Потерявшийся
Шрифт:
Да, новое путешествие, за разбитым беспилотником, начнётся уже послезавтра. Гелоры сегодня закончили торговлю, завтра «упаковываются», а послезавтра с утречка, чтобы не проморгать отлива и выйти из Лимана с попутным течением, двинутся в путь. А вместе с ними и мы, прикрывая их посудину от рыжеволосых. Так что, Софья свет Андреевна, до разлуки у нас с тобой всего одна ночь осталась, если не считать сегодняшнюю.
Разумеется, я просился у Шарова в отпуск. Не на Землю, а хотя бы здесь. Ну, а что? Посидеть с удочкой на берегу Лимана. Рыба, говорят, здесь клюёт зверски. Ну, или почупахтаться в бассейне. Очень мне именно
Выйти в открытое море у моих приятелей в назначенный срок не получилось: дул свежий встречный ветер, и океан штормил. Не сильно, балла четыре. Но загвоздка как раз в том, что ветер встречный, и их «не выпустит» из Лимана. А вот тральщику, являющемуся нашим флагманом, ни ветер, ни волнение нипочём. Так что вышли, развернулись на север и двинулись, переваливаясь с борта на борт. Я-то к такому после Крыма привычный, а вот бригада учёных, взятая нами в поход, обблевалась, пока дотащились до входа в «пиратскую» реку. Но дело было к вечеру, и входить в реку не стали. Просто развернулись носом по ветру и встали на якоря.
За ночь ветер утих. От слова «совсем». Осталась только пологая мёртвая зыбь. Вот по ней и двинулись в эстуарий.
Разница между Лиманом и устьем этой реки в том, что при впадении Сплавной в океан имеется большая отмель, на которой и намыло песчаную косу из того, что река выносит из горной долины. Здесь же, во-первых, глубины в море уходят круче, а во-вторых, течение слабее по скорости, но мощнее по объёмам. Вот и откладывается вся грязь, плывущая из степи, не столько в море, сколько в виде многочисленных островов и камышовых плавней. И пойди разберись без разведки беспилотником, в какую из проток соваться, чтобы не застрять на мели.
Как бы то ни было, а к «камышовому посёлку» вышли, застав у причалов пару катамаранов. И, судя по тому, что палуба одного из них носила следы огня, именно его я «приласкал» гранатой. Тогда я гранатой, а сейчас «трёхдюймовка» нашего «Урагана» (не знаю, как корабль назывался на Земле, но на ТемУре ему дали такое имя) парой осколочно-фугасных снарядов. И ему, и второму. А потом добавила по верфям, где строится ещё парочка таких же посудин, и складам досок, что пойдут на строительство этих и последующих. Ибо нефиг!
Сейчас, конечно, гуманисты начнут вопить, что мы лишили несчастных дикарей возможности зарабатывать на жизнь. Да только проблемы индейцев шерифа не колышут. Тем более, когда эти самые «индейцы» превратили морской разбой в основную отрасль своей экономики. Пусть переориентируются на рыбную ловлю, на добычу полезных ископаемых, на земледелие, наконец. Но всё, кончилось время пиратства у нас под боком! Уничтожили эти и будем регулярно уничтожать последующие «орудия производства» разбойников. Повторяю: ибо нефиг!
Судя по тому, что вплоть до границ Эсеса нам больше не попался ни один катамаран, у «рыжих» действительно наступают трудные времена. В прошлом году мы их сильно проредили во время попытки набега на Центральную и уничтожили их посудины. В этом году гелоры вырезали экипажи
Следующая остановка — побережье у той самой деревни, где я сдыхал от скуки целую неделю, дожидаясь гелорских купцов.
Ещё подходя к заливчику, где штормом выбросило на берег инопланетный беспилотник, капитан тральщика заметил в нём три рыбацких лодки. Вот только нас рыбаки обнаружили довольно поздно, поскольку ажурные мачты стального корабля не несут парусов, хорошо видимых невооружённым взглядом. А когда драпанувшие, было, «пахари моря», сообразили, что скрыться в реке до нашего подхода не успеют, они вдруг ломанулись не к родной деревне, а прочь от неё, на северо-запад. Хитрецы, блин! Решили отвлечь нас от своего скрытно расположенного жилья! Типа, сами мы не местные, так, развлечься сюда из города приплыли.
Нет, подобную самоотверженность — если будем пропадать от рук незваных гостей, так хоть родственников и соседей не выдадим — я очень уважаю. Но, учитывая, что на борту «Урагана» находится человек, гостивший у них, немного смешно. Хотя, конечно, в наших планах не было ни похода в деревню, поклоняющуюся «трупу злобного морского чудовища», ни погони за этими лодчонками, улепётывающими, скорее всего, в Маси.
Тем не менее, посыльного рыбаки успели отправить: его фигурку, сначала выбирающуюся на песок, а потом прячущуюся в прибрежных кустах у устья речки, наш капитан сумел разглядеть в бинокль. Тоже достойно уважения: ребята не только собственную шкуру спасают, но ещё и стараются предупредить об опасности общину.
Пожалуй, этот гонец умчался в сторону деревни, когда стало ясно, что мы собираемся именно высаживаться на берег: за лодками не погнались, скорость погасили и маневрируем на мелководье малым ходом.
Наконец-то звучат команды:
— Машина стоп! Отдать носовой!
Первыми на надувной моторке высадились я и трое матросов, вооружённых автоматами. Обеспечивать безопасность людей, которые будут работать с моей находкой.
В общем-то, «чудовище» никуда не делось. Лежит себе «вверх брюхом», посматривает в небо стеклянными глазами-камерами. Только за прошедшие дни в отсутствие дождей ветром песка на него чуть-чуть намело. Ну, и в сторонке, на камне, уложенном в песок, добавилось «жертвоприношений», частично уже раскиданных и частично склёванный чайками.
Следом за нами подъехали специалисты, выряженные в защитные костюмы. Грустно, конечно, ребятам на солнцепёке в этих «презервативах», но что делать: работа у них такая. Тем более, я напугал руководство тем, что, предположительно, в беспилотнике используется источник питания на радиоактивных химических элементах. Так что они, первым делом, обошли аппарат по кругу, водя над самым песком щупами, прикреплёнными к металлическим штангам.
— Норма для здешних мест, — наконец-то подал голос их старший, сдирая с головы защитный колпак. — Ноль пятнадцать микрозиверт в час. Фу! Запарился! Ну, показывай, где тут твой радиоактивный источник питания.