Помещик

Риддер Аристарх

Что же пора заняться главным в имении — положением в сельском хозяйстве.

В том, что касается земли и работе на ней и с нею, я конечно не суперас, но и не профан. Во-первых, с мололетства трудился на даче, сначала с родителями, а затем на своей, опять же часто бывал в деревне у бабушки и деда, где приходилось им помогать, вкалывая иногда от зари до зари.

А став взрослым, я, в своем строительстве, на селе потрудился достаточно и много чего видел и слышал.

Поэтому я уверен, что смогу разобраться с этим делом, здесь в 19 веке,

и наладить всё в своем имении так как надо.

Внимательное изучение отчетов за последние три года меня сильно озадачило. Прошлый, 1839 год, конечно не показатель. В России во многих губерниях не урожай, наша губерния этой напасти не избежала. Поэтому низкие урожаи и полное отсутствие зерна на продажу понять можно, самим бы не помереть с голода. Но такие же цифры урожайности показаны и в 1838 году и даже в 37, когда были продажи зерна.

В сравнив эти цифры с имеющимися данными по губернии, я увидел, что они в имении за 37 и 38 год ниже средних по губернии в два раза!

Господский клин конечно не большой, всего сто десятин, но что-то все равно и на нем должно вырастать. Но это при условии, что земля обрабатывается должным образом.

Сто десятин нашей земли обрабатывали в прошлом году пятьдесят душ при трехдневной барщине.

А в губернской справке приведен пример скажем так среднестатистического успешного хозяйства губернии. ЗОО десятин господской земли при такой же трехдневной барщине обрабатывали 187 душ.

Пересчитать наши данные на зоо десятин не сложно, получается 150. То есть рабочих рук заведомо мало. В том хозяйстве и урожайность выше, и зерно есть на продажу и своя скотина есть, а у нас нет!

Нет, в отчете вроде как показано 15 лошадей, 10 коров, даже 30 овец, но в тоже время что по белому написано что, барский хлев пустой.

Похоже пардоны господин управляющий Макаров совсем потерял и капусту прямо на корню решил рубить в больших количествах. Похоже он нас нагрел не на одну тысячу рублей за свою трудовую деятельность на посту руководителя нашего имения.

В этот момент в кабинет пришел господин англичанин. Вильям, судя по всему всему, успел ознакомиться с моим имением и готов ответить на некоторые мои вопросы.

— Так, мой дорогой, что скажите?

— Я, сэр, не верю в такие низкие цифры урожайности на ваших полях. Конечно Россия не Англия и у вас тут полная отсталость, в частности везде ручной труд. Ваш управляющий для обработки ста десятин господской земли привлек заведомо мало рабочих рук, да еще и много молодых, которым далеко до матерых мужиков, — молодец Вильям, зрит в корень, подумалось мне, наверное действительно разбирается в этом деле. — Земля в вашем имении очень хорошая, лучше чем например за рекой у вашего соседа, где большое стадо.

— Молодец, Вильям, Я тоже на это обратил внимание, — остановил я господина англичанина. — Тут у меня есть письмо одного умного человека о качестве земель нашего имения, давай вместе посмотрим.

Глава 8

Пробираться

через незнакомые термины да еще в старой орфографии занятие еще то. Но мне, проложив некоторые усилия, все же удалось понять смысл.

Оказалось, что отчет московского землемера это не что-то из ряда вон выдающееся, а рутинное исследование, которые регулярно проводится в империи.

Просто подошла очередь Калужской губернии, а отчет приложил землемер, когда делал межевание. Это похоже он обязан был сделать.

Так вот, оказывается в Калужской губернии есть включения черноземов. В уездах, граничащих с Орловской губернией, есть целые огромные клинья черноземов, а севернее их все меньше и затем отдельные островки.

Почва нашего имения как раз такой и является, серой лесной с какими-то компонентами черноземов. Но терминология не важна, важен вывод: природное плодородие земель нашего имения немного выше, чем плодородие большинства окрестных земель губернии. Следовательно, чтобы регулярно собирать меньше, чем в среднем по губернии, надо для этого очень стараться.

И этот вывод еще один весомейший аргумент в доказательную базу, что наш управляющий вор.

Честно говоря, мне совершенно уже не хотелось этим заниматься. Я уверен, что он придумал какую-то воровскую схему с нашей скотиной. Понятно что наведена «химия» с уплатой оброка, цифры правильные, только указаны в ассигнациях, а не в серебре, как положено. А это значит на каждом рублике он кладет в свой карман два с полтиной.

Эти цифры, увиденные вчера, после разговора с лесопромышленником о различных видах рубля в России, я сегодня уточнил первым делом.

Степан, понявший в каком направлении я копаю, задал мне вопрос на тему, до которой я еще не добрался.

— Барин, а какие цены конопли показал Семен Иванович прошлый год? Был неурожай везде и цены поднялись. Я это хорошо помню. Мужики перед нашим отъездом только об этом и говорили.

Да, Степан молодец. До конопли я еще не добрался. Естественно наше поместье, по отчетах конечно, продавало коноплю по прежним значительно более низким ценам. Считать, насколько здесь сей персонаж нас обманул, я не стал.

Воровство на конопле было последней каплей. Почти всю филькину грамоту вора управляющего я сгреб в один из ящиков стола, оставив на столе только бумаги по алкогольным делам.

Я решил что с этими шедовральными документами надо ознакомится поподробнее. И оно того стоило.

Документы о производстве алкоголя за каждый год были собраны в отдельную толстую папку в каждом отчете, они были идеально составлены и в них был полнейший порядок.

На первый взгляд, согласно документам, в поместье производились десятки видов алкогольных напитков в промышленных масштабах. Каждая партия крепкого алкоголя общим объёмом более пяти литров проводилась отдельно. Были даже объемы по два литра. И на всё куча нужных и зачастую, такая же куча не нужных, избыточных документов.