Потерявшийся

Гор Александр

Ткнул пальцем в люк, открываемый из контрольного отсека.

— Похоже, не соврал, — кивнул радиометрист, поводив щупом прибора по лючку. — Фонит немного. Но тоже не опасно. Ну, всё. Работаем, ребята.

Вы думали, что после этого прибежал толпа матросов, которые под крики «раз, два, взяли» подняли «чудо инопланетной техники» и потащили его на плот, чтобы перевезти на «Ураган»? Хренушки! У спецов свой протокол работы, которая начинается с фотографирования находки со всех возможных ракурсов. С прикладыванием мерных линеек к отдельным частям аппарата. Параллельно ведётся видеосъёмка с надиктовыванием того, что именно делают исследователи. Короче, нудота ещё та.

В

общем, ребята жили половой жизнью с описанием того, что будут исследовать, добрый час. И лишь когда закончили, прервались на то, чтобы попить водички и посидеть на дюне.

А потом они чуть не прибили меня, когда я, недолго думая, ковырнул ножом крышку лючка контрольного отсека. Им, видите ли, сначала нужно было описать и замерить, в каком месте находится этот лючок, как расположены те прорези для инструмента обслуживающего персонажа, в каком всё это состоянии, как его отрывать…

Короче, плюнул на дальнейшую помощь, ткнул пальцем в рычажок открывания люка «энергоблока» и ушёл к матросам, тоже изнывающим от жары и безделья. Но не успел он расслабиться, как зашипела рация.

— Какие-то люди в кустах у реки. Кажется, вооружённые: луки, что-то вроде копей.

— Не дёргайтесь, мужики, — остановил я собравшихся вскочить матросов. — Во-первых, если что, то нас прикроют с корабля. А во-вторых, это, скорее всего, мои знакомые, с которыми я сейчас попробую поговорить, чтобы выяснить их намерения.

А так не хочется топать по этому раскалённому песку! Тем не менее, половину из разделяющего нас полукилометра я протопал. А потом принялся махать руками, вызывая на переговоры кого-нибудь из деревенских.

— Это ты, Перец? — удивился тот, что всё-таки решился подойти. — Ты же уплыл с купцами.

— Уплыл. А теперь вернулся. Но не за вашими «богатствами», а за злым морским чудовищем, которое лежит там, неподалёку от берега.

— Зачем оно тебе?

— В знак благодарности за то, что вы меня приютили, хочу сделать так, чтобы оно вам больше не угрожало.

Если я начну рассказывать про то, что спрятанный в нём ядерный реактор и электроника очень интересует земных учёных, то они меня не поймут. Да и таких слов просто не существует в лексиконе гелоров.

— Хорошее дело. Только это не морское чудовище, а летающее.

— Почему ты так решил?

— За несколько дней до того, как ты приплыл к нам, такое же, только с целыми крыльями, пролетало вблизи деревни. И даже кружилось над тем местом, где лежит его сородич.

Оба-на! Я, конечно, сомневаюсь, что неизвестные нам инопланетяне специально послали ещё один беспилотник на поиски пропавшего. Но вполне могли заложить в программу других задание фиксировать либо обломки, либо аварийный сигнал, который, возможно, всё ещё испускает «чудовище». Вот он, уловив этот сигнал, и постарался зафиксировать приметы места, где «загорает» собрат.

— А что же вы мне про это не рассказали? — возмутился я.

— Ты же не спрашивал, — пожал плечами рыбак, хорошо помнящий, что я не жлобился, расплачиваясь за постой.

Логично. Но только такой поворот дела (обнаружение обломков хозяевами аппарата) очень и очень меняет ситуацию. Просто появился нехилый такой шанс того, что «люди света» нагрянут сюда, чтобы забрать пропажу.

В общем, постарался успокоить деревенских тем, что их поселение нам «и даром не нать, и с деньгами не нать». Ну, разве что, свежие рыбу и мясо готовы у них поменять на какое-нибудь железо. Огрызков которого, как я понимаю, у морских «хомяков»-ремонтников ничуть не меньше, чем у сухопутных прапорщиков-кладовщиков.

Ушли. Оставив, правда, пару подростков наблюдать за нами издалека.

А часа через два из устья реки выползла лодка, которая двинулась к «Урагану». Торговать!

К этому времени я уже переговорил по радио с Центральной, изложив вновь открывшиеся обстоятельства. И получив однозначный приказ: операцию по эвакуации беспилотника продолжать! Тем более, «спецы» к концу дня наконец-то закончили «внешнее обследование аппарата» и даже убедились (по завышенному радиоактивному излучению), что я верно определил предназначение «чёрного ящика» с пиктограммой — какой-то миниатюрный ядерный реактор, вырабатывающий электроэнергию для питания двигателя и систем летающей машины. Если за то время, когда мы перемещаем аппарат на палубу тральщика появятся его хозяева, постараться вступить с ними в контакт. Опять жестами показывать, что меня зовут Хуан?

Геморрой с переправкой беспилотника на корабль оказался ещё тот! Был бы это какой-нибудь малый десантный корабль-плашкоут, способный едва ли не выползать на берег, а не тральщик, имеющий осадку четыре метра, было бы проще: подошли в полосу прибоя, опустили на берег пандус, и тащи в трюм всё, что требуется. В нашем же случае пришлось извращаться, сооружая из бэушных надувных спасательных плотиков конструкцию с площадкой, на которую можно уложить потерпевший аварию летательный аппарат, не рискуя продрать острыми краями обломков резину. И для этого — переворачивать «птицу» в нормальное положение. А уж потом, по примеру бурлаков на известной реке, тащить её по песку.

И в самый разгар этого секса состоялся контакт. Правда, не с инопланетянами, а с моим давним знакомым Адол-опом, весьма своеобразно отреагировавшим на известие сбежавших рыбаков, приплывших в Маси: он поднял паруса на трёх пришедших за время моего отсутствия в городе боевых кораблях и двинулся выяснять, кого принесла нелёгкая на окраину вверенной ему территории. В общем, вы не ждали нас, а мы припёрлися.

Честно говоря, энтузазизм эсесских морячков несколько притух, когда они оценили размеры «Урагана»: рыбаки-то его видели очень издалека, и он им показался «обыкновенным» по размерам. Но «граф» — не рыбаки и даже не моряки с парусно-гребных посудин. Он — «насяльника», привыкший, чтобы все подчинялись любому его капризу. Поэтому и приказал кораблики развернуть так, чтобы они могли в любой момент атаковать наш тральщик с полным водоизмещением более 1200 тонн. А прибывший в шлюпке посыльный начал права качать: всем стоять, трамвай — прижаться вправо. И доложиться, кто такие, какие именно беспорядки нарушаем. В смысле — чё вам тут надо? Как будто сам Адол не знает, что подобных кораблей на планете ни у кого, кроме землян нету (может, есть у других «людей света», но мы ни разу их не видели).

— Послать? — спросил я капитана, переведя вопросы. — Очень уж мне этот Адол не нравится после нашей с ним предыдущей встречи.

Фрагмент 15

* * *

Как я понял, больше всего «графа» взбесило то, что переводом занимался я, которому по его повелению следовало бы в настоящее время быть не здесь, а держать ответ перед окружением эсесского «короля». Потому как следующий этап переговоров на тему «оставьте всё как было, это наша собственность» был дополнен требованием выдать меня, как «преступника, ослушавшегося приказа шибко большого начальника». А вот тут последовал посыл по всем пунктам: не ваше, а наше, а Перец — «человек света», который находится под юрисдикцией землян, а не гелоров. И предупредительный выстрел из «трёхдюймовки» по дюне, оставивший на ней приличных размеров воронку.