Попаданцы
Шрифт:
Сволочи ежи, шляются исключительно по ночам, лишь изредка захватывая и время сумерек. Так что ежи мне попадались не каждый день. Зато я нашёл ещё пару кинжалов, наткнувшись на трупы тех, кого убили тогда всадники. Пришлось копаться в карманах, которые в те времена не любили, пряча всё своё в поясах. Несколько монет, золотых, огниво, вот и вся добыча. Но четыре кинжала, это уже неплохо, только что с ними делать?
Четыре копья, это хорошо, но я и одним ничего кроме ежа добыть не могу. Кидая заострённые палки в зайцев и оленей, я постепенно повышал
— А не дурак ли ты, парень? — сказал я сам себе. — У тебя целых четыре кинжала, а ты палочки точишь.
Но теперь рукоять стала мне не нужна, пришлось разбить её и взять одно лезвие. Ещё два дня ушло, чтобы понять, что я ничего не умею, но лезвие закрепил на палке довольно прочно. Теперь хоть на оленя можно охотиться, но попалась небольшая косуля, которую я три раза пугал, посылая своё копьё мимо, а потом подкараулил и, о чудо, попал как раз в бок. Вот тут я буквально обожрался. Впрочем, мяса оказалось многовато, и я подумал, что в следующий раз неплохо бы и закоптить хоть немного.
И тут зарядил нудный дождь, который не давал охотиться, но ещё он смывал грязь с моего жилища, и дождь стал проникать внутрь. С трудом дождавшись окончания дождя, я начал заготавливать пласты дёрна, вспомнив, что так делают в Скандинавии и на Фарерских островах. Две недели не прошли даром, и я обложил свой «дом» дёрном, вот теперь стало по-настоящему тепло и надёжно, трава проросла, скрепив корнями мой зелёный холм.
А я занялся постройкой коптильни, а потом стал свидетелем охоты волков на оленя. Как он не отбивался, как не бегал, но волки повисли на нём и в итоге загрызли. Вы видели идиота? Если нет, то вот он я. Вложив своё копьё в атлатль, я метнул его и поразил одного хищника. Спасло меня только наличие ещё двух копий, одно из которых я метнул в заметивших меня волков. Последнее вовремя не стал использовать, поскольку пришлось отбиваться от серых разбойников.
К этому времени я стал намного сильнее и проворнее, дикая жизнь не прошла даром. Отбивался, как мог, убил почти всех, но один обошёл сзади и прыгнул мне на спину. Тут бы мне и конец, но неожиданно сзади раздался топот, и волка пробило большое копьё подъехавшего всадника.
Я уже стоял на коленях и тяжело дышал, но поднялся и посмотрел на спасителя. Старый знакомый, он тогда забрал котомку монаха, только сейчас он почему-то один.
— А ты опять едва не погиб, — улыбнулся он.
— Благодарю он всей души, — едва смог выговорить я.
— Это тебя надо благодарить, ты тогда спас очень ценное сообщение, — я сделал вид, что удивлён. — мы вовремя предприняли меры и избежали большой войны.
Вот так, я оказывается помог этим людям, только кто они и где я?
— Король поручил мне наградить
— А тут есть крестьяне? — удивлению моему не было предела.
— Возле болота стоит деревня, можем поехать туда, и я представлю тебя твоим крестьянам.
— Только вот ехать мне не на чем, у меня лошади нет.
— Это не близко, доберёмся только к вечеру. Придётся ночевать в крестьянской хижине на соломе.
Ох, как он меня «расстроил», крестьянская хижина явно лучше моего «дома», но вначале пришлось собрать моё оружие и не пропадать же оленю.
— Придётся ночевать у тебя, так мы не успеем до ночи.
— Тогда давай и с волков снимем шкуры, чего добру пропадать.
Мой нож удобен именно для этого, так что со шкурами волки расстались довольно быстро. А вот «дом» произвёл впечатление на гостя.
— Это тут проживает новый феодал? — его разобрал дикий хохот.
Но внутри у меня довольно тепло и уютно, только стоять в полный рост не получается. Лошадь мы привязали к дереву, и она жевала овёс из торбы, отдыхая от перехода. Поужинав олениной, мы беседовали у огня.
— Ты так и остался здесь, помнится, ты говорил, что путешествуешь, — напомнил гость.
Хорошая у него память, не забыл. Впрочем, что мне это изменит, мне всё равно некуда идти. Точнее, идти я могу куда угодно, но какой в этом смысл?
— Решил пока остаться здесь, осмотреться, — соврал я. — Только теперь всё изменилось, как я понимаю.
— Да, теперь ты феодал и у тебя есть свой феод, так повелел король, — кивнул он. — Придётся тебе строить дом, если твои крестьяне смогут заплатить за его строительство.
— Что-нибудь придумаю, — заметил я, ещё не представляя, что вообще можно придумать.
— У тебя необычное оружие, — кивнул он на атлатль.
— Оно древнее лука, но может бить ничуть не хуже, надо только научиться.
— Любым оружием надо уметь пользоваться, копьё можно освоить за месяц, а для меча требуются годы.
— У меня нет меча и я никогда не держал его в руках, — честно сознался я.
— Не беда, топор, булава, наш король предпочитает сражаться топором. Тебе нужны доспехи и конь, но это постепенно, лишь бы крестьяне исправно платили налоги. Кстати об именах, как представить тебя крестьянам?
— Юрий.
— Не годится, это римское имя.
— Тогда Георгий.
— Уже лучше, а из какого ты рода?
— Власов, — чего мне скрывать свою фамилию.
— Барон Георг Власофф? Вполне звучит! — оценил мой гость. — я герцог Нюрнбергский, Ральф.
— А почему ты один?
— Отослал всех, тут довольно спокойно, справлюсь и сам. Порой и король ездит сам.
— Скажи мне, — я вспомнил о монетах, — что можно купить у вас на эти монеты?
Я достал всё своё «богатство», которое нашёл у разбойников.
— Коня не купишь, разве что больную клячу, а вот вола можно вполне, даже немного останется.