Полюблю до гроба
Шрифт:
– Покупай билет, и тогда задавайте любые вопросы! – не сдавалась билетерша. – А то, ишь, выдумал – суете мне свое какое-то удостоверение вместо билета! Это вам не общественный транспорт или, к примеру, электричка! Это вам культурно-развлекательный центр, а культура у нас строго по билетам!
Василий Макарович расстроился. Он рассчитывал на то, что его удостоверение произведет впечатление на билетершу и она пропустит его без дальнейших разговоров. Разговоры и разбирательства были не в его интересах, поскольку, как уже упоминалось,
Он хотел уже развернуться и отправиться за билетом, как вдруг возле входа появился солидный мужчина средних лет в аккуратном темном костюме с галстуком.
– Что здесь происходит, Вахромеева? – спросил он билетершу начальственным тоном. – Почему имеет место шум и неуставные отношения с посетителями?
– Разрешите доложить, Николай Николаич! – Билетерша вытянулась перед солидным мужчиной, как солдат-сверхсрочник перед генералом. – Гражданин пытается проникнуть на вверенный объект без билета путем предъявления документа неуставного образца!
– Вахромеева, – мужчина поморщился, – сколько тебе повторять – здесь не воинская часть, здесь культурно-развлекательный центр, здесь надо мягче, здесь надо с разбором…
– Я им так и сказала, что здесь культурный центр, поэтому вход строго по билетам, а он мне свой документ сует…
– Надо разобраться, какой это документ, может быть, гражданин имеет право… – начальник повернулся к Василию Макаровичу, и вдруг его лицо преобразилось:
– Макарыч, это ты, что ли?
Куликов пригляделся к нему, и его лицо тоже расплылось в улыбке:
– Коля, Скамейкин, никак это ты?
– Теперь не Коля, а Николай Николаевич! – с достоинством ответил тот. – А вообще-то – да, это я!
Василий Макарович помнил Колю Скамейкина молодым лейтенантом, постигавшим азы милицейской службы в том же отделении милиции, где долгие годы отслужил сам Куликов.
– Ну надо же! – умилился Куликов. – Ты тут, видать, большой начальник?
– Это как сказать… – Скамейкин повернулся к билетерше и сухо проговорил: – Вахромеева, этот гражданин имеет право! Он тут находится при исполнении! Понятно?
– Слушаюсь! Понятно! Не имею возражений! – Билетерша вытянула руки по швам и уставилась на начальника преданным взглядом.
– Понимаешь, Макарыч, с персоналом большие проблемы! – проговорил Николай, подхватив Куликова под локоть и увлекая его в глубину океанариума. – Я тут начальником охраны работаю, так просто измучился! Человеческий фактор, чтоб его! Вахромеева хоть дисциплинированная, с поста не убегает. Не пьет, опять же, это тоже большой плюс. Но она всю жизнь проработала в охране воинской части, поэтому приобрела там замашки сержанта-сверхсрочника… а ты к нам что – правда, по служебной надобности? Ты же, как я слышал, больше в милиции не служишь? Ты же вроде на пенсии?
– Да сам знаешь, какая это пенсия! – вздохнул Василий Макарович. –
– Так, может, ко мне пойдешь работать? – оживился Николай. – Зарплата не очень большая, но к пенсии хорошая прибавка выходит… опять же, униформа бесплатная и питание льготное…
– Спасибо, Коля, но я вообще-то работаю, – вежливо ответил Василий Макарович. – Я, Коля, частное детективное агентство открыл. Поэтому сюда и пришел – у меня сейчас одно расследование в работе, связанное с вашим океанариумом…
– Да ты что? – насторожился Скамейкин. – Неужели у меня под носом криминал процветает?
– Нет, Коля, никакого криминала! – успокоил его Куликов. – Просто в этом океанариуме один тип подозрительный замечен, так вот я хотел с вашим персоналом поговорить – может, хоть что-то про него узнать удастся.
– С персоналом поговорить – это можно! Это даже запросто!
За разговором они вошли в большое полутемное помещение, все стены которого занимали многочисленные аквариумы с яркими тропическими рыбками.
День был будний, время рабочее, так что посетителей совсем мало. Только один интеллигентный дядечка средних лет, с аккуратной бородкой, водил трехлетнюю внучку от аквариума к аквариуму, что-то вполголоса ей рассказывая.
В углу на стуле дремала полная пожилая женщина в аккуратной синей униформе.
– Софья Андреевна! – строго проговорил, подойдя к ней, Скамейкин. – Спим на посту?!
Дама подскочила на стуле и испуганно пробормотала:
– Что вы, Николай Николаевич, я не сплю, у меня такой привычки нет, чтобы спать в рабочее время! Я только глаза на секунду прикрыла, чтобы отдохнули…
– Знаю я ваши привычки! – Скамейкин погрозил даме пальцем, как нашкодившему ребенку. – Вы вот лучше поговорите с товарищем. Товарищ из милиции, проводит серьезное расследование. Окажите ему всемерную поддержку…
Василий Макарович достал фотографии, которые получил от своей заказчицы, и показал их служительнице.
– Вот этого человека вы здесь случайно не видели? – спросил он ее без большой надежды на успех.
Действительно, Софья Андреевна показалась ему не слишком бдительной особой, а посетители проходили мимо нее в большом количестве, и вряд ли она могла выделить лицо одного из них в непрерывном потоке.
Софья Андреевна надела очки, склонилась над фотографиями, пригляделась к ним и уверенно проговорила:
– Ну да, видела я этого мерзавца! И не один раз!
– Мерзавца? – удивленно переспросил Василий Макарович. – Почему вы его считаете мерзавцем? Что вы о нем знаете? На чем основана такая негативная оценка?
– А кто же он, как не мерзавец? Каждый раз приходит сюда с разными женщинами! Обманывает несчастных! Один раз с одной, другой раз с другой, а третий раз вообще с третьей! И каждой внушает несбыточные надежды… я таких в своей жизни встречала, уж я знаю! Такому ничего не стоит сломать женскую судьбу…