Под куполом
Шрифт:
– Там «Хаммер» Джима Ренни торчит посреди той чертовой развилки.
– Ты многовато ругаешься, - заметила Джуди.
– Два четвертака в бранную кружку.
Терси вытянул шею:
– Вы уверены?
– Вы думаете, в городе еще кто-то имеет такой монструозный экипаж?
– Иисус правый, - пробормотал Терси.
– Бранная кружка, - на этот раз в унисон прокричали Джуди и Дженни.
У Линды пересохло во рту, язык пристал к небу. С переднего пассажирского сидения там вылезал Тибодо, и если он сейчас посмотрит в эту сторону…
«Если он увидит нас, я его перееду», - подумала она. Эта мысль ее каким-то странным образом успокоила.
Тибодо открыл задние двери «Хаммера». Оттуда вылез Питер Рендольф.
–
– Моя мама говорит, это значит, что он собирается сходить в кино.
Терстон Маршалл взорвался хохотом, и Линда, которая честно считала, что в ней больше не осталось ни капли смеха, присоединилась к нему. Вскоре смеялись уже все, даже Эйден, который не очень-то себе представлял, что их так рассмешило. Как и Линда, между прочим.
Рендольф пешком отправился вниз по холму, все еще теребя себя за зад форменных штанов. Ничего особенно забавного в этом не было, но при этом это становилось еще более смешным.
Не желая отставать от остальных, залаяла Одри.
6
Где-то лаяла собака.
Большой Джим услышал, но не пожелал обернуться на этот звук. Созерцание того, как Питер Рендольф широкими шагами спускается по холму, подарило ему ощущение полноты жизни.
– Только посмотрите, как он выковыривает штаны у себя из сраки, - произнес Картер.
– Мой отец говорил, это значит, что человек собирается сходить в кино.
– Единственное место, куда он собирается сходить, это РНГХ, - заметил Большой Джим, - а если он настолько туп, что решит атаковать в лоб, это место будет последним, куда он сходит. Поехали к горсовету, посмотрим там по телевизору этот карнавал. Когда совсем надоест, я хочу, чтобы ты нашел того хиппи-доктора и сказал ему, что, если он попробует куда-то ушиться, мы его догоним и упечем в тюрьму.
– Да, сэр, - это было для него совсем легкая задача. Можно будет попробовать вновь наехать на экс-полицейскую Эверетт и на этот раз уже содрать с нее штаны.
Большой Джим нажал на газ, и большой «Хаммер» медленно поехал вниз по холму, сигналя тем людям, которые недостаточно быстро убирались с его пути.
Когда он заворачивал на подъездную аллею городского совета, минивен «Одиссей», уже проехав перекресток, взял курс прочь из города. На Верхней Гайленд-стрит пешеходов не было, и Линда резко увеличила скорость. Терси Маршалл начал напевать «Колеса на автобусе» [442] , а вскоре вместе с ним пели уже все дети.
442
«The Wheels on the Bus» - популярная в англоязычных странах детская дорожная песня.
Наконец и Линда, которая ощущала, как с каждой отмеченной спидометром десятой частью мили ее покидает очередной клочок страха, тоже начала подпевать.
7
День свиданий настал в Честер Милле, и большие ожидания наполняют люд, который нетерпеливо двигается по шоссе 119 к ферме Динсмора, где всего каких-то пять дней тому назад так неудачно закончилась устроенная Джо Макклечи демонстрация. Несмотря на воспоминания об этом, люди преисполнены надежды (если не чистым счастьем), несмотря на жару и смрад в воздухе. Горизонт вне Купола теперь виднеется, словно сквозь туман, а небо выше деревьев выглядит потемневшим, благодаря налипшим там твердым частичкам. Лучше всего смотреть прямо вверх, хотя и там неправильный цвет; голубизна набралась желтизны, будто небо, словно старческий глаз, затянуло пленкой катаракты.
– Так выглядело небо в семидесятые над бумажными фабриками, когда все они еще работали полным ходом, - говорит Генриетта Клевард - та, что с не совсем сломанной
– Нет, благодарю, - отказывается Петра.
– У меня есть вода.
– Приправленная водкой?
– интересуется Генриетта.
– Потому что в моей бутылке так, дорогуша. Пополам, если точнее. Я называю эту смесь «Канадская сухая ракета».
Петра берет у нее бутылку и делает хороший глоток.
– Э-ге-гей!
– выдыхает она.
Генриетта деловито кивает.
– Эй, мэм, голову эта штука не обманывает, но день в глазах делается более ярким.
Многие из богомольцев несут самодельные плакаты, которые они собираются показать своим визитерам из внешнего мира (и телеоператорам, конечно), словно приглашенная публика какого-то утреннего телешоу в прямом эфире. Но плакаты на утренних телешоу всегда монотонно бодрые. А большинство здешних - наоборот. На некоторых, которые остались с той воскресной демонстрации, можно прочитать: «БОРИСЬ С СИСТЕМОЙ» и «ПОЗОР! ВЫПУСТИТЕ НАС НА СВОБОДУ!» Но есть и новые: «ЭКСПЕРИМЕНТ ПРАВИТЕЛЬСТВА? ЗАЧЕМ???», «НЕТ ТАЙНЫМ ОПЕРАЦИЯМ» и «МЫ ЛЮДИ, А НЕ МОРСКИЕ СВИНКИ». У Джонни Карвера написано: «ЧТО БЫ ВЫ НЕ ДЕЛАЛИ СЕЙЧАС С НАМИ, ПРЕКРАТИТЕ ЭТО ВО ИМЯ БОГА! ПОКА НЕ ПОЗДНО!» А у Фриды Моррисон плакат спрашивает, неграмотно, однако страстно: «ЗА ЧЕИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ МЫ ГИБНЕМ?» Только Брюс Ярдли несет полностью положительного сорта лозунг. Прицепленный к семифутовой палке, обрамленный рюшами из голубой бумаги его плакат (возле Купола он будет возвышаться выше всех) извещает: «ПРИВЕТ, МАМА & ПАПА В КЛИВЛЕНДЕ! ЛЮБЛЮ ВАС ОЧЕНЬ, МОИ ДОРОГИЕ!»
Где-то с десяток надписей - это закодированные послания. Бонни Моррел, жена хозяина городского лесосклада несет один из таких плакатов, на котором предупреждение: «НЕ ПРОЩАЙ ИМ, ПОТОМУ ЧТО ОНИ ЗНАЮТ, ЧТО ДЕЛАЮТ!» У Трины Кэйл под рисунком, который, вероятно, должен изображать ягненка, хотя тяжело судить наверняка, написано просто «БОГ - МОЙ ПАСТЫРЬ».
Донна Барибо своей надписью призывает: «МОЛИТЕСЬ ЗА НАС».
Марты Эдмандс, которая иногда присматривает девочек Эвереттов, нет среди богомольцев. Ее бывший муж живет в Южном Портленде, но она сомневается, чтобы он приехал, да если бы и так, что она ему скажет? «Ты задолжал мне алименты, членосос?» Вместо шоссе 119, она отправилась на Малую Суку. Сюда хотя бы пешком не надо плестись. Она поехала на своей «Акуре» [443] (с кондиционером, включенным на полную катушку). Ее цель - уютный домик, в котором доживает свои осенние года Клейтон Бресси. Он ее четырехюродный дедушка, с которым давно перестали родниться (или неизвестно, что там было), и, хотя она не уверена относительно степени их родства или уровня отторжения, Марта знает, что у него есть генератор. Если тот все еще работает, она сможет посмотреть телевизор. Также ей хочется убедиться, что дед Клэйт в порядке - или в порядке настолько, насколько это возможно, когда тебе стукнуло сто пять, и мозг у тебя превратился на квакерскую овсяную кашку.
443
«Acura» - североамериканский бренд японской компании «Хонда», под которым выпускаются автомо-били класса люкс и спортивного типа.
Он не в порядке. Он устал от короны самого старого из живых жителей Честер Милла. Он сидит в гостиной, в своем любимом фотеле, со своим любимым облупленным эмалированным лотком для ссыкла на коленях и тростью «Бостон Пост», прислоненной рядом к стене, но уже совсем окоченевший, как закаменелый крекер. Нигде не видно Нелл Туми, его прапраправнучки и главной сиделки; она со своим братом и невесткой пошла к Куполу.
Марта скажет:
– Ох, дедушка, мне так жаль, но, наверное, уже время пришло.