Почтальон
Шрифт:
– Какой-то кретин отправил от моего имени на телефонный узел письмо, якобы я уезжаю и прошу снять меня с обслуживания.
– Правда? – хохотнул Хоби.
– Такое же письмо пришло в департамент электро– и водоснабжения. Будто я тоже прошу отключить меня.
– Это уже немного серьезнее. – Улыбка сползла с лица Хоби. – Одно письмо еще можно расценить как шутку, но два... – Он покачал головой. – Как ты думаешь, кто бы это мог быть?
Дуг хотел сказать «почтальон», но только пожал плечами.
– Может, твои ученики? Ты кого-нибудь выгнал в этом году?
– Никого.
– А даже если бы и так, ему ума не хватит придумать такое.
– Вот именно.
– Звонил в полицию?
– Рассказал все в подробностях и оставил копии писем, но они сказали, что скорее всего ничего особенного им найти не удастся.
– Естественно, – фыркнул Хоби.
– Хочешь поехать прямо сейчас? – сменил тему Дуг, закончив вытирать со стола и повесив полотенце.
– Ну да. Я позвонил Марку Петтигри, он будет ждать нас в школе. Позвонил еще физкультурнику и Доновану, но тех нет дома. Наверное, уехали куда-нибудь на каникулы. Помнится, Донован говорил что-то насчет Дюранго.
– Ну что же, тогда вперед, – согласился Дуг, подошел к двери ванной и громко произнес:
– Приехал Хоби, мы уезжаем!
– Хорошо, – откликнулась из-за двери Триш. – Удачи вам. Надеюсь, ты получишь свои книжки.
– А я – не очень, – буркнул Дуг. Хоби уже вышел на крыльцо. Проходя мимо сына, по-прежнему валяющегося на диване в гостиной, он произнес:
– Вернусь к ленчу. Слушайся маму.
– Я всегда!
– Замечательно, – на ходу рассмеялся Дуг и присоединился к Хоби.
– Кстати, о воде, – заметил тот. – В этом месяце я не получил ни одного счета за коммунальные услуги.
– Мы вообще никаких счетов не получаем.
– Пожалуй, я тоже – Тебе не кажется это странным? Пожалуй, не стоит говорить ничего плохого об этом новом парне – он только начинает, только разбирается, что к чему, но, мне кажется, он теряет часть корреспонденции. Обычно я каждый день выгребаю из ящика кучу почты, а в последнее время – два-три письма максимум, бывает, что и ни одного.
Дуг взобрался в кабину грузовичка, захлопнул дверцу и пристегнулся ремнем безопасности.
– Счета и реклама, верно? Ты перестал получать счета и рекламные листовки.
– Верно, – с удивлением кивнул Хоби. – Ты тоже? Может, надо потолковать с почтмейстером, выяснить, что происходит. – Он завел двигатель, вырулил на дорогу, притормозил и рванул вперед. Мелкий гравий с грохотом ударил по днищу.
Дуг для страховки крепко ухватился одной рукой за переднюю панель кабины. Хоби, хотя и преподавал автодело, водителем был кошмарным. Каждая поездка с приятелем требовала от Дуга немалого мужества.
По дороге к городу он рассказал Хоби о своем пикнике на Чистом ручье и о куче выброшенных, грязных конвертов. Он постарался объективно изложить факты. Он не стал утверждать, что именно почтальон похищает и выбрасывает корреспонденцию, равно как и не обвинил
– Странные вещи начали твориться в нашем городе. Очень странные.
Дуг поинтересовался, что он имеет в виду и не было ли у него самого каких-то необычных явлений, связанных с почтой, но Хоби только свел брови и отрицательно покачал головой.
Всю оставшуюся часть пути до школы они проехали молча.
Средняя школа Виллиса, расположенная рядом с городским мемориальным парком Эдварда Гувера, отделялась от остальной части города специальной лесополосой, состоящей из дубов, акаций и сосен. В одном конце естественного большого луга было оборудовано футбольное поле, в противоположном – плавательный бассейн.
Подъехав поближе, Хоби и Дуг обратили внимание на необычное скопление людей рядом со спортзалом, дверь которого была широко распахнута. На служебной стоянке расположились две полицейские машины и карета скорой помощи, все с включенными мигалками. Дуг подумал, что никаких сирен он не слышал, посмотрел на приятеля, потом снова впился взглядом в толпу. Им овладело странное чувство. Он был одновременно удивлен и не удивлен, напряжен и спокоен. Он словно был готов к неприятностям.
– Что-то случилось, – произнес он.
Хоби загнал грузовичок в тень, под дерево, и они поспешили к спортзалу. Там были и учителя, и жители окрестных домов, и несколько членов школьного совета.
– Что произошло? – спросил Дуг, подходя к преподавателю общественных наук Джиму Максвеллу.
– Берни Роджерс повесился в спортзале.
Задохнувшись, как от удара под ложечку. Дуг повернулся к Хоби. Такого он не ожидал. Старшеклассник Берни Роджерс был одним из тех уникальных учеников, кто в равной мере имел большие успехи и в учебе, и в спорте. Лучший форвард школьной баскетбольной команды, он входил в десятку сильнейших по стране в своей возрастной категории и при этом оказался единственным, кто успешно сдал продвинутые тесты по истории и английскому. На памяти Дуга он оставался единственным учеником, кто одновременно занимался американской литературой и автоделом и преуспевал в том и другом.
– Ну-ка, пустите, – буркнул Хоби и начал пробиваться вперед. Дуг последовал за ним.
Спустя некоторое время оба протиснулись внутрь спортзала.
Обнаженное тело Берни посинело и распухло; на горле, там, где веревка врезалась в шею, виднелись почерневшие струйки крови. Судя по всему, труп висел здесь уже несколько дней. Под ним, на гладком деревянном полу, лежали засохшие фекальные массы: отдельные фракции, как сталактиты, так и остались висеть на ногах.
Остекленевшие, выпученные глаза мальчишки показались Дугу неестественно светлыми по сравнению с темной кожей лица.