Потерянный бог.
Шрифт:
Он покачал головой и ухмыльнулся:
– Тебе этого лучше не знать.
Иласэ посмотрела на него, на задумчивый, мечтательный взгляд его глаз, и подумала, что Темный не шутит: ей и впрямь не стоит этого знать. Да, ей не стоит знать, что происходит в его маленьком извращенном мозгу.
– Итак, - прервал Тартис ее мысли, - пока ты не придумаешь, чего же это я могу захотеть, у нас официально объявлена война. Увидимся позже, ствура, - и он зашагал к деревьям, игнорируя ее протесты:
– Тартис! Подожди! Ты не можешь просто…
Он
– Да, и пока ты размышляешь, что можешь для меня сделать, подумай вот еще о чем: тут неподалеку пасется парочка виверн. Сейчас я твой враг, так что не собираюсь помогать тебе, если вдруг на них наткнешься!
И он пошел дальше, посмеиваясь над выражением ужаса на ее лице.
Глава 12.
Не верь глазам своим.
Виверны были младшими кузенами драконов: значительно меньшего размера, они имели только одну пару крыльев и не могли выдыхать пламя. Однако яростный темперамент и привычка охотится стаей делала виверн даже опаснее, чем их огромные сородичи.
Неужели Тартис действительно видел этих чудовищ? Нет, неправда, он просто хочет напугать ее:
– Ты это выдумываешь, как и все остальное!
– крикнула она в его спину, - вивернам сейчас не время быть здесь, они должны собираться на побережье…
– Вот и скажи им об этом, когда встретишь!
– весело отозвался Дарен.
– Но если ты попробуешь очень хорошо извиниться, я, так и быть, не позволю им тебя съесть!
Ну да, как же, как будто он способен что-то сделать против виверны!
– Просто заткнись, потому что я тебе не верю!
Она стояла, сжав кулаки, и слушала, как в лесу затихает его смех. Иласэ была почти уверена: Темный врал; но в то же время ее тревожило насмешливо-самодовольное выражение его лица. Тартис выглядел так всегда, когда нечто плохое должно было случиться с неприятным ему человеком.
Но виверна? Девушка не хотела верить ему, одна мысль о встрече с этим чудовищем ужасала. Даже с кольцом благоприятный исход подобного столкновения был бы под сомнением… А сейчас…
Дурак. Ну и что он этим думает добиться? И даже не попросил репеллент от насекомых. Или собирается отобрать его позднее, когда она не будет ожидать? От этой мысли Иласэ стало не по себе. Потом она разозлилась еще сильнее: если б могла, с каким бы удовольствием ударила его тупой головой о самое крепкое здешнее дерево, пару дюжин раз. Может, это вправило бы Темному мозги. Или вышибло последние, что тоже неплохо!
Иласэ подобрала с земли свой, тяжелеющий с каждым часом, мешок, и возобновила путь. Злости хватило ненадолго, и мрачные мысли моментально окружили ее.
Она сделала только хуже. В десять раз хуже. Он цеплялся к ней прежде, но теперь Тартис был весь в радостном возбуждении - потому что у них, видите ли - «война»! Замечательно! И ей еще казалось, что она сильно нервничала прежде.
Тартис был в очень хорошем настроении, с тех пор, собственно,
Его внутренний мир, начавший было шататься по ее вине, вновь пришел в равновесие. Идеальное, логически выверенное, где все четко и понятно. И Дарен отказывался даже думать о том, почему у него начали закрадываться сомнения…
Нет, лучше вспомнить, как оказалось чудесно наконец-то увидеть ее корчащейся у своих ног, как и положено безродной выскочке. Девчонка думала, что она вся из себя такая замечательная, такая чудесная, хотя на самом деле она - не более, чем извращение природы. Да, именно извращение природы, как те уродцы, что иногда рождаются у местных людей и животных, но которых никогда не бывает у потомков Первых.
Только они, дети Первых, могли владеть магией, только им была дана от рождения эта Сила. Так было всегда, это закон богов, который не должен нарушаться появлением таких вот аномалий!
Эта дура… Жалкая маленькая плакса!
Пожалуй, настроение Дарена было не столь уж хорошим. Пожалуй, он все еще кипел от злости из-за этого проклятого случая с бабочкой. В Бездну, как же это оказалось унизительно. Мерзавка заставила его выглядеть полным идиотом, а потом посмеялась над ним. Укус болел, словно его цапнуло не глупое насекомое, а, по меньшей мере, маленький демон. И он просто стоял там, пока ствура ковырялась грязными пальцами в его ране, а потом, когда завопил от боли, она выглядела так невинно удивленной. Ну, уж он вернет ей должок.
Откуда-то, помимо воли, выползло воспоминание о том, как Иласэ легонько гладила кончиками пальцев его шею, и теплое дыхание щекотало кожу. Что за…
Дарен покраснел, запихнул мерзкое воспоминание в самый дальний угол своего сознания, чтобы никогда даже не думать о нем, потом с силой отпнул с дороги ветку. Ожесточенно потер место укуса.
Было бы чем, он привязал бы Аллеманд к дереву и оставил на съедение ее любимым насекомым. Как бы ствуре такое понравилось? Впрочем, для столь благой цели Дарен всегда может сломать ей ногу. От этой мысли на его губах появилась кривая усмешка.
Сейчас в столь кардинальных мерах нет необходимости, их последний раунд он выиграл. Раздавленная бабочка кусает демонов в Бездне, а ствура трясется от страха из-за объявленной войны, гадая, что он намерен делать.
Дарен вслух хмыкнул. Наблюдать, как Светлая старается играть по правилам Темных, оказалось забавно. Хотя, в целом, результат был жалок, уже то, что она пыталась, интриговало. А сегодня Иласэ несколько раз сумела его удивить. Дарен не мог поверить, что девчонка хотела уйти одна, и что додумалась торговаться репеллентом от насекомых. А ее планы отравить еду даже слегка испугали Темного.