Под куполом
Шрифт:
«Продавать их, насаженными на те тайваньские спицы для садовых украшений, этого добра у меня еще не менее миллиарда, - размышлял он.
– Выдумать какое-то остроумное название, типа Соси-За-Бак». Плюс, еще есть лаймовый концентрат, около сотни ящиков лимонада «Ямми-Тамми» и разный другой неликвид, который он уже и не надеялся продать без убытков.
– Думаю, нам придется также использовать всех «Голубых Носорогов» [141] , - теперь уже его мозг щелкал быстро, как комптометр, именно так, как это нравилось
141
«Голубые Носороги» - компактные газовые баллоны для гриля, которые выпускает (обменивает пустые на полные) основанная в 1994 году компания «Blue Rhino».
Тоби проникся его энтузиазмом.
– Есть еще идеи, мистер Бэрпи?
Ромми продолжал выдумывать, каких еще ему, может, посчастливится избавиться товаров, которые он уже было думал провести по бухгалтерии в графе «чистые убытки». Да, эти дешевые флюгерки-крутилки на палочках… остатки бенгальских огней после Четвертого июля… слежавшиеся конфетки, которые он придерживал к Хэллоуину…
– Тоби, - сказал он.
– Мы устроим самый большой пикник посреди поля изо всех, которые были в этом городе. Шевелись. У нас много работы.
9
Расти как раз был в больнице на обходе с доктором Гаскеллом, когда у него в кармане зачирикала рация, которую он взял с собой, поддавшись настойчивости Линды.
Голос ее звучал тихо, однако ясно.
– Расти, мне все же придется выйти на работу. Рендольф говорит, что после полудня, похоже, полгорода соберется на шоссе 119 прямо возле барьера – кто-то на общую молитву, а другие на демонстрацию. Ромео Бэрпи собирается растянуть там палатку и продавать хот-доги, значит, жди в этот вечер наплыва пациентов с гастроэнтеритом.
Расти застонал.
– Придется оставить девочек с Мартой, - голос Линды звучал обиженно-обеспокоенно, как у женщины, которой приходится защищаться.
– Я ей шепну о проблеме Дженни.
– Хорошо, - он знал, что она останется дома, если он будет настаивать… и добьется этим лишь того, что все ее тревоги, которые начали утихать, только усилятся. А если там соберется такая толпа, она там действительно нужна.
– Благодарю тебя, - произнесла она.
– Благодарю за понимание.
– Не забудь и собаку также отправить к Марте, - напомнил ей Расти.
– Сама знаешь, что сказал Гаскелл.
Этим утром доктор Рон Гаскелл - Чудотворец - вырос в глазах семьи Эвереттов.
Вырос, как никогда до начала этого кризиса. Расти даже ожидать такого не мог, но воспринял это с признательностью. По мешкам под глазами, по отвисшим губам, он видел, как тяжело врачу. Чудотворец был уже слишком старым для такого напряжения. Лучше всего, что ему теперь удавалось, это дремать в ординаторской на третьем этаже. Но сейчас, кроме Джинни Томлинсон и Твича, только Расти с Гаскеллом держали оборону. Как назло, Купол накрыл город в такой хороший уик-энд, когда все, кто мог отсюда куда-то уехать, так и сделали.
Чудотворец, хотя и приближался к своему семидесятилетию, весь прошлый вечер провел на ногах в больнице
– Что с собакой?
– спросил Гаскелл. А когда Расти ему рассказал, тот только кивнул и обратился к Дженнилл: - Давай-ка мы тебя осмотрим, дорогуша.
– Будет больно?
– с боязнью спросила девочка.
– Не больше, чем от конфеты, которую ты получишь после того, как я посмотрю твои глазки.
Когда осмотр был закончен, взрослые оставили девочек с собакой в кабинете, а сами вышли в коридор. Доктор Гаскелл ссутулился. Казалось, за прошлую ночь он еще больше поседел.
– Каков твой диагноз, Расти?
– спросил Гаскелл.
– Незначительная эпилепсия, короткие приступы. Думаю, из-за беспокойства и перевозбуждения, однако скуление Одри длилось на протяжении нескольких месяцев.
– Правильно. Мы начнем давать ей заронтин [142] . Ты согласен?
– Да, - Расти был растроган тем, что у него спрашивается сам врач. Ему стало стыдно за те прошлые свои слова и мысли о Гаскелле.
– А собака пусть остается рядом с ней, да?
– Конечно.
– Рон, с ней все будет благополучно?
– спросила Линда. Тогда она еще не знала, что ей придется выходить на работу; тогда она еще думала, что спокойно проведет весь день вместе со своими девочками.
142
Заронтин - средство против небольшой эпилепсии и помутнения сознания; другие названия - этосукси-мид, суксилеп.
– С ней и сейчас все хорошо, - ответил Гаскелл.
– У многих детей случаются приступы незначительной эпилепсии. У большинства из них все проходит после нескольких раз. У других иногда длится годами, но потом тоже проходит. Очень редко бывают какие-то продолжительные расстройства.
Линда повеселела. У Расти была надежда, что ей никогда не станет известно то, о чем промолчал Гаскелл: вместо того, чтобы найти выход из неврологических дебрей, некоторые несчастные дети углубляются в них, вырастая во взрослых эпилептиков. А большие эпилептические приступы могут причинить расстройства. Могут и убить.
И вот дождался, едва только закончил утренний обход (всего с полдесятка пациентов, одна из них мамочка-роженица безо всяких проблем), надеялся на чашечку кофе, прежде чем перебежать в амбулаторию, и тут этот звонок от Линды.
– Я уверена, что Марта охотно возьмет и Одри, - ответила она.
– Хорошо. Ты свою полицейскую рацию будешь держать при себе на дежурстве, да?
– Конечно, да.
– Тогда отдай свою домашнюю Марте. Согласуйте с ней канал связи. Если будет что-то не то с Дженнилл, я сразу прилечу.