Потерянный мир
Шрифт:
— Дозволено ли будет нам отправиться вместе с ними?
— Зачем? Там уже достаточно воинов, чтобы убедиться, что слухи не оправданы. А если все, что я слышал, окажется правдой, нам вряд ли хватит и легиона, чтобы со всем этим справиться, — Клетис развел руками в демонстративном недопонимании.
— Вормс это не просто город, это настоящий лабиринт. Вам не помешает проводник, бывавший в тех местах не один раз, — не сдавалась Минна.
— В отряде уже есть проводник. Одна из ваших, кстати, — консул забавлялся, играясь с отступницей.
— Что мне
— Мне нужен Га-либ, — аурлиец не понял, о чем говорит консул, и недоуменно перевел взгляд на Минну.
— Он берется только за ту работу, что выберет сам, и сотрудничает только с теми, с кем сам пожелает, — обреченно ответила отступница, проигнорировав немой вопрос Итана.
— Это мое условие. В отряд вы сможете попасть только вместе с ним. Не расстраивайся, я уверен, что ты обязательно подберешь необходимый ключ, чтобы расположить его к себе.
— Сколько у нас времени? — было видно, что отступница уже начала обдумывать в голове различные способы вербовки необходимого консулу члена отряда.
— Отряд выступает на рассвете третьего дня. Если удастся убедить Га-либа, просто сообщи об этом стражам у врат, и я распоряжусь, чтобы для тебя и твоих друзей нашлись места.
— Ты ставишь передо мной практически невыполнимое условие, консул, — обиженно проговорила Минна.
— Не скромничай, я слышал, у тебя прекрасный дар убеждения. На этом аудиенция окончена. Верю, что вы добьетесь успеха, — с этими словами Клетис поднялся из-за стола и покинул комнату.
Управляющий вывел посетителей из дворца и передал в руки стражников, сопровождавших их до самых городских ворот. Покинув линию Публия, путники позволили себе немного выдохнуть и расслабиться. Судя по реакции отступницы во время аудиенции, дела их были действительно безнадежны.
— Что теперь? — спросил Кэр.
— Пойдем добудем себе места в этом треклятом отряде, — коварно улыбнулась Минна, выглядящая сейчас совсем иначе, чем при разговоре с консулом.
Судя по ее резко изменившемуся настроению, первоначальная реакция на условие консула была хорошо разыгранным спектаклем.
Глава 6. Га-либ
Аурлиец с трудом поспевал за быстро идущей впереди Минной. Пройдя через уже успевшую переполниться покупателями ярмарку и пропетляв около получаса по узким улочкам имперской столицы, они оказались на небольшой площади. Единственным зданием здесь был весьма просторный, но немного мрачный особняк, обнесенный высоким забором, состоящим из заостренных кованых прутьев. Кэр не мог себе этого объяснить, но от вида, казалось бы, обычного дома по его коже пробежал холодок.
Только сейчас Итан обратил внимание на то, что никого, кроме них с Минной, на площади больше нет. Более того, у всех держащихся на расстоянии от особняка домов отсутствовали окна. Подавляющее большинство фасадов было обращено против зловещего сооружения.
— Надеюсь, что кровь тебя не пугает, — мрачно проговорила отступница,
— Мне следует знать о чем-то до того, как мы окажемся внутри? — немного нервно спросил Кэр.
— У Га-либа есть особый, очень ценный дар. В благодарность за его услуги империя закрывает глаза на некоторые его особенности, — в голосе Минны послышалось отвращение.
Отступница собиралась позвонить в колокол, но входная дверь распахнулась, и к ним уже спешил эльф-слуга, выглядящий даже более бледным, чем большинство его собратьев.
— Что бы ты ни увидел внутри, постарайся быть вежливым. Га-либ считает свою работу искусством и не любит видеть на лицах своих посетителей отвращение. Будет даже лучше, если ты проявишь интерес, — отступница старалась не смотреть на приближающегося слугу.
Эльф склонился в почтительном поклоне и, достав увесистую связку ключей, открыл ворота. Узкая дорога до входной двери была ограждена симпатичным садом, руку к благоустройству которого, безусловно, приложили дарнау.
— Господин в своей мастерской, работает. Я провожу вас, — произнес эльф, когда за спиной Кэра закрылась дверь.
— Не стоит, я знаю дорогу, — ответила Минна.
Раб испытал явное облегчение и, совершив глубокий поклон, скрылся в одной из близлежащих комнат.
— А ведь когда-то этот эльф был величайшим поэтом своего времени. Его стихи заставляли верить в лучшее будущее для всех нас. Я уверена, он бы и сейчас нашел, как обличить все происходящее в изящную стихотворную форму, — печально сказала отступница, глядя в спину удаляющемуся слуге.
Кэру нечего было на это ответить, он лишь молчаливо разделил переживания отступницы об утраченном свете когда-то великого народа. Следуя за Минной по длинному узкому коридору, аурлиец разглядывал многочисленные картины, висящие на стенах. У мастера точно был талант к живописи, но все работы были выполнены исключительно в красных оттенках. Все это были портреты существ, принадлежащих к разным народам.
Коридор оканчивался винтовой лестницей, ведущей в подвальные помещения. Спустившись на подземный этаж, аурлиец был поражен тому, что открылось его взору. Просторный зал по своей площади превосходил размеры особняка, видимого с городской площади. Картины были абсолютно везде. Часть заточенных в красиво украшенные рамы произведений висела на стенах, другая просто лежала на полу или стояла, прислонившись к каменной кладке подвала.
— Империя так ценит художников? — с иронией в голосе спросил Итан.
— О нет, рисование не основной профиль Га-либа, скорее побочный продукт. Сейчас сам все увидишь. Кажется, мы пришли не вовремя. Или вовремя, это смотря как посмотреть.
Миновав зал, Минна на минуту остановилась, прежде чем постучать в дверь. Посмотрев в глаза аурлийца, она тяжело вздохнула. Лейтенанту стало сильно не по себе от того, что казавшейся несгибаемой отступнице требуется время, чтобы на что-то решиться.