буквально усеяны берега ручья.
– Усеяны? – с улыбкой переспросил почтальон. Насмешливая интонация настолько напоминала Триш, что Дуг поперхнулся, но моментально взял себя в руки и выложил письма на стойку. – Несколько штук мы спасли.
Почтальон потянулся к конвертам, но Дуг быстро забрал их себе.
– Я хочу передать их Ховарду.
– Прошу прощения. Доставить корреспонденцию – долг и обязанность почтовой службы. Вы нарушаете закон, удерживая у себя недоставленную корреспонденцию.
От такой наглости у Дуга даже в глазах потемнело. Он отер ладонью снова вспотевший лоб.